Девять судей Алматинского областного суда заразились коронавирусом. Все сотрудники отправлены на недельный карантин. Об этом сообщил председатель суда Елис Абдыкадыров. На странице Верховного суда в социальной сети Facebook говорится о том, что "среди заболевших значатся судьи и сотрудники судов ряда областей" – несмотря на то, что с начала карантина в Казахстане все суды перешли на работу в онлайн-режиме: процессы проходят на платформе Zoom, по мессенджеру Whatsapp и так далее. Участники заседаний жалуются на низкое качество проводимых слушаний.

Вот как выглядит динамика рассмотрения дел по видеосвязи:

  • в 2018 году – не более 40 заседаний в день;
  • в 2019 год – 110 заседаний в день;
  • до середины марта 2020 года – 150 заседаний в день;
  • с марта 2020 года – 4,5 тысячи процессов в день.

Как судьи вершат правосудие и стоит ли работать онлайн, если работники судов всё равно заражаются Covid-19? Корреспондент informburo.kz поговорил со всеми участниками судебных заседаний.

Интернет за 12 миллионов тенге не спасает от зависания

Суды Казахстана оснащены видеоконференцсвязью (ВКС). До пандемии при помощи ВКС связывались с теми, кто физически не может присутствовать в зале суда (свидетели из других городов, осуждённые из мест лишения свободы и так далее).

"ВКС, о которой рапортовали, вообще не приспособленная. Она даже 2-3 человек не может соединить. В TrueConf (программное обеспечение для проведения видеоконференций) связь часто прерывается, зависает, появляются шумы, голосовой поток рассеивается. В отношении подсудимых, которые находятся под стражей, связь в СИЗО устанавливается не сразу. Назначается заседание на 09.30, начинается в 10.30. Бывает, что интернет-соединение прерывается. При допросе свидетелей возникают помехи и невозможно понять, о чём говорит. Иногда приходится по смыслу догадываться, что происходит", – рассказывает адвокат, член научно-консультативного совета при Верховном суде РК Гульнар Сулейменова.

Замечания считают справедливым и служители Фемиды. Судья уголовного суда Алмалинского района Алматы Ернар Касымбеков говорит, что за три месяца вынес всего 7 приговоров. В том числе потому, что из-за плохой связи рассмотрение дел затягивалось.

"До пандемии мы не замечали, что TrueConf некачественная программа, потому что допрашивали по одному человеку. Во время карантина использовали программу по всем делам и поняли, что она некачественная. Слышимость очень плохая, особенно из СИЗО подсудимых вообще не было слышно, и они нас не слышали. Полноценно проводить процессы было невозможно", – вспоминает Ернар Касымбеков.

Из ответа Верховного суда на запрос informburo.kz следует, что на установку ВКС-оборудования из бюджета было выделено 440 миллионов тенге. Эта сумма покрыла расходы всех судов Казахстана. А устанавливали ВКС с 2014 по 2019 годы включительно. При этом на содержание видеоконференцсвязи деньги не выделялись.

"Все эти IT-достижения были реализованы благодаря сэкономленным средствам. Например, другие госорганы сэкономленные средства тратили на премии, внутренние, мероприятия имиджевые вещи. А у нас сотрудники судов и судьи не получали премии последние 5 лет. Эти средства были направлены на ремонт зданий судов, либо на IT-технологии. Только с 2019 года нашему руководству удалось убедить республиканскую бюджетную комиссию, что так нельзя, тем более IT технологии развиваются. Если мы хотим обеспечить полноценную цифровизацию, тогда нам необходимы целевые средства", – рассказывает пресс-секретарь Верховного суда Айдос Садуакасов.

С января 2020 года Верховный суд покупает услуги доступа в интернет самостоятельно (ранее это делалось через Министерство цифрового развития, инновации и аэрокосмической промышленности), в этом году – у АО "Казахтелеком". По информации, предоставленной отделом цифровизации департамента по обеспечению деятельности судов, в 2020 году оптоволоконный интернет в 300 мегабит в секунду обошёлся Верховному суду в 12 миллионов тенге.

Но есть ещё один фактор – это пропускная способность сетей. Её для всех госучреждений устанавливает Министерство цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности (МЦРИАП). Пропускная способность судебной системы Казахстана до пандемии была 200 мегабит в секунду. После увеличения нагрузки пришлось увеличить транспортную среду.

"У нас более 200 точек. Из-за карантина всё проходит в онлайн-формате. Получается, не только я прошу поднять каналы связи у МЦРИАП. МВД, Министерство образования, министерство здравоохранения и многие другие тоже просят. Плюс к этому сам провайдер не был особо готов к такому. Он в спешном порядке начал обновлять свои устройства. Вот только 30 апреля судам увеличили до 300 мегабит в секунду каналы связи. 11 мая отменили режим ЧП. Мы попросили до конца месяца не снижать. Вот до конца мая нам оставили, с июня потом снизили", – рассказывает заместитель заведующего отделом цифровизации департамента по обеспечению деятельности судов ВС РК Олжас Айтжан.

По его словам, канала связи в 300 мегабит в секунду достаточно для проведения онлайн-заседаний. Мониторинг показал, что суды используют каналы не в полном объёме. А жалобы на прерывание связи здесь связывают с неполадками у тех, кто подключается к заседаниям.


Читайте также: Верховный суд: Сбои видеосвязи на онлайн-процессах происходят из-за скорости интернета у самих участников


По каналам связи скорость в судах варьируется от 1 до 120 мегабит в секунду. Например, в областных судах – по 120 мегабит, в районных – по 60-80. Правда, на сегодняшний день 90 точек из более 200 ещё не переведены на оптоволоконный интернет.

"Провайдеры могут предъявить нам за использование WhatsApp и Zoom"

После многочисленных нареканий со стороны участников процессов в Верховном суде приняли решение позволить судам использовать другие платформы и мессенджеры. Первым опробовали Whatsapp.

Разница с TrueConf колоссальная, считают участники процесса. Но и тут не обошлось без изъяна: мессенджер не ориентирован на подключение по видеосвязи сразу нескольких десятков человек.


Читайте также: Дело о незаконной пересадке органов. Как проходит суд над трансплантологом Гани Куттымуратовым


"В апелляционной коллегии судей не видно по Whatsapp. Сидят трое, а видно только одного. Например, на одном из моих процессов судья поставил телефон так , что я видел потолок, а не его лицо. Часто стороны друг друга не слышат. Но главный минус – ограничение количества участников. Мессенджер подключает одновременно не более четырёх человек. У меня был процесс с пятью участниками, и судья с двух телефонов звонила. На одном телефоне три человека, на втором – ещё двое", – рассказывает о своей практике адвокат Серик Айтбаев.

Защитники жалуются, что часто на заседаниях прерывается связь. В мессенджере появляется сообщение о "плохом соединении", один из участников процесса выпадает, нередко это сам судья. Пока произойдёт повторное подключение, уходит несколько минут. Для кого-то они могут стать драгоценными: например, если судья не услышал важную информацию и не учёл её при вынесении решения. И когда несколько человек одновременно говорят, невозможно ничего понять, говорят адвокаты.

В начале мая в судах опробовали ставшую популярной во время пандемии платформу Zoom. Ограничений по количеству участников в ней нет. Качество связи – звука и видео – хорошее. Всех чётко слышно, говорящий выводится на главный экран.

Бесплатное время в Zoom – 40 минут. Это так называемая пробная версия. Чтобы пользоваться платформой дольше, необходимо заплатить от 10 до 20 долларов. Суды Казахстана используют бесплатную версию. А это значит, каждые 40 минут заседание прерывается.

"Онлайн-заседания вначале карантина проводились по TrueConf. Почему мы его рекомендовали? Он обеспечивает конфиденциальность и информационную безопасность. Позже адвокаты и граждане сами начали пользоваться Zoom и Whatsapp. Эти платформы не наши, провайдеры иностранные, в Америке находятся. Люди не понимают этого, мы идём им навстречу, хотя понимаем, что провайдеры могут нам предъявить. Ради удобства идём на риски", – комментирует Олжас Айтжан.

Потерпевший поехал на машине во время заседания

Онлайн-заседания в практике казахстанских судов впервые. Судьи и адвокаты уже собирают курьёзные случаи. В первую очередь это касается этикета.


Открытое заседание суда по делу...

Открытое заседание суда по иску к компании Bek Air / Скриншот судебного заседания онлайн


Когда заседания проходили в Whatsapp, небольшие экраны в телефоне не позволяли рассмотреть, где человек находится, во что одет. В Zoom разрешение компьютеров больше – соответственно, участников видно чётко.

"Был случай, когда потерпевший во время онлайн-заседания сел за руль автомобиля, завёл его и поехал. Пришлось попросить его припарковаться. Мужчина объяснил тем, что не знал, что нельзя одновременно заниматься другими делами во время заседания. Бывало, что дети мешали. В другой раз попугай шумел. Каждый раз прошу соблюдать этикет и правила судебного заседания", – рассказывает судья Ернар Касымханов.

Дело вообще не в качестве связи?

Спустя три месяца карантина служители Фемиды и участники процесса наконец разобрались в современных технологиях, и каждый может выбрать удобный для себя способ связи. Однако защитники говорят, что дело тут не в форме, а в содержании. Проблема в том, что какой бы удобной ни была платформа Zoom или другой сервис, конституционные права человека в Казахстане нарушаются.

1. Как проверить свидетеля, недоумевают адвокаты?

По закону свидетель должен быть вызван по месту расследования в тот следственный или судебный орган, где он проживает. На заседании секретарь устанавливает личность. Для этого свидетель предъявляет удостоверение личности.

"Что происходит сейчас? Свидетель может находится где угодно: дома, в транспортном средстве, на улице и так далее. В мобильном телефоне видно только лицо. Где гарантия, что в том же помещении не находится не допрошенный свидетель? Или что рядом с ним не находятся другие лица, которые могут давить на свидетеля, корректировать его показания и так далее?" – возмущается Гульнар Сулейменова.

Сомнения у защитников вызывает и вопрос установления личности. А вдруг на том конце телефона совсем не тот человек, за которого он себя выдаёт? Удостоверение личности свидетель показывает в камеру мобильного телефона, рассмотреть документ практически невозможно.


Читайте также: Как работают арбитражные суды в Казахстане


Свидетеля на заседаниях предупреждают от ответственности за дачу ложных показаний. Человек должен подписать соответствующую расписку. В режиме онлайн это условие никак не выполняется.

"В вопросе свидетелей здесь уже больше играет роль совесть самого человека. Он клянётся суду говорить правду, расписывается. Если у него есть электронный адрес или на мессенджер, мы направляем бланк свидетеля, он расписывается и потом должен по почте его в суд отправить", – разъясняет судья Ернар Касымбеков.

2. Как проверить подлинность документов?

Материалы дела могут насчитывать несколько сотен томов. Каждая из сторон процесса предоставляет свои доводы, доказательства. Как проверить их подлинность, не увидев собственными глазами бумаги?

"Все доказательства предоставляются только через секретаря. Оригиналы никто не видит, получается, можно подделать документы. Через Whatsapp можно получить только сканированные копии. Судьи даже не спрашивают, есть оригинал или нет, они говорят: "Скиньте копии". Может быть, свидетель говорит, что видел момент совершения преступления, а у меня на руках есть билет, согласно которому я могу доказать, что человек в это время вообще был в другом городе?" – вопрошает Серик Айтбаев.

3. Адвокаты не могут согласовать позицию с подзащитным.

"Мой подзащитный не может понять, что надо говорить, чего не надо во время заседания. Как мне с ним выстроить стратегию защиты? Предполагается, что участники должны отключить микрофон, а вдруг не отключат? Бывает, что непосредственно в ходе судебного заседания возникла необходимость заявить ходатайство. Сейчас мы его отправляем через судебный кабинет. Судья его получит только на следующий день. Или у меня ходатайство о приобщении документов по итогам показания свидетеля. Вот как мне быть? Некоторые говорят: "На Whatsapp секретарю отправьте", но мессенджер – и номер, и телефон – зарегистрирован лично на секретаря. У нас же судебный процесс, а не просто переписка", – поддерживает коллегу Гульнар Сулейменова.

Как проходит онлайн-заседание, можно посмотреть здесь.
На процессах стороны могут долго выступать, и закон даёт право высказывать свою точку зрения. Однако онлайн-формат теперь не позволяет долго излагать позицию, говорят защитники.
"Раньше было – говори сколько хочешь. Если судья прервёт, то – аудиовидеофиксация ведётся, и при помощи её можно подать жалобу. А сейчас судья какой-то знак подаёт секретарю – и она просто выкидывает меня из заседания. Записи процесса нет, а значит, и ничего не сделаешь" – говорит правозащитник Виктор Тэн.

Действительно, такой случай был. Судебная коллегия по гражданским делам городского суда Астаны удалила адвоката Елену Дворецкую из видеоконференции в Zoom во время онлайн-заседания по жалобе на лишение адвоката Аманжола Мухамедьярова лицензии. Защитник по делу Александр Попков рассказал "Медиазоне", что Елена Дворецкая пыталась заявить ходатайство, но суд отказывался его рассматривать. По словам Попкова, коллегия не выслушала адвоката и потребовала, чтобы Дворецкая выступала "по существу", она же настаивала, что имеет право заявить ходатайство.
"Тогда суд попросил отключить ей звук, но ей не отключили звук, а просто выкинули из конференции", – сказал Александр Попков.
4. Пропал элемент неожиданности ходатайства.
Трудности возникли с подачей ходатайств. Сейчас необходимо его отправить за три дня на электронную почту, чтобы уведомить вторую сторону.

"Я в Whatsapp машу листочком и говорю: "Вот моё ходатайство", зачитываю его вслух. Вторая сторона говорит, что хочет получить на руки его и подумать. Это значит, заседание откладывается. Таким образом нарушается элемент неожиданности ходатайства. А ведь процесс – это стратегия", – считает Виктор Тэн.

Читайте также: Судья отказал журналистам в присутствии на онлайн-заседании по делу Жомарта Ертаева

Жалуются на онлайн-заседания и журналисты. Многие резонансные дела рассматриваются судами в открытом режиме, но получить доступ СМИ не могут.

Через монитор не видно, лжёт человек или нет

Анатолий Сидоров (фамилия изменена по просьбе интервьюера) – истец по гражданскому делу. Началось рассмотрение иска в январе 2020 года, то есть до пандемии, а продолжается сейчас в онлайн-формате. Мужчина говорит, что разницу ощутил на себе.

"Раньше воочию видишь человека, а сейчас я не могу донести информацию. Сейчас по видеозвонку говорят: "Да, да, хорошо", но судья даже не смотрит. Мне кажется, они решения принимают по отправленным документам, никого не слушают. А почему так произошло? Как человек докатился до такой жизни? У меня заседания проходили и по Whatsapp, и по Zoom – одинаково плохо", – сравнивает Анатолий Иванов.

Истец считает, живое общение может значительно повлиять на принятое решение. Ведь работа судьи заключается не только в изучении справок и различных документов, но и в том, чтобы понять мотивы поступка.

"Конечно, я переживаю. Мне кажется, в таких условиях невозможно принять решение. Поэтому я уже сейчас готов к тому, что буду подавать апелляционную жалобу, чтобы оспорить решение", – планирует мужчина.

Сами служители Фемиды признают, что в карантин они приобретают знания в IT-технологиях, но теряют старые, приобретённые годами навыки.

"Когда начался карантин, нас, 70-80% судей, отправили в отпуск без содержания. Меня оставили дежурить. За пару месяцев я привык к онлайн-процессам. Но скажу вам, что воочию проводить процессы лучше для всех сторон. Потому что я вижу эмоциональное состояние человека. Если кто-то даёт ложные показания, то сразу понимаю, потому что навыки психолога формируются годами. Реально вижу, как человек себя ведёт, что ему нужно и что он имеет в виду. Это чувствуется именно вживую, когда ты видишь человека. А монитор не даёт полной картины", – признаётся судья Ернар Касымханов.

Дело Альнура Ильяшева

13 июня 2020 года в Медеуском районном суде №2 Алматы началось судебное разбирательство в отношении гражданского активиста Альнура Ильяшева.

Это, наверное, самое резонансное и яркое дело из рассматриваемых в казахстанских судах сегодня. Во-первых, статья, по которой активист предан суду – распространение заведомо ложной информации (274 статья УК РК). Конкретно Альнур писал посты о партии "Нур Отан". Во-вторых, заседания проходят в онлайн-режиме. И тут налицо все те проблемы с соблюдением прав обвиняемого, о которых говорят адвокаты в Казахстане.


Читайте также: Альнур Ильяшев писал негативные посты про Nur Otan – постановление следствия


Интересы Альнура Ильяшева в суде защищают сразу три адвоката – Нурлан Рахманов, Виталий Воронов, Таир Назханов.

Альнур Ильяшев находится в СИЗО. В первый же день гражданский активист заявил, что он против рассмотрения его дела в онлайн режиме.

"Что-то плохо вас слышно, как вы вообще в таких условиях рассматриваете? Тут же судьбы людей решаются. Мне за то, что я правду сказал, светит от трёх до семи лет, и вы собираетесь в таких условиях принимать решение? У вас в крайнем случае есть возможность в ИВС меня содержать, могу пешком к вам ходить", – сказал Альнур Ильяшев.

15 июня состоялось судебное заседание, в котором, по мнению правозащитников, продолжают нарушать конституционные права человека.

"Почему судья даже не спросила, доверяет ли Альнур Ильяшев суду, есть ли у него отводы? В конце концов он в первый же день сказал, что против рассмотрения дела в онлайн-режиме. Я разговаривала с правозащитниками из США. Они говорят, что там дела рассматриваются онлайн, только если подсудимый не против. А это дело, я считаю, политическое", – считает правозащитник Бакытжан Торегожина.


Читайте также: Кто стоит за Альнуром Ильяшевым?


Не дождавшись реакции суда на ходатайства адвокатов, один из защитников Ильяшева – Виталий Воронов – опубликовать свои требования в социальной сети.

"Материалы уголовного дела мне на ознакомление так и не были предоставлены. Вопреки этому суд постановил перейти к судебному следствию, предоставив слово государственному обвинителю для оглашения обвинительного акта. Грубейшее и очевидное нарушение судьей установленных Конституцией и законами РК принципов и норм уголовного процесса позволяет сделать вывод о необъективности и предвзятости судьи, подверженности её обвинительному уклону, дают основания считать, что судья прямо или косвенно заинтересован в данном деле", – написал в своём посте Виталий Воронов.

Почему суды в Казахстане не заработали после снятия режима ЧП?

После снятия режима ЧП поэтапно стали открываться различные объекты (ТЦ, рестораны, банки и так далее). Однако суды до сих пор закрыты. Хотя в постановлениях главного санитарного врача Казахстана прямого запрета именно на судебные процессы нет. Это признают и в Верховном суде.

"Есть постановление главного санитарного врача, там не написано, что нельзя проводить судебные заседания. Там сказано, что нельзя проводить мероприятия либо какие-то заседания, где массовое скопление людей. Суды к таковым относятся. По одному уголовному делу даже 15-20 человек – это уже массовое скопление людей. Тем более судьи за день в нескольких судебных заседаниях участвуют. То же самое – прокуроры. Поэтому риск заражения в судах высокий", – объясняет позицию Верховного суда пресс-секретарь Айдос Садуакасов.

Если нет прямого запрета на судебные заседания, почему нельзя проводить процессы с соблюдением социальной дистанции?

"У нас залы судебных заседаний не везде большие. Ещё сохраняются некоторые здания советской постройки. Это бывшие детские сады, какие-то магазины. В них маленькие залы", – говорит Айдос Садуакасов.

Раз нет в постановлении главного санитарного врача прямого запрета, то защитники после неудачных заседаний решили обратиться в Министерство здравоохранения за разъяснениями: можно ли проводить процессы в судебных залах?

Вот какой ответ получили адвокаты:


Официальный ответ министерства здравоохранения РК

Официальный ответ Министерства здравоохранения РК / Скриншот предоставлен адвокатами



Официальный ответ министерства здравоохранения РК

Официальный ответ Министерства здравоохранения РК / Скриншот предоставлен адвокатами


Это значит, что судебные заседания разрешены.

"Я заявила ходатайство, а суд мне говорит: нам ещё сверху не дали такого распоряжения. Но, позвольте, Верховный суд не наделён правом устанавливать карантинные мероприятия. Главный санитарный врач смягчает, и допускается в госорганах проводить мероприятия", – настаивает Гульнара Сулейменова.

Адвокаты даже предлагают компромисс: проводить обычные заседания так, чтобы непосредственные участники процесса могли бы присутствовать в зале суда (подсудимый, адвокат, прокурор, судья). А так называемая "группа поддержки", в числе которых родственники, друзья, журналисты и прочие, могли бы подключаться онлайн.


Читайте также: Суд Алматинской области закрыли на карантин. У судей выявили коронавирус


На этот счёт Верховный суд дал разъяснение, вот как оно звучит: "Проведения заседания с физическим присутствием людей осуществляется в исключительных случаях".

Что такое исключительные случаи, по всей видимости, каждый судья решает сам. К примеру, Ернар Касымбеков считает, что дела о половой неприкосновенности несовершеннолетних нельзя проводить онлайн: информация может просочиться в Сеть.

"Разъяснения Верховного суда не легитимны. Согласно статьи 77 Конституции суд подчиняется только Конституции и Закону. Разъяснения Верховного суда, которые не обличены даже в форму нормативного постановления, не могут иметь юридической силы. Если мы почитаем Конституцию, то каждый судья подчиняется только Конституции и закону. У нас нет иерархии. Верховный суд не имеет ни административных, ни организационных, ни других полномочий. Каждый судья по отдельности подчиняется только Конституции и закону. Даже подзаконным актам они не должны подчиняться", – считает Гульнара Сулейменова.

Суды в Алматинской области, как и по всей стране, были закрыты. Заседания проводились в онлайн-формате. Тем не менее 10 июня стало известно о том, что сразу 9 судей заразились коронавирусом. Каким образом служители Фемиды стали носителями Covid-19, неизвестно. Но если работа на это не повлияла, то смысл закрытых судов теряется.

Работают ли суды за рубежом?

В Италии суды с марта приняли меры дистанцирования и отложили рассмотрение большинства дел. Отложены разбирательства, в которых необходимо присутствие людей. Количество работающих судей минимально. Гражданские и административные дела рассматривают дистанционно.

Президиум Верховного суда России и президиум Совета судей России приняли совместное постановление: в судах приостанавливается личный приём граждан. Документы в суды рекомендуется подавать в электронном режиме через интернет-приёмные судов или направлять по почте.

В гражданском судопроизводстве все публичные слушания отложили до 30 июня, кроме неотложных. После дела будут назначаться по оценке их приоритетности.

Журналисты "Медузы" считают, что Российская судебная система оказалась неготова к работе в онлайн-режиме. В пример они ставят суды Казахстана. Обозреватели считают, что сейчас любопытный момент, когда мы наблюдаем, как меняется судебная практика.

"Российские суды отстают в технологиях и боятся повторять то, что делают казахстанские коллеги. С онлайн-заседаниями мы впервые сталкиваемся в Казахстане. В Кыргызстане была вообще парадоксальная история. Суд не успели провести до карантина, и когда возобновили заседание, журналисты пришли в суд, а им сказали, что суда больше не существует, распустили суды как таковые, их просто нет. Он был ликвидирован", – рассказал главный редактор издания "Медиазона" Сергей Смирнов.

В Сингапуре вынесен смертный приговор в режиме онлайн-заседания через Zoom.

Верховный суд США закрыл здание для посторонних. Публичные слушания перенесены на неопределённый срок. Для сотрудников доступ в здание сохранён. Слушания проводятся в режиме видеоконференцсвязи, когда это необходимо. Стороны заранее получают информацию о процессе. Документы к слушаниям стороны должны представлять в электронном виде. Слушания транслируются в прямом эфире, затем видео также размещается на сайте. Новые слушания не назначаются.

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter