Продолжение. См. начало:


Вадим Борейко: Частная киноиндустрия в Казахстане в зачаточном состоянии. И если хочешь снять фильм, приходится идти на поклон либо к толстым кошелькам, либо к государству. Во втором случае это предполагает серьёзные компромиссы, до которых вы не большой охотник, мягко говоря. Ведь "государственный подход" подразумевает оценку фильма (и, соответственно, карт-бланш на дальнейшее финансирование), в первую очередь, с идеологических позиций, а не с точки зрения кинематографического искусства.

Жанна Исабаева: Здесь я согласна с вами. Но есть ещё и такой дополнительный фактор, как лояльность министра культуры к тому или иному конкретному режиссёру. В советское время на "Казахфильме" был художественный совет, который принимал коллегиальные решения, и ответственность была коллективная.

В.Б. А каков сегодня механизм прохождения заявки на фильм?

Ж.И. На основе поданных заявок на национальной киностудии составляется тематический годовой план, который подаётся в Министерство культуры. Но министр открывает финансирование не по темплану, а тем лентам, которые захочет запустить. Захотел потратить 130 миллионов тенге – купил три картины мазни. Триптих называется – это же фактическая мазня (летом 2015 года министерство приобрело триптих "Мәңгілік Ел" за 130 млн тенге. – Авт.)

А казахстанского павильона на Венецианском биеннале не будет! (Для участия Казахстана в международной выставке современного искусства было выделено помещение, но Министерство культуры и спорта РК отказалось представлять страну на Биеннале-2019, которое откроется в мае, по следующей причине: "в связи со сжатостью сроков министерством не представляется возможным предусмотреть средства для участия". – Авт.)

Кто позорит Казахстан

В.Б. В этом случае резко возрастает роль субъективного фактора в оценке произведений искусства. Причём он характеризуется не только личными вкусами Арыстанбека Мухамедиулы, но и тем, что он оценивает их не с эстетических позиций, а с тематических и идеологических.

Но ведь и министр может ошибаться. Причём, системно.

В начале лета 2015 года он назвал три фильма, которые, с его точки зрения, "позорят Казахстан": "Риелтор" и "Хозяева" Адильхана Ержанова, "Уроки гармонии" Эмира Байгазина. Хотя этот дебютный фильм Эмира ещё в 2013 году на Берлинале получил "Серебряного медведя" за лучшую операторскую работу. Две ленты Адильхана тоже к тому времени были удостоены призов на различных международных кинофестивалях. В 2016-м Ержанов взял гран-при "Киношока" за "Чуму в ауле Каратас". В прошлом году он же попал в программу "Особый взгляд" в Каннах с "Ласковым безразличием мира". А Байгазин в том же 2018-м признан лучшим режиссёром в секции "Горизонты" Венецианского кинофестиваля с новой картиной "Река".

Вот её г-н Мухамедиулы уже благосклонно похвалил – за то, что молодой режиссёр "не предаёт нравственные устои своей нации, страны".

Так можно ли ожидать от министра объективности?

Ж.И. Надо понимать одну вещь: сколько бы ни снимали ура-патриотические блокбастеры, все равно нужны фильмы, которые представляли бы страну на международном уровне. А их в Казахстане могут делать только несколько человек: Байгазин, Ержанов, Ерлан Нурмухамбетов (режиссёр-постановщик фильмов "Ореховое дерево", "Аңшы бала" – "Мальчик-охотник", "Перед грозой". – Авт.) и я. Может, кто-то делает ещё из тех, кого я не знаю.

В.Б. Вы имеете в виду, что на международном рынке может завоевать успех только наше авторское кино?


На съёмках фильма "Нагима"

На съёмках фильма "Нагима" / Фото из архива Жанны Исабаевой

Ж.И. За границей – только авторское. Мы не можем конкурировать в коммерческом. В Казахстане на международном уровне из всех сфер искусств способны работать только режиссёры авторского кино и художники.

Заговор молчания

В.Б. И всё-таки министр культуры начинает признавать молодых режиссёров авторского кино. Но вокруг вас, несмотря на ваш внушительный арсенал фестивальных трофеев, в профильном министерстве, по-прежнему "заговор молчания" – с точки зрения и признания, и финансирования.

Ж.И. Думаю, мне не дают деньги ещё и потому, что я женщина. Они не рассматривают женщину как режиссёра. Мне многие наши кинематографисты заявляли: "Ну какой ты можешь быть режиссёр?"

В.Б. У вас есть подтверждения мужского сексизма в казахстанском кинематографе посерьёзнее?

Ж.И. У меня был такой случай. В феврале 2008 года я в составе делегации казахстанских кинематографистов поехала в Ханты-Мансийск на кинофестиваль. Повезла туда свой дебютный полнометражный фильм "Карой", и мы получили приз "за выдающуюся операторскую работу" – такая была формулировка.

Там были Мурат Нугманов, Рашид Нугманов, Талгат Теменов, Амир Каракулов, Серик Апрымов, другие. И я – одна женщина-казашка. И все эти люди со мной не разговаривали. По дороге туда были вынуждены общаться, а в Ханты-Мансийске мимо проходили и не здоровались в ответ.

Президент кинофестиваля Сергей Соловьёв (российский кинорежиссёр, основоположник "новой волны" в казахстанском кино в конце 1980-х – начале 1990-х. – Авт.) пригласил всю нашу делегацию на закрытый ужин в крутой ресторан в тайге. Я тоже была в числе приглашённых. Но мне из нашей делегации никто не сказал, наши казахи уехали без меня. Я пошла в кино. Сижу в зале, смотрю фильм, вдруг вижу: кого-то с фонариком ищут среди зрителей. Оказалось – меня: "Соловьёв велел вас из-под земли достать, но доставить". Привозят меня на этот закрытый ужин, вся братва моя казахская сидит жрёт-пьёт, и Сергей Соловьёв выговаривает им: "Что у вас за отношение к женщине? Были бы на вашем месте грузины – на руках бы свою носили".

Или вот, с Рашидом Нугмановым меня впервые познакомили в 1995 году. И с тех пор знакомили ещё раз двадцать. И он уже 25 лет со мной не здоровается. Это такое глубинное неуважение к казахской женщине! Откуда же оно (уважение. – Авт.) возьмётся у министра, если даже у моих коллег его нет?

Единственные, кто меня уважает, – это Дарежан Омирбаев (режиссёр фильмов "Студент", "Шуга", "Кардиограмма" и других. – Авт.) и Сатыбалды Нарымбетов (режиссёр фильмов "Аманат", "Молитва Лейлы", "Омпа", "Жизнеописание юного аккордеониста" и других. – Авт.). Для меня Дарежан – номер один в нашем кино, классик. Он всегда приходит на мои премьеры, хвалит, подсказывает.

"Даже женщины меня не признают"

В.Б. Кто из женщин, кроме вас, работает в "полном метре"?


На съёмках фильма "Бопем"

На съёмках фильма "Бопем" / Фото из архива Жанны Исабаевой

Ж.И. В авторском кино я десять лет была одна. Только в прошлом году Ольга Коротько сняла фильм "Так себе зима" (премьера состоялась в 2018 году в Каннах в рамках программы ACID Cannes. – Авт.). А в документальном кино – Катя Суворова (самые известные полнометражные ленты "Завтра More", "Медиастан". – Авт.). Я знаю: нас было бы больше, если бы не сексизм в нашем кино.

Даже женщины меня, женщину, не признают. Кинокритик Гульнара Абикеева пишет об узбечке Саодат Исмаиловой, радуется, что она в программе "Форум" Берлинского кинофестиваля, а про меня ни слова, хотя я тоже там. Продюсер Гульнара Сарсенова (кинопродюсер. – Авт.) мне как-то сказала: "Ты молодец, но ты женщина".

В.Б. Кстати, фильм Кати Суворовой "Завтра More" резонирует с вашей лентой "Бопем".

Ж.И. Так мы же снимали практически в одном месте (в Приаралье. – Авт). Там такая красота. У меня глаз отдыхал, а некоторые видят только нищету…

Окончание следует

И это всё о ней

Жанна Исабаева, член Азиатской киноакадемии, автор сценариев, режиссёр и продюсер полнометражных художественных фильмов:

"Карой", 2007 год ("Неделя критики" международного кинофестиваля в Венеции, приз "За выдающуюся операторскую работу" МКФ в Ханты-Мансийске, номинация "Лучший режиссёр Азии 2007" кинопремии Asian Pacific Screen Awards – "Азиатский Оскар").

"Ойпырмай, или Дорогие мои дети", 2009 год (специальный приз жюри и приз кинопрессы открытого кинофестиваля СНГ и стран Балтии "Киношок", "Приз за лучшую режиссуру" МКФ "В кругу семьи").

"Теряя невинность в Алма-Ате", 2011 год (МКФ в Варшаве).

"Нагима", 2013 год (Gala Presentation МКФ в Пусане, 2013; программа "Форум" Берлинского МКФ 2014; Гран-при МКФ в Довиле, Франция; диплом NETPAC на Московском МКФ, 2014; Гран-при МКФ Zagora, Марокко; Гран-при МКФ "Panorama Internacional Coisa de Cinema", Сан-Сальвадор, Бразилия; Гран-при Golden Hanoman Awards МКФ NETPAC Asian Film Festival (JAFF).

"Бопем", 2015 год (МКФ в Варшаве).

"Света", 2017 год (главный конкурс Токийского МКФ, номинация "Лучшая актриса Азии 2018" кинопремии Asia Pacific Screen Awards для исполнительницы главной роли Лауры Королёвой).

"Отвергнутые", октябрь 2018 года.

Автор сценария, режиссёр телевизионных сериалов "Цена свободы", "Отдел особого назначения" для казахстанского телеканала КТК. Автор идеи, режиссёр, продюсер исторического документального цикла "Декоративно-прикладное искусство казахов" для АО "Агентство "Хабар".

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter