Модернизация старых НПЗ и строительство четвёртого завода не решат проблему дефицита бензина

Фото компании "КазМунайГаз"
Фото компании "КазМунайГаз"

Дефицит бензина будет возникать регулярно, потому что нефтеперерабатывающим заводам не хватает сырья, а добывающим компаниям не выгоден внутренний рынок.

В январе 2018 года глава министерства энергетики Канат Бозумбаев заявил, что Казахстану нужен четвёртый нефтеперерабатывающий завод. Начинать строительство, по его словам, необходимо уже в 2019-м году, а завершать – за три года. Стоимость и мощность масштабного проекта детально пока не оглашались. По оценкам, высказанным ещё несколько лет назад, новый завод будет стоить, от 6 до 10 млрд долларов – в зависимости от объёмов переработки и технологий. Informburo.kz разбирался, почему в министерстве энергетики вновь вернулись к этой идее, несмотря на то, что неоднократно от неё отказывались.

Четвёртый НПЗ собираются строить с 90-х годов

В 90-х годах в Актау планировали построить Мангышлакский нефтеперерабатывающий завод, который должен был стать четвёртым по счёту в республике. Тогда сумели провести технические и экологические анализы, создали часть инфраструктуры, в том числе железнодорожные пути, несмотря на сложную экономическую ситуацию. Предполагаемая мощность переработки завода по проекту – 6 миллионов тонн в год. На все работы затратили 34 миллиона долларов, но процесс остановили из-за нехватки денег.

Когда в республике вновь начались активные разговоры о строительстве нового предприятия, представители Актау просили реанимировать проект. Во-первых, это было выгодно из-за близости к источникам сырой нефти. С другой стороны, построенная ранее инфраструктура находится от Актау всего в 43 километрах. В-третьих, для завода были готовы предварительные экономические и логистические расчёты.


Новый НПЗ мог выглядеть примерно как один из лучших в России - Омский

Новый НПЗ мог выглядеть примерно, как один из лучших в России – Омский / Фото сайта gazprom-neft.ru


Руководители отрасли сумели убедить главу государства, что четвёртый завод стране не нужен. В 2010-2012 годах его строительство оценивалось в 6 миллиардов долларов, а модернизация существующих – в 3,5 млрд. Из двух вариантов выбрали тот, что был дешевле. Предполагалось значительно увеличить мощность Шымкентского НПЗ – с 5 до 10-12 млн тонн. Увеличение объёмов производства позволило бы закрыть дефицит топлива без строительства четвёртого завода.

Но производительность шымкентского НПЗ не стали наращивать вдвое, в том числе из-за увеличения общей мощности трёх НПЗ. Во втором полугодии 2018 года его мощность достигнет отметки в 6 млн тонн. В 2014 году первый вице-министр энергетики РК Узакбай Карабалин заявлял, что после реконструкции производительность должна будет вырасти с 14,5 до 18,5 млн тонн. По факту после модернизации она составит всего 16,6 млн тонн.

Глава государства в 2014 году заявил, что нефтяникам не стоит ограничиваться модернизацией имеющихся производств и четвёртый завод нужен. С 2015 года в республике не утихают разговоры о том, что к проекту проявляют интерес партнёры то из Китая, то из Ирана.

Регионы ещё в 2015 году подготовили свои предложения о размещении четвёртого НПЗ именно у них. Кроме Актау, защищали свои кандидатуры Актобе, Жезказган и Кызылорда. Актаусцы преуспели больше всех: вели переговоры и, по заверениям руководства Мангистауской области, находились в одном шаге от подписания всех документов то с китайской, то с иранской стороной.

Четвёртый НПЗ должен производить столько же, сколько и завод в Шымкенте, чтобы прирост был не только ощутим, но и сделан с запасом как минимум на десятилетие. Мощность южного завода после завершения всех работ по модернизации составит 6 млн тонн. Это самый мощный из существующих отечественных переработчиков. Есть ещё один нюанс: свободной нефти на внутреннем рынке республики очень мало.

Читайте также:
В Казахстане регулярно возникает дефицит топлива. Как решить эту проблему?

Как проходила модернизация трёх действующих заводов?

Модернизация трёх действующих НПЗ обошлась не в обещанные 3,5 млрд долларов, как заявлялось ранее, а почти вдвое дороже – 6,3 млрд. Переоборудование заводов началось ещё в далёком 2008-м, а завершится только в 2018 году.

Дороже всего обошлась модернизация Атырауского нефтеперерабатывающего завода – старейшего из всех. Общие расходы на технологическое обновление АНПЗ оцениваются в 3,3 миллиарда долларов. На официальной странице самого предприятия даётся очень подробная информация, на что именно были потрачены деньги. В Атырау реализовали сразу два проекта: комплекс по производству ароматических углеводородов (далее – КПА) и комплекс по глубокой переработке нефти (далее – КГПН).

Именно в Атырау модернизация стартовала первой. Разработка технико-экономического обоснования КПА завершилась ещё в январе 2008 года, а проектно-сметную документацию сдали ещё в августе 2009-го. Потраченные 3,3 млрд долларов – собственные средства АНПЗ, кредитные линии Банка развития Казахстана, займы Экспертно-импортного банка Китая, Японского банка международного сотрудничества и кредит АО "КазМунайГаз – переработка и маркетинг".

Китайский кредит был выдан сроком на 10 лет под залог всего имущества завода, в том числе строящегося. Два года назад начался возврат основного кредита: в январе 2015-го завод выплатил первый транш, в июле 2015-го – второй. Всего намечены выплаты по два раза в год. Размер каждого разового погашения – около 55 млн долларов плюс банковское вознаграждение. По данным НК "КазМунайГаз", выплаты всех кредитов производятся в достаточном объёме и согласно графику. Из-за завершения льготного периода по выплате основного долга АНПЗ к концу 2017-го погасил уже 15% основного долга. Нефтеперерабатывающие заводы в Павлодаре и Шымкенте платить по своим кредитам начнут только в 2018 году.

15 декабря на АНПЗ начались пусковые работы на комплексе глубокой переработки нефти. Через несколько дней завод вышел на полную мощность. Фактически модернизация завершилась. Только высокооктановых бензинов, как обещают, завод в Атырау будет выпускать до 1,7 млн тонн ежегодно.

В истории с Павлодарским нефтехимическим заводом (далее – ПНХЗ) всё могло закончиться как минимум одним миллиардом долларовых расходов. Однако со старта строительства в 2011 году проект переписывался неоднократно, из-за чего стоимость строительства сократилась с 1 млрд 218 млн долларов до 831 млн. Над проектом работали два основных подрядчика: компания Rominserv S.R.L. (дочернее подразделение румынской нефтяной компании KMG International N.V., входящей в состав АО НК "КМГ"), а также китайская компания NFC, построившая в регионе несколько промышленных гигантов.


Павлодарский нефтехимический завод

Павлодарский нефтехимический завод / Фото сайта liter.kz


Большую часть средств выделил Банк развития Казахстана, остальное – собственные средства завода и заём "КазМунайГаза". Сокращение расходов, как отмечают эксперты, негативно сказалось на итогах модернизации: заказчик в лице государства, к примеру, отказался от строительства установки по переработке казахстанской (кумкольской и актюбинской – Авт.) нефти. Произошло это на фоне многолетних споров с российской стороной из-за зависимости ПНХЗ от давальческой нефти с месторождений Западной Сибири. После модернизации зависимость от России осталась.

Запланированная мощность модернизированного завода тоже несколько раз пересматривалась. После модернизации она составит уже не 7,5 млн тонн (ранние планы) и не 6 млн тонн (промежуточные данные), а всё те же 5,1 млн тонн, что и вырабатывались ранее. Главный итог модернизации – завод увеличивает производство высокооктановых бензинов и авиакеросина.


Канат Бозумбаев принимает отчёт Шухрата Данбая

Канат Бозумбаев принимает отчёт Шухрата Данбая / Фото сайта total.kz


В мае 2017 года во время посещения Павлодарского завода профильный министр Канат Бозумбаев высказал возмущение по поводу затянувшихся сроков и настоял на том, чтобы внести в протокол обещание генерального директора ТОО "ПНХЗ" Шухрата Данбая, что он будет нести личную ответственность за срыв сроков. В итоге Данбай был уволен. В официальных ответах и Министерства энергетики, и "КазМунайГаза" подчёркивается, что провинившийся топ-менеджер "был освобождён от занимаемой должности", несмотря на то, то изначально звучала версия о том, что он ушёл сам.

По официальным данным, завершение проекта модернизации ПНХЗ ожидалось ещё в 2016 году. Затем по просьбе руководства завода и компании "КазМунайГаз" было принято решение о переносе этой даты на июль 2017 года. Затем руководство ПНХЗ заявило уже октябрь.

20 октября на установке производства водорода проводились сварочные работы, которых не было в плане по модернизации НПЗ. Они проходили в рамках ежегодного капитального ремонта. По официальной версии, после завершения подготовительных работ подрядная организация ТОО "МегаСтройПлюс" приступила к замене переходного узла элемента печи по технологии завода-изготовителя компании Amec Foster Wheeler. При проведении сварочных работ подрядчик не учёл риски образования микротрещин в ремонтном металле. Всё закончилось дефектом элемента выпускного коллектора печи. На заводе форс-мажор скрыли, в "КазМунайГазе" об этом узнали лишь 1 ноября.

Установка, на которой произошло ЧП, должна была обеспечить завод необходимым количеством водорода, чтобы запустить гидроочистку дизельного топлива. Из-за поломки некоторое время производилась лишь одна тысяча дизеля вместо заявленных 4-4,5 тысяч. Из-за поломки были уволены главный механик и технический директор завода.

Дефицит дизеля покрыли продукцией российских заводов. 5 ноября в России была закуплена первая партия нефтепродукта. По официальным данным, топливо всё это время реализовывалось внутри страны в убыток "КазМунайГазу". Только по межсезонному дизельному топливу (до -15° С) убытки в сети АЗС КМГ составили более 30 тенге с каждого литра без учёта затрат автозаправочных станций и услуг хранения. Дополнительным расходом стала и экстренная покупка нового коллектора стоимостью 425 тысяч евро взамен повреждённого. Деталь была заказана на заводе в Великобритании, в городе Донкастер. 29 ноября авиарейсом новый коллектор для установки производства водорода прибыл в Павлодар. Монтаж и запуск провели за 5 дней. В итоге лишь 22 декабря завод перешёл на производство нефтепродуктов экологического класса К4 в соответствии с техническим регламентом Таможенного союза.

Шымкентский завод можно назвать самым скандальным и проблемным объектом в комплексном плане по развитию нефтегазового сектора на 2014-2018 годы. Технологическое обновление здесь должны были завершить ещё в 2016-м, теперь во втором полугодии 2018 года. Основная причина – сложности с организацией льготного займа в рамках ШОС. Правительство КНР требовало предоставить государственную гарантию на кредит в 1 млрд долларов США. "КазМунайГаз" не согласился пойти ни на увеличение суммы подрядного контракта, ни на новые условия договора. В итоге акционеры завода нашли альтернативный коммерческий заём, организация которого потребовала повторного прохождения всех банковских и внутрикорпоративных процедур. В мае 2017 года было подписано кредитное соглашение с АО "Банк развития Казахстана".


Шымкентский НПЗ. Строительство установки изомеризации

Шымкентский НПЗ. Строительство установки изомеризации / Фото сайта ratel.kz


На модернизацию потратили 2 млрд долларов США. По 400 млн каждый потратили на модернизацию "ПетроКазахстан Ойл Продактс", собственники в лице китайского концерна CNPC (50% – доля Шымкентского НПЗ) и "КазМунайГаз" (49,73% – доля участия АО "КазМунайГаз – переработка и маркетинг"). Ещё один миллиард долларов в кредит заводу предоставил Банк развития Казахстана на 13 лет. Изначально эти деньги должен был дать Экспортно-импортный банк Китая. Соглашение с казахстанской стороны ещё в 2014 году подписал экс-министр национальной экономики Куандык Бишимбаев. Последние два года шли переговоры о займе у Китайского народного банка, которые закончились ничем.

В выборе генерального подрядчика для проведения модернизации завода предпочтение по нескольким причинам отдали китайской строительной фирме CPECC – дочерней компании нефтегазового госхолдинга из Китая – CNPC. Поэтому в Шымкенте было задействовано внушительное количество рабочих из Китая.

Вице-президент строительной фирмы СРЕСС Му Хуадун в апреле 2017 года сообщил министру энергетики Канату Бозумбаеву, что на территории Шымкентского НПЗ в строительстве занято более четырёх тысяч человек. Из них три тысячи – китайцы, остальная тысяча – казахстанские рабочие. После скандала в социальных сетях пресс-служба завода сообщила, что на самом деле ошибся переводчик, и 3 тысячи работников на объекте с казахстанскими паспортами, а тысяча – высококвалифицированные китайские специалисты.

Первый этап модернизации нефтезавода в Шымкенте завершился 30 июня 2017 года, тогда же стартовало производство бензинов экологических классов К4 и К5. Второй этап завершится лишь во второй половине 2018 года с увеличением производственных мощностей сразу до 6 млн тонн нефти в год.

Задержка с модернизацией нефтеперерабатывающего завода в Шымкенте связана с финансированием – его выделяли долго и неравномерно. Потом генподрядчик – китайская строительная фирма CPECC – долго вникал в казахстанские правила строительства. По мнению некоторых экспертов, компания из КНР к тому же шантажировала казахстанского заказчика, пытаясь выбить контракт на значительно большую сумму.

Все три казахстанских нефтеперерабатывающих завода в ближайшее время собираются продать. К примеру, установку по производству водорода Павлодарского нефтехимического, которая была повреждена при сварке, практически сразу после ремонта продали французско-казахстанской компании ТОО "Эр Ликид Мунай Тех Газы". Случилось это ещё 27 декабря, свою подпись от лица завода в договоре купли-продажи ставил новый директор предприятия Оспанбек Алсеитов. Цена реализации не была обнародована.

16 января стало известно, что, согласно планам казахстанского правительства, для проведения успешного IPO и повышения стоимости акций нацкомпании всего будет продано семь объектов НК "КазМунайГаз". В этот список входят ТОО "Урихтау Оперейтинг", ТОО "Павлодарский нефтехимический завод", TH KazMunaiGas N.V., ТОО "ПетроКазахстан Ойл Продактс", ТОО "Атырауский нефтеперерабатывающий завод", ТОО KMG Automation, ТОО "Тениз Сервис".

По словам вице-министра национальной экономики РК Серика Жумангарина, инвесторы интересуются такими активами "Самрук-Казына", как "Казахстан темир жолы", "КазМунайГаз", "Казатомпром", "Самрук-Энерго", "Эйр Астана", "Казпочта", "Тау-Кен Самрук". За них планируют выручить от 3 до 5 миллиардов долларов. На одну только модернизацию НПЗ было потрачено 6,3 млрд.

Казахстан отстал от партнёров по Таможенному союзу

В 2010 году Россия, Беларусь и Казахстан договорились о том, что страны поэтапно переходят на производство более качественных бензинов. Популярные стандарты "Евро" стали в версии стран-членов Таможенного союза именоваться литерой "K": к примеру, Евро-2 превратился в К2 и так далее.

В том же техрегламенте указано, что в моторных топливах экологических классов К4 и К5 должно быть в 10–50 раз меньше серосодержащих соединений, чем в К2. При этом в автомобильных бензинах К5 объемная доля бензола должна снизиться сразу в 5 раз. Для Астаны, Москвы и Минска это был исторический шаг в защите окружающей среды.


Российская Lada Vesta требует заправки топлива не ниже стандарта Евро-5

Российская Lada Vesta требует заправки топливом не ниже стандарта Евро-5 / Фото сайта avtosreda.ru


Но если Россия и Беларусь к 2015 году фактически завершили модернизацию своих нефтезаводов, то для Казахстана было сделано сразу несколько исключений. Во-первых, российские партнёры довольно прохладно относились к регулярным и сезонным запретам внутри Казахстана на вывоз топлива за пределы республики, хотя это – прямое нарушение интеграционных процессов. Во-вторых, РК разрешили производить нефтепродукты класса К2 до 1 января 2018 года. Продавать его можно было только на территории нашей страны.

С 26 мая 2015 года в Казахстан можно ввезти из стран ЕАЭС и третьих государств автомобиль только экологического класса от Евро-4 и выше. Делается это для того, чтобы в страну не ввозился устаревший транспорт. Но в годы модернизации казахстанских НПЗ автовладельцы вынуждены были заправляться топливом более низкого стандарта, чем прописано производителем.


Реализация на АЗС топлива классов К2 и К3 с 1 января 2018 года запрещена

Реализация на АЗС топлива классов К2 и К3 с 1 января 2018 года запрещена / Фото сайта inform.kz


Сотни тысяч новых машин, купленных казахстанцами за последние 4-5 лет, требуют использовать класс топлива как минимум Евро-4, большая часть – Евро-5, незначительное количество транспортных средств, согласно паспорту, запрашивает и вовсе топливный класс Евро-6. Благодаря импортному бензину из России (из Уфы и Омска) часть владельцев требования заводов-производитель всё же выполняла. Остальным пришлось заправляться казахстанским бензином.

Казахстан оказался не готов к обновлению автопарка именно в топливном вопросе. Сейчас из 4 млн единиц легкового транспорта, зарегистрированного в нашей стране, более 66% – это транспортные средства от 10 лет и старше. Только треть автомобилей находятся в возрастной категории от 0 до 10 лет. Этим авто нужны самые экологические классы топлива – К4 (Евро-4) и К5 (Евро-5). В абсолютных цифрах речь идёт об интересах более 1 млн автовладельцев.

Читайте также:
Данияр Тиесов: Мы сторонники биржевой торговли нефтепродуктами

Главная проблема – отсутствие сырья для заводов

В 1992 году Казахстан экспортировал 25 млн тонн нефти, а по итогам 2017-го – рекордные 86 млн и нарушил условия сделки в рамках соглашения ОПЕК+ по ограничению добычи. 27 лет назад на трёх существующих НПЗ республики перерабатывалось около 18 млн тонн сырья, больше к этой цифре Казахстан не приближался. Практически всем добывающим компаниям, в том числе и иностранным, выгоднее поставлять сырьё за рубеж. Экспорт оказывался и более выгодной и простой схемой.


Рекордным объёмам добычи казахстанской нефти помог и Кашаганский проект

Рекордным объёмам добычи казахстанской нефти помог и Кашаганский проект / Фото Informburo.kz


С экономической стороны всё достаточно просто: при прежней глубине переработки собственники сырья, заплатив НПЗ, на выходе получали не очень качественный продукт, цену на который государство, особенно в рознице, долгое время жёстко регулировало. По мнению профильного министра Каната Бозумбаева, эта схема для компаний означала как минимум вдвое меньшую прибыль, чем от прямой продажи на экспорт.

В 2015 году мажилисмен Шавкат Утемисов предал огласке факт, что в Казахстане на тот момент действовало 63 контракта на добычу нефти, 31 из которых не предусматривал обязательства по её поставке на внутренний рынок. Из 68 контрактов на совмещённую разведку и добычу 16 также не имели таких требований. Практически все контракты, где были оговорены квоты поставок на внутренний рынок, распространяются на разработку месторождений, на которых добыча падает.

Утемисов предложил ввести с 2017 года обязательную реализацию нефти через товарные биржи в объеме 30% от уровня среднемесячной добычи. Правда, оно не будет распространяться на крупные проекты (речь велась о Тенгизе, Карачаганаке и Кашагане – Авт.). Без поставок добываемой ими нефти на внутренний рынок республика не сможет полностью удовлетворить свои потребности в сырье. Минэнерго, по мнению мажилисмена, необходимо было проработать дополнительный механизм обеспечения спроса внутри страны. Предложение так и не сдвинуло с мёртвой точки проблему загрузки НПЗ.

За прошедшие 2 года министерство энергетики регулярно закулисно конфликтовало по вопросу лимитов и с добывающими компаниями, и с "КазМунайГазом". Руководство нацкомпании всё это время наращивало объёмы поставок своей румынской дочке, на нефтеперерабатывающие заводы Vega и Petromidia. Речь шла об агрессивной политике казахстанской компании на рынке Евросоюза, надо было занимать новые ниши и бороться за долю этого рынка.

В итоге к биржевой торговле пришли только сейчас. По словам исполняющего обязанности исполнительного вице-президента по транспортировке, переработке и маркетингу нефти АО "НК "КазМунайГаз" Данияра Тиесова, после модернизации НПЗ доход нефтедобывающих компаний будет сопоставим с экспортными поставками. Честную и прозрачную цену на нефть будет устанавливать рынок на специализированной товарной бирже, которую собираются запустить.

С точки зрения регулятора в лице Минэнерго именно биржевая торговля и финансовая привлекательность переработки поможет в будущем загрузить и четвёртый НПЗ. Последнему, по оценкам, может понадобиться до 6 млн тонн сырья. Это больше трети того, что сегодня перерабатывают все три действующих завода.

К 2022 году, по прогнозам министерства энергетики, из-за роста казахстанского автопарка вновь возникнет дефицит топлива. Решит ли проблему четвёртый НПЗ – неизвестно, потому что производство может не получить тех объёмов сырья, которые ему нужны.

Поделиться:

informburo.kz в TikTok:

присоединитесь к сообществу крупнейшего новостного канала в Казахстане

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

Читайте также