Цена вопроса строительства горнолыжного курорта международного уровня в шаговой доступности от крупнейшего мегаполиса Казахстана в $1,5 млрд прозвучала и в 2001 году, и в 2011-м, хотя размах двух разных проектов был несопоставим. Теперь речь уже не идёт про весь громадный конгломерат – Бутаковка, долина реки Катырбулак, плато Ак-каин, Кок-Жайляу, территории, прилегающие к спорткомплексам "Медеу", "Шымбулак" и "Алматау", про строительство 84 горнолыжных трасс (протяжённость 278 км) и 43 подъёмников (протяжённость более 20 км). Проект сократили непосредственно до самого Кок-Жайляу. Как планируется распределить финансовые риски?

На этот вопрос редакция Informburo.kz попросила ответить Абая Ерекенова. Активист движения "Защитим Кок-Жайляу!" имеет два высших образования – диплом биолога (две специальности: микробиология плюс молекулярная биология) и MBA по корпоративным финансам, у него 5 англоязычных публикаций в международных рейтинговых научных изданиях с хорошей цитируемостью – по его словам, это соответствует уровню доктора наук. 20 лет опыта работы в финансовой сфере (в том числе пять лет в Big Four международных аудиторских компаний) и качество его личного кредитного портфеля в 97,7% позволяют ему однозначно настаивать на том, что нынешний проект ГЛК "Кок-Жайляу" – это не инвестиционный проект, а типичная девелоперская афера, распил государственных денег, захват заповедной земли. Как завод планшетников или производство самолётов "Фермер", как десятки проектов, которые ушли в никуда.

$450 млн планируется взять из бюджета государства, $300 млн – из бюджета Алматы. Оценочная стоимость земли с инфраструктурой, которая появится на плато (дороги, газ, электричество), – $750 млн. Когда государство всё отстроит, введёт в эксплуатацию, группа инвесторов за уже готовое заплатят $160 млн – и после этого станут его хозяевами, утверждает наш собеседник. Он подчёркивает, что инвесторам ГЛК фактически подарят.

Собеседник Informburo.kz напоминает, что проанализированное им ТЭО было составлено в 2011-м, но с тех пор экономическая ситуация в Казахстане кардинально изменилась. По всем правилам оценки рисков и финансового анализа теперь требуется то прежнее ТЭО не просто переработать, а заново написать. Чиновники же выдирают отдельные фразы и спекулируют ими, предоставляя общественности неполную и недостоверную информацию: такую манеру подачи этих материалов чиновниками г-н Ерекенов характеризует как совокупность лжи.



"Я должен это делать в интересах города"

В ноябре 2017-го аким Алматы Бауыржан Байбек пообещал, что и площадь застройки на Кок-Жайляу сократят в девять раз, и протяжённость лыжных трасс станет вдвое короче. Напомним, что сам проект в целом был приостановлен в 2015 году в силу дороговизны. Но от него не отказываются.

"Пропускная способность почти в три раза будет уменьшена. То есть я считаю, и эксперты говорят, что это не курорт международного уровня, нет. Это такой же второй "Шымбулак". Вот сегодня "Шымбулак" уже на пределе своих возможностей. 15 тысяч человек в сутки, нам нужен второй курорт. Вот раньше многие выезжали за рубеж, сейчас не едут. Потому что доллар стал дороже. Пусть лучше деньги у нас оставят, построим второй курорт. Многие алматинцы почему не едут на "Шымбулак"? Потому что опасно кататься, слишком тесно. Построим второй курорт, деньги останутся у нас. Мы оптимизировали стоимость проекта в два раза. Кардинально уменьшили площадь вырубки деревьев, кустарников. Негативное воздействие будет. Я считаю, что мы все вопросы учли, дальше будем разъяснять, говорить, но проект нужен, – настаивает глава горадминистрации Алматы. –Пляжный [туризм. – Р. М.] несёт серьёзную нагрузку на экологию, горный – нет. Поэтому горный – наш основной бренд и главное конкурентное преимущество Алматы. Мы будем развивать горнолыжный туризм, несмотря на отдельные голоса противников и скептиков. Я считаю, это моя обязанность, я должен это делать в интересах города, горожан".

Акима активно поддержал глава Союза кинематографистов Казахстана Ермек Турсунов своим материалом (потом – вторым) "Очко за позу".

Касаясь противников проекта строительства ГЛК, он пишет про бездельников, которые видят в этом лишний повод засветиться. Нужна "массовка". На их фоне в выгодном свете будут представлены "вожди". Есть у нас такая порода людей, которым необходимо слыть активными общественниками, быть всё время на виду и зарабатывать очки за позицию. Хотя – нет. Неправильно. Лишать алматинцев такого отдыха – это преступление. Позиция – это одно, а поза – это совсем другое. Позиция – это выношенная, выстраданная всей своей предыдущей биографией линия жизни. Прежде всего, это убеждение. Принципы. За позицию люди шли на эшафот. А поза… Поза – это дань актуалитету. Что-то вроде моды. Или золотухи. Когда нос по ветру. Конъюнктура момента. Театральность. Жгучее желание прорваться на сцену. В данном случае: выступил против Кок-Жайляу – получи очко за позу. Выступил за – подвергся всеобщему улюлюканью… Риторика обкатана миллион раз. Однако дело в том, что шум так называемых активистов заглушает здравые голоса с обеих сторон. Их не слышно – отдельных голосов. Стоит ор, и уже никто никого не слушает. Тема заболтана. Так оно часто в жизни бывает: кто-то пытается что-то создать. Сделать. Старается. Пыхтит. А кто-то стоит рядом и кричит: "Смотрите, смотрите, что он делает!"



Если уже в декабре 2015 года акимат официально уведомлял экологическое общество "Зелёное спасение" о потраченных на проект 8,068 млрд тенге (около $25 млн), то в 2017 году на общественных слушаниях прозвучало немаловажное уточнение: из этой суммы 2,6 миллиарда потрачено впустую. Это признано акиматом, официально подтверждено, но сейчас выделены деньги на новое ТЭО, напомнила тогда собравшимся представитель "Зелёного спасения" Светлана Спатарь. Впрочем, некоторые источники утверждают, что в проект закопали уже и все упомянутые 8 млрд тенге.

Отдельные голоса: "бездельники", "противники", "скептики"

Отдельные голоса "бездельников", "противников" и "скептиков" зазвучали хором под эгидой движения "Защитим Кок-Жайляу": активисты настояли на общественной экспертизе проекта. Экологический кодекс РК позволяет провести на добровольных началах, и "зелёные" этим воспользовались. К работе привлекли авторитетных специалистов, отмеченных государственными наградами РК, имеющих учёные степени: аудиторов, рисковиков, финансистов.

600-страничное методическое пособие по противодействию мошенничеству в финансовой сфере и оценке рисков позволяет Абаю Ерекенову увидеть в продвижении проекта строительства ГЛК "Кок-Жайляу" все признаки мошенничества и подозрительное (suspicious) поведение. Кредитный офицер Ерекенов не вступает в полемику с кинематографистом Турсуновым, но предполагает, что финансово-экономическое заключение по ТЭО Кок-Жайляу режиссёр вряд ли сможет его даже прочесть, потому что там специфическая финансовая терминология.

Авторы общественной экспертизы утверждают, что для строительства ГЛК выбранная на Кок-Жайляу территория не пригодна. Абай Ерекенов дополняет, что и представители EcoSign в ТЭО писали, что Кок-Жайляу не пригоден под ГЛК. Также эти выводы подтвердили и в оценочной миссии Международного олимпийского комитета (МОК). МОК забраковал и Кок-Жайляу, и Шымбулак, и Медеу – единственным местом для проведения соревнований на международном уровне был назван Акбулак, напоминает Абай Ерекенов.

Общественные слушания по проекту обернулись скандалом. Абай Ерекенов напоминает, что Казахстан подписал Орхусскую конвенцию по доступу граждан к процессу принятия решений. "Она совершенно нагло и беспардонно нарушается чиновниками. Есть чётко прописанная инструкция, что такое общественные слушания: инструкцию полностью взяли из рекомендаций Орхусской конвенции. Чиновники совершенно нагло, открыто нарушают. Это совокупность лжи, они лгут на каждом шагу. Мы обратились в Орхусскую комиссию, где предъявили просто вопиющие доказательства – видео, фото. Любой, кто видел видео и фото, понимает, что там творилось полное безобразие."

Орхусская комиссия приняла решение: да, в Казахстане были нарушены международные обязательства. По этому поводу Европейская экономическая комиссия ООН (UNECE) выпустила своё 20-страничное заявление.

Г-н Ерекенов настаивает: мы имеем дело с массовым правовым нигилизмом среди казахстанских чиновников. Общественники вместе с юристами подсчитали, сколько именно статей Уголовного кодекса РК было и будет нарушено в ходе реализации этой аферы. Получилось 22 статьи УК, 6 из них – это статьи "экологические преступления". В 2017 году, во время выступления акима Алматы Бауыржана Байбека Абай Ерекенов предупредил спикера, что реализация проекта "Кок-Жайляу" приведёт к совершению уголовно наказуемого деяния. Предупреждения были проигнорированы. Уже летом-2017 активисты движения "Защитим Кок-Жайляу" зафиксировали на видео тот факт, что "были совершены деяния, которые подпадают под статьи УК".

Глава МОК в своё время получил от защитников Кок-Жайляу письмо, в котором казахстанцы добивались отклонения заявки на проведение зимних Олимпийских игр-2022 в Казахстане, и опирались активисты именно на пример с Кок-Жайляу. По словам обратившихся, госорганы не поощряют, не поддерживают "ответственный подход к проблемам охраны окружающей среды", не способствуют "экологически устойчивому развитию спорта", не содействуют "получению позитивного наследия от Олимпийских игр" городом Алматы и страной в целом.

Авторы писали, что законодательство Казахстана плохо увязано с международным правом, имеет массу противоречий, подвергается бесконечным изменениям в интересах тех или иных влиятельных экономических групп. Бездействие в сфере сохранения биоразнообразия Казахстана грозит полным исчезновением некоторых видов животных и растений, деградацией экосистем. Защищая целостность Иле-Алатауского национального парка, общественники в 2013-2014 годах подали пять исковых заявлений в суды с требованиями остановить незаконное строительство. Опротестовывать в судах действия или бездействие государственных органов крайне сложно, так как независимость судебной власти ограничивается влиянием исполнительных органов, и для всей судебной системы характерна коррупция. В итоге честь проведения Олимпиады-2022 досталась Пекину – и далеко не все казахстанцы этим были огорошены.

Как отыграли Кок-Жайляу

Наиль Нуров, глава Almaty Mounatin Resorts, в курсе этого обращения казахстанцев в МОК. Но у него собственная трактовка той переписки. Ему известно, что МОК нанимает крупнейшие, авторитетнейшие консалтинговые компании, которые изучают вопрос досконально. "Мы даже не знали и не знаем, что в Алматы приезжали люди, которые, никого не оповещая, изучали общественное мнение, слушали, что говорят люди на базарах, общались на кухнях. Это крупнейшая аналитическая работа МОК по оценке в том числе экономических и политических рисков", – утверждает г-н Нуров. Среди тем, связанных с Олимпиадой, которые больше всего будоражили в тот момент казахстанское общество, наиболее злободневной и конфликтной оказалась тема строительства на Кок-Жайляу. МОК обратился к Национальному олимпийскому комитету (НОК) РК с просьбой убрать Кок-Жайляу как предмет конфликта, как место социального напряжения. Имела значение только социально-политическая составляющая. МОК не давал Кок-Жайляу негативную оценку с точки зрения организации спортивной инфраструктуры или экологии, и это принципиальнейший вопрос, настаивает г-н Нуров. Как место проведения горнолыжки НОК РК предложил на выбор Акбулак, Алматау и Бутаковку. Таким образом, Кок-Жайляу "было отыграно".

Что касается нарушения положений Орхусской конвенции, то этот документ г-н Нуров понимает как требование публичности к значимым, в том числе экологическим проектам. Его предшественников обвиняли, по его оценкам, в том, что они не извещали общественность заранее о месте и времени проведения общественных слушаний по проекту строительства ГЛК "Кок-Жайляу". В Казахстане же суд также рассмотрел жалобы общественников на многочисленные нарушения Конвенции и, как вспоминает г-н Нуров, сделал вывод о необоснованности претензий. По словам Наиля Нурова, всё ещё не был разработан механизм реализации конвенции. Кстати, РК – член UNECE с 1994 года. Наиль Нуров понимает необходимость за 20 дней оповещать общественность о месте и времени проведения общественных слушаний.

Чтобы навсегда закрыть этот вопрос, мы хотим объявить о времени, месте и повестке за 3 месяца, обещает директор Almaty Mountain Resorts. В этом он видит работу над ошибками. На общественных слушаниях, настаивает он, должен быть очень конструктивный разговор, чтобы избежать балагана. Ведь этот разговор учитывается при принятии государственной экспертизы в защите технико-экономического обоснования (ТЭО) по проекту. Тех же, кто хочет рассказать историю своей жизни, он призывает не делать этого на общественных слушаниях, а приходить на круглые столы.

По его расчётам, после ТЭО на разработку проектно-сметной документации (ПСД) уйдёт вторая половина 2018 года и весь 2019 год. В апреле 2020 года, при благоприятном стечении обстоятельств, нынешним разработчикам проекта хотелось бы уже приступить к строительству. Тяжело и дорого нам будет идти в разработку проекта самостоятельно, сетует Наиль Нуров, в первую очень по причине нехватки квалификации.

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter