Дина Ли специально для Informburo.kz

В последнее время в новостях про Казахтелеком и Kcell часто звучит слово “монополия”. Национальный оператор связи намерен купить 75% акций крупнейшего мобильного оператора, но сначала сделку должен одобрить Антимонопольный комитет. Пока рынок ждёт решения регулятора, давайте разберемся в экономических понятиях и посмотрим, как они работают в реальной жизни.

Что такое монополия?

Монополия – это ситуация, при которой на определённом рынке товаров или услуг присутствует лишь одна компания или производитель, и сложившиеся условия не дают появиться другим сильным игрокам. Если с этим ничего не делать, такое выгодное положение позволит единственной компании контролировать рынок, влиять на ценообразование и получать сверхприбыль. Монополии бывают разных видов, но есть два основных: естественные и искусственные. Первые государство регулирует, а со вторыми борется.

Откуда вообще берутся монополии?

Естественная монополия появляется, когда потребности всей отрасли способен удовлетворить один игрок, и никто не справится с этой задачей лучше, чем он. Чаще всего такие монополии встречаются в инфраструктурных видах деятельности. В Казахстане их пятнадцать. Например, всеми электросетями в стране управляет национальный оператор KEGOC, нефть транспортирует “КазТрансОйл”, железнодорожными перевозками занимается национальная компания "Казахстан Темир Жолы". Работу таких компаний контролирует Комитет по регулированию естественных монополий и защите конкуренции при Министерстве национальной экономики Казахстана. Исключение – сферы телекоммуникационных и универсальных почтовых услуг. Они подконтрольны Министерству РК по инвестициям и развитию.

Искусственная монополия возникает в результате административных мер или стечения обстоятельств. Допустим, когда только одна компания получает лицензию на выпуск определённого товара, или фирма патентует новую технологию, чтобы первой внедрить её на рынок и получить конкурентное преимущество. Другой пример – поглощение конкурентов или слияние с ними, при котором рыночная доля лидирующей компании значительно превышает объём остальных.

Но это же проблемы бизнесменов, какое до этого дело потребителю?

Компания-монополист сама определяет стоимость своих товаров и может её искусственно завышать. Ей ничто не мешает временно сократить объём производства, чтобы спровоцировать спрос на свои товары или услуги. Конкуренты “не дышат” в спину, а значит, не нужно бороться за аудиторию. Товар всё равно купят, но может пострадать качество продукции, ведь у компании нет стимула для развития. При этом монополисту придется тратить немало сил и средств, чтобы сохранить на рынке своё положение. Есть риск, что подорожавший товар или услуга монополиста ударит по кошельку потребителей, либо перестанет отвечать запросам широкой аудитории. Но есть и плюс: для кого-то “проблема” выбора останется в прошлом.

Окей. Допустим, монополия ограничивает рынок. Тогда в каком случае он развивается?

Развитие любого рынка невозможно представить без конкуренции. Сегодня во многих областях крупный бизнес живёт по законам олигополии. Это тип рыночной структуры, при которой рынок поделён несколькими силами, и новым игрокам трудно туда попасть. У каждого держателя рыночной доли своя бизнес-стратегия, а его действия способны повлиять на благосостояние конкурентов. Например, когда дискаунтер Tele2 резко снизил тарифы на свои мобильные услуги, другие казахстанские операторы были вынуждены пересмотреть цены. В условиях олигополии на рынке доминирует крайне малое количество фирм, но именно крупные компании могут себе позволить дорогостоящие исследования и разработку новейших технологий. Так в индустрии зарождаются тренды, появляются новые продукты, а новаторы расширяют аудиторию.


Казахстанский рынок сотовых операторов работает по модели олигополии. Сферу мобильных услуг делят три игрока: компания Kcell с долей 39,2%, Beeline – 35,5% и совместное предприятие Altel/Tele2 – 25,3%. Если вдобавок к имеющимся 51% Altel/Tele2 национальный оператор связи “Казахтелеком” выкупит 75% акций Kcell, баланс будет нарушен. На рынке останутся только два игрока, что станет феноменом не только для казахстанской, но и мировой телекоминдустрии.

Как ситуацию комментируют в антимонопольном комитете?

Пока никак. Вот-вот антимонопольный орган озвучит решение по ходатайству "Казахтелекома" о покупке 75% акций Kcell. Анализ возможных последствий этой сделки затянулся на четыре месяца. К изучению её технической стороны присоединилось профильное Министерство информации и коммуникаций РК. Загвоздка в том, что Антимонопольное законодательство выступает против ограничения конкуренции, и любая сделка подвергается строгой оценке. Критериев много, среди важных: предлагают ли "Казахтелеком" и Kcell взаимозаменяемые услуги, и составит ли их совместная доля на рынке более 35%.

По данным исследования инвестиционного банка Halyk Finance, абонентская база СП Altel/Tele2 насчитает 6.8 млн абонентов, а Kcell – 10 млн. Учитывая планы "Казахтелекома" наращивать рыночную долю абонентской базы СП Altel/Tele2, его потенциальная аудитория после приобретения Kcell вырастет до 17 млн, превысив 65% от общего рынка. Авторы исследования отметили, что учитывая специфику телекоммуникационного сектора, олигополия может являться нормой, но в случае заключения сделки, "Казахтелеком" займет доминирующее положение в мобильном сегменте и, как следствие, лидирующие позиции практически во всех основных сегментах телекоммуникационной отрасли. По данным на 31 декабря 2016 года, доля холдинга в широкополосном доступе в интернет составляет – 72%, в фиксированной телефонии – 93% и в передаче данных – 73% .

Похоже, ситуация спорная. А было ли что-то подобное в мировой практике?

Нечто похожее телекоммуникационный холдинг Veon, куда входит казахстанский Beeline, проходил в Италии. Там компания владеет сотовым оператором Wind Telecommunicazioni. В 2016 году Veon завершил сделку по объединению с мобильным оператором 3 Italia, принадлежащим гонконгской Hutchisson. После слияния двух из четырех операторов в Италии появился лидер, занявший 35% рынка. Это не понравилось европейской комиссии. Чтобы антимонопольный регулятор одобрил сделку, объединившиеся компании продали французскому оператору Iliad часть сотовых вышек и радиочастот для создания нового игрока на итальянском рынке.

Что будет с рынком, если сделка состоится?

На недавней встрече Expert Update генеральный директор компании Beeline Kazakhstan Александр Комаров отметил, что среди основных трендов в телекоммуникациях выделяется резкий рост потребления трафика, попутно ведётся замена старых систем на новые. Все игроки рынка активно развиваются и инвестируют, чтобы не отставать друг от друга. Потенциальное отсутствие конкуренции замедлит технологическое развитие, которое необходимо с ежегодным ростом потребления трафика пользователями. Чтобы поддерживать качество связи, компаниям приходится постепенно повышать тарифы. В новых условиях высока вероятность, что цены на услуги будут расти быстрее. В "Казахтелекоме" эту точку зрения не разделяют и считают, что вопрос роста тарифов преждевременный. По словам, представителя национального оператора связи Каспарса Кукелиса, существующая экономическая модель Kcell и та, которую внедрят после совершения сделки, могут иметь разные издержки, на которые влияют многие факторы, в том числе отсутствующая сейчас магистральная инфраструктура.

Доступ Kcell к новым мощностям может стать причиной дисбаланса рынка. По мнению Александра Комарова, в случае одобрения сделки должно произойти перераспределение или разработана модель совместного использования частного спектра между сотовыми операторами. В зависимости от условий сделки Beeline может обратиться в суд, чтобы её оспорить.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter