Председатель Верховного суда РК Жакип Асанов, подводя итоги 2018 года, объявил 2019 год "годом качества правосудия", ключевой задачей которого должно было стать повышение доверия к судам. Он заявил, что никто не будет покрывать служителей Фемиды, которые злоупотребляют служебным положением и будут уличены в коррупции.

"Коллеги, я просил бы чётко зарубить себе на носу, что мы не будем ради корпоративной солидарности защищать и покрывать судей, которые наносят урон имиджу всего судейского корпуса", – обратился к судьям Жакип Асанов.

Это было не первый раз, когда глава высшего судебного органа страны предупреждал судей об ответственности за принимаемые решения. До этого в своём четвёртом письме к коллегам он посоветовал им быть независимыми и при вынесении решений руководствоваться только законом и совестью. В своей речи о семи камнях правосудия он заявлял о намерении ужесточить отбор и аттестацию судей: была создана Комиссия по качеству правосудия и изменена система профессиональной оценки.

В 2019 году экзамен на профпригодность по новой методике прошёл первый поток судей. После подведения итогов Жакип Асанов сообщил главе государства об увольнении 37 судей по отрицательным мотивам: они принимали незаконные решения, нарушали судейскую этику и не прошли аттестацию.

Корреспонденты Informburo.kz решили узнать, как именно изменилась система аттестации судей и выяснили, что имеют место факты, которые вызывают сомнения в корректности её работы. При этом ограниченный доступ к данным о качестве работы судей даёт дополнительный повод сомневаться в объективности нового механизма оценки служителей Фемиды.

Почему появились сомнения в объективности оценок судей?

В распоряжении нашей редакции оказались оценочные листы аттестации судьи Уржарского района ВКО Берика Иманмадиева – их пересылали друг другу участники нескольких адвокатских и судейских чатов. Итоговые оценки в этих документах по-разному характеризуют качество его работы за последние пять лет: в первом ниже порогового уровня – 8,49 балла, во втором выше – 9,1.



Дело в том, что по новой методике работу судьи за пять лет оценивают по четырём основным группам критериев:

  • профессиональные знания и умение применять их при отправлении правосудия (качество судебных актов и процессов);
  • результаты судебной деятельности (нагрузка и соблюдение процессуальных сроков);
  • деловые качества (навыки общения в коллективе);
  • нравственные качества (соблюдение судейской этики, наличие и содержание жалоб, выполнение финансовых и иных обязательств – налоги, штрафы, алименты и прочее).

По каждой из этих групп по специальным формулам выставляются средние баллы и вычисляется взвешенная оценка. Максимально возможный итоговый балл – 14,95. Если итоговая оценка судьи 8,97 балла и выше, то он признаётся соответствующим занимаемой должности и проходит только собеседование, если ниже – направляется на написание эссе и решение кейсовых задач – от их результатов будет завесить итоговое заключение комиссии.

Исключить человеческий фактор при подсчёте и возможность подтасовки результатов должен был статистический модуль, который специально создали в автоматизированной системе судебного документооборота "Төрелік". Он собирает все нужные данные о показателях судьи и формирует оценочные листы с итоговыми баллами. Более подробно о критериях оценки, механизме подсчёта и применяемых формулах можно узнать, прочитав методическое руководство и регламент работы Комиссии по качеству правосудия.

Ещё одно из ключевых изменений новой аттестации: старые требования разрешали действующим судьям с низкой оценкой повторно пройти экзамен на профпригодность через год. При этом их не отстраняли от работы, и они продолжали вершить правосудие до повторной сдачи экзамена. По новым требованиям судью с баллом ниже установленного уровня освобождают от занимаемой должности. Уволенные по таким основаниям служители Фемиды не могут работать адвокатами и нотариусами (статья 32 закона "Об адвокатской деятельности"; статья 6 Закона "О нотариате").

Обновлённый экзамен на профпригодность в течение двух лет должны пройти 80% судейских кадров в стране. Поэтому сам факт наличия в первом потоке двух оценочных листов на одного судью с разными баллами уже даёт повод для множества домыслов и предположений в профессиональном сообществе: от сбоя программы и ошибок в данных до коррупции и "узких мест" в системе.

"Он был не согласен с баллами", – объясняют в Верховном суде. Но сам судья говорит об обратном

26 декабря на брифинге в СЦК, отвечая на вопрос корреспондента о возможности пересдачи судейской аттестации, член Высшего судебного совета Нуржан Джолдасбеков сообщил, что такой возможности нет. Отменить решение комиссии можно, только написав обоснованную жалобу в Высший судебный совет.

"Если жалобы судьи найдут своё подтверждение, Высший судебный совет на своём заседании большинством голосов может отменить это решение и в этом случае повторно направить судью для переаттестации. Только в этом случае может быть повторно проведена переаттестация, в других иных случаях повторности такой нет, ему (судье. – Авт.) такой шанс не предоставляется", – сказал Джолдасбеков.

Однако ни он, ни его коллега – судья Верховного суда Елена Максюта, которая присутствовала на том же брифинге, не смогли объяснить наличие двух оценочных листов у судьи из ВКО. Они также воздержались от высказываний по поводу возможных причин и обстоятельств, из-за которых те могли появиться.

За разъяснениями мы обратились в Верховный суд РК. Там сослались на пункт 28 регламента Комиссии по качеству правосудия и объяснили, что согласно ему оценочный лист от 11 ноября был выслан судье для ознакомления за пять календарных дней до заседания, а второй от 4 декабря – учитывал замечания судьи о некорректности результата.

"Если судья не согласен с баллами, то он вправе направить свои замечания, приложив подтверждающие документы. После чего комиссия перед заседанием детально изучает представленные возражения, а также тщательно перепроверяет собранные материалы по каждому оцениваемому судье", – пояснили в Верховном суде.

Комиссия, изучив представленные замечания судьи Иманмадиева установила, что большое количество отмен и изменений его судебных актов были допущены из-за изменившейся судебной практики. "А это, согласно новой методике, не является основанием, отрицательно характеризующим его деятельность: из 16 – отмен и изменений почти 70%", – говорится в ответе ВС.

"Комиссия действовала строго в рамках методики и регламента. Данный факт убедительно показывает, что Комиссия и её рабочий орган, соблюдая принцип объективности и минимизации субъективного подхода, на всех стадиях оценки тщательно изучают все материалы оценки", – говорится в заключительной части ответа.

В интервью корреспонденту Informburo.kz судья Берик Иманмадиев сообщил, что был согласен с первым оценочным листом и отметил, что все вопросы, касающиеся аттестации, необходимо адресовать Верховному суду. Он работает судьёй с 2014 года, сейчас ему 34 года.

Он не интересовался причинами, по которым его баллы были изменены: "Я не считал свои баллы. Пришли оценки, после чего (по-моему, это было в начале декабря) у меня было интервьюирование в Комиссии по качеству правосудия, по результатам которого было принято решение о том, что я соответствую занимаемой должности. А как считали баллы – этот момент мне неизвестен…", – рассказал судья.

"Я сам свои баллы не считал, мне предоставили оценочный лист, и я согласился со своей оценкой, после чего было интервьюирование… А какие вопросы мне на нём задавали – это такой момент, я не могу на это вам ответить", – сказал он.

"Недостатки будут учтены". Что не так в новом механизме оценки?

В пункте 28 регламента работы комиссии, на который ссылается Верховный суд, не прописана норма, которая позволяет судье не согласиться с баллами в оценочном листе до заключительного заседания комиссии.

Дословно из пункта 28: "Судья, чья профессиональная деятельность подлежит оценке, за пять календарных дней до заседания Комиссии должен быть ознакомлен со сводной таблицей, сформированной по результатам изучения материалов, которые в отношении него выносятся на рассмотрение комиссии. Сводная таблица направляется судье по электронной почте либо посредством информационной системы "Төрелік" за подписью председателя либо секретаря комиссии. С полным пакетом материалов судья может ознакомиться непосредственно в комиссии".

При этом из объяснений Верховного суда следует, что был установлен факт неправильного подсчёта баллов. В этом случае по пункту 26 регламента комиссия должна была вынести "решения об отказе в даче рекомендации для назначения". При этом она обязана отреагировать в адрес областных коллегий о неверно предоставленной информации, так как ответственность за достоверность сведений возложена на региональные суды. К слову, возможность и порядок обжалования решения комиссии прописаны в пунктах 46 и 47. Жалоба подаётся не позднее 10 дней со дня ознакомления с результатом работы комиссии.

В своём втором ответе на официальный запрос редакции в Верховном суде сообщили, что возможность изменения баллов была предусмотрена правовыми актами комиссии, но не уточнили, какими именно. В органе подчеркнули, что повода для специальной проверки нет, а другая информация об изменении итоговых баллов к ним не поступала, "поскольку новый механизм оценки деятельности судей действует впервые". Но такая норма не встречается в открытых источниках, поэтому мы предположили, что она возможно прописана в закрытом или внутреннем приказе органа.

В этой связи корреспондент Informburo.kz вновь обратилась за разъяснениями в Верховный суд и попросила указать, на какой конкретно правовой акт они ссылаются. В органе ответили, что его нет, но по аналогии с другими правовыми документами это возможно.

"Конкретно такое положение не прописано. Методика новая, и оценка по ней проводится впервые. Однако в "Төрелік" при направлении таблицы прописывается, что проверенную и подписанную таблицу судья возвращает в комиссию. Тем, кто не был согласен, а таких единицы, разъясняется право представить замечания с приложением подтверждающих документов", – ответили в высшем судебном органе.

"Эти замечания рассматривались комиссией, и в случае их обоснованности баллы пересчитывались. При этом судья пишет расписку с проставлением даты ознакомления и согласием. По аналогии с другими правовыми документами подразумевается, что раз человеку дают время для ознакомления, он может внести свои возражения. Тем более что положением это не запрещено", – говорится в разъяснении Верховного суда.

Кроме того, там отметили, что этот недочёт будет устранён: "Более того, поскольку новая оценка проводилась впервые, всем судьям давалось больше, чем положено, времени для ознакомления и представления дополнительных материалов. Это связано и с тем, что впервые оценка проводится с использованием специального статистического электронного модуля, когда практически все документы для оценки судьи формируются в информационной системе. И не предоставляются, как раньше, председателями судов. Выявленные в ходе применения новой методики недостатки будут учтены при внесении соответствующих корректировок в текущем году", – добавили в высшем судебном органе.

"Есть и другие причины". Знали ли судьи, что можно не соглашаться с баллами?

Мы выяснили, что не все судьи знали о возможности обжалования баллов после ознакомления с оценочным листом. Судья районного суда №2 Урджарского района Роллан Токтаров (36 лет) не прошёл аттестацию по новой методике и был признан несоответствующим занимаемой должности. Его итоговый балл в оценочном листе – 8,34.

"Если по сути брать, то судья может написать жалобу только в тех случаях, когда у него были отмены и изменения судебных решений в связи с изменившейся практикой либо было заключено мировое соглашение. Насколько я знаю, судьи направляли в комиссию количество таких решений до ознакомления с оценочным листов. Я также высылал информацию по таким делам, которые были у меня. Если высылать замечания можно было и после получения оценочного листа, то непонятно, как об этом могли узнать судьи, если ни в положении, ни в методике об этом ничего не сказано", – сказал Роллан Токтаров.



Он отметил, что несмотря на это, у него есть другие причины для обжалования решения комиссии: первая – оценочный лист был предоставлен ему для ознакомления не за пять календарных дней до заседания комиссии, как предписывает пункт 28 регламента, а в день прохождения аттестации, вторая – в оценочном листе было ошибочно указано, что он является судьёй Есильского районного суда, где он работал ранее, третье – количество рассмотренных дел указано неверно.

"Комиссия пришла к выводу, что я вынес решение по 529 гражданским делам в период 2016-2018 годов и за первые шесть месяцев 2019 года, но с этим отчётом я не согласен, поскольку общее количество гражданских дел, рассмотренных мной в течение этого периода, составляет 1176 дел в двух судах, в которых я работал, то есть в Есильском районном суде Акмолинской области и в районном суде №2 Урджарского района ВКО", – рассказал Роллан Токтаров.

"При этом по 691 были вынесены решения, из них два были отменены и одно изменено", – добавил он. В этой связи Роллан Токтаров обратился в Высший судебный совет и в Комиссию по качеству правосудия, но ответа на свою жалобу пока не получил.

Закрытый характер информации о показателях работы судей не дают возможности убедиться в обоснованности изменений баллов Берика Иманмадиева (у него было16 отмен и изменений), и в объективности оценок других судей либо перепроверить их по Методологическому руководству. Необходимая для этого информация на действующего судью, согласно ответу Верховного суда, является личной, имеет ограниченный доступ и предназначена для служебных целей.

"Член комиссии не вправе давать какую-либо информацию по находящимся у него материалам и принятым решениям. В связи с этим представить служебную характеристику, количество полученных замечаний и нареканий в комиссии, поступивших жалоб и отменённых решений за время работы указанных судей не представляется возможным", – говорится в ответе.

В Верховном суде отметили, что также не допускается вмешательство в деятельность Комиссии по качеству правосудия и воздействие на её членов. Это прописано в положении о её работе, который в апреле 2019 года утвердил глава государства.

Ошибка или возможность для манипуляций?

Мы обратились за комментарием к депутату Мажилиса Евгению Козлову (59 лет), который был участником рабочей группы в нижней палате Парламента по законопроекту, которым ужесточены требования по аттестации и кадровому отбору судей. Он проработал судьёй больше 20 лет (с 1995 по 2016 год), и по его мнению, при аттестации и проверке профессиональных качеств судей, возможно, могла произойти ошибка, которая впоследствии была исправлена.

По его словам, дело может быть в том, что за отменённые и изменение приговоры судью могут привлечь к дисциплинарному взысканию, если его решение грубо нарушает материальные или процессуальные права подсудимых. В других случаях, к примеру, в связи с изменением законодательства или различной оценкой доказательств к ответственности судья не привлекается.

"Возможно, первоначально посчитали все отмены и изменения судебных актов независимо от того, грубое нарушение закона было допущено или нет, и не учли, может ли судья за это быть наказан или нет. Потом всё-таки, когда судья представил, что вот эти изменения судебных актов не связаны с грубым нарушением норм материального или процессуального права, то есть за что он не может вообще быть привлечён к какой-либо ответственности, в комиссии, наверное, после этого всё-таки согласились с ним и убрали те цифры по отменам и изменениям, за которые он не может никакой ответственности нести. Из-за этого цифры и поменялись, такое может быть", – сказал Евгений Козлов.

По его мнению, также ошибка могла быть связана с некорректной работой тех людей, которые отвечают за сбор и подготовку данных для Комиссии по качеству правосудия.

"Может быть, получилось так, что они столкнулись с вопросом, который не урегулирован на законодательном уровне или подзаконным актом, и они вот так вот из этой ситуации вышли. Это же новый механизм. И потом, все эти сведения представляет не сам судья, а департаменты на местах, которые ведут техническую работу, и все сведения находятся у них. Возможно, что работник администратора этого суда, который направлял эти сведения, новенький или не разобрался в том, какие сведения, цифры нужно туда отправлять, – я это точно не могу сказать. Может быть, посчитали, что отправим всё, а там сами разберутся и уберут то, что надо или не надо, – тут трудно сказать. Разные ситуации могут быть, но в целом хорошо, что они сами всё исправили", – дополнил бывший судья Евгений Козлов.

По другому мнению, в механизме оценки есть "узкие места", которыми могли воспользоваться во вред судейской кадровой политике. Адвокат Ерлан Газымжанов считает, что лазейки позволили при аттестации оставить на рабочих местах судей, к профессионализму которых у него есть вопросы.

"Я считаю, что этой разбалловкой можно манипулировать, потому что туда можно вносить искажённые исходные данные. Я, например, видел такие случаи, когда на одного и того же судью могут быть две сводные таблицы с разными баллами: сначала одни баллы, потом, возможно, они не понравились судье, и председатель суда или тот, кто ответственен за это, решил это поменять", – рассказал Ерлан Газымжанов.

Данные из этих таблиц, на его взгляд, не всегда корректно отражают реальное положение дел: "Я знаю многих судей, которые ведут активную общественную деятельность, но когда смотрю их разбалловку, то по этому пункту у них стоит ноль баллов, несмотря на то, что этот судья во многом отличается от других судей своей активностью. Например, есть такой критерий "Координатор учебных программ и работы со СМИ". Я вот, к примеру, вижу судей, которые активно общаются с журналистами в социальных сетях, но когда смотришь их сводную таблицу, то в этом пункте у них почему-то стоят очень низкие баллы", – поделился он.

Люди жалуются на судей в соцсетях. В чём причина низкого доверия к судебной системе?

Если собрать все жалобы на судей в соцсетях, то все они сводятся к трём пунктам: обвинения в коррупции, некомпетентности и ангажированности с точки зрения административного и политического давления, рассказал провост (ректор) Университета КАЗГЮУ им. М.С. Нарикбаева Сергей Пен (39 лет). Но судебная система не может обновиться путём приказа об увольнении всего состава и набора нового через внеочередную аттестацию, как это происходило несколько раз в правоохранительной системе. Все судьи проходят отбор и назначаются на эту должность указом президента.

"Простые обыватели, к сожалению, очень сильно разбалованы подходом, который называется quick wins или "быстрые победы". Сейчас реализуется концепция слышащего государства, но, к сожалению, она провоцирует людей на то, чтобы немедленно в соцсетях какую-то проблему начать обсуждать и ждать её немедленного решения. Однако эта проблема, с судьями, в частности, требует эволюционного подхода, как и многие другие. Надо отдавать дань объективной оценке, а также тому, какой временной ресурс для этого нужен, чтобы довести все реформы до логического завершения", – поделился Сергей Пен.

Поэтому вектор изменений, по его мнению, действующим председателем Верховного суда Жакипом Асановым был задан правильно, но есть опасения, что они не будут реализованы в полной мере.

"Мы как университет с ним сотрудничаем, и нам, наоборот, это нравится. Мы верим, что именно он заряжен на изменения и действительно видит ту идеальную модель в конце, к которой надо прийти. Единственное, чего я лично опасаюсь, что ему не дадут достаточного времени довести этот процесс до конца. И специально начнут подогревать неправильное представление о том, что нужны быстрые результаты. Если бы ему для них дали право единолично принимать решение об увольнении любого судьи в Казахстане, тогда да, появилось бы моральное право, а все попытки измерить достижение результата были бы справедливыми", – сказал Сергей Пен.

По его мнению, есть несколько моментов, которые объясняют критику общественности в адрес судей. Он напомнил, что введённый год назад новый отбор кадров на судейскую должность смогли пройти единицы. И причина не только в высоких требованиях к кандидатам, но и в том, что не все высококлассные юристы стремятся стать судьями.


Читать также: Только два претендента смогли сдать новый экзамен на должность судьи в Казахстане


"Обыватель, глядя на судебную систему, в идеале должен представлять некий оплот абсолютно самодостаточных независимых профессионалов, которые на равных между собой общаются, а председатель суда номинальный, то есть один из них, а не какой-то там начальник. На деле же, когда человек попадает в судебную систему и назначается на должность, он начинает понимать, что это очень жёсткая иерархичная структура, которая напоминает любую госструктуру, где есть начальники", – рассказал Сергей Пен.

При этом в идеале, отмечает он, должность судьи должна привлекать сильных и независимых специалистов в праве: тех, кто может интерпретировать и толковать, а не бездумно пытаться следовать букве закона. Но такие люди, по мнению преподавателя, сейчас не стремятся стать судьями. К примеру, в своих решениях они могут обратиться к принципам правосудия или основополагающим отраслевым вещам, вплоть до цитирования латыни – такие примеры есть в Российской Федерации.

"Это показывает класс судьи, то, как он мыслит, но такой человек никогда не сможет работать в системе, где тебя постоянно пытаются направлять и говорить: "Вот по этим делам УДО или отсрочку мы не применяем". По другим делам тебя вызывает председатель коллегии, и там проводят беседы о том, что "такие решения не принимай, потому что это похоже на коррупцию" или что-то ещё в таком же духе. Настоящий профессионал, который уважает своё мнение и компетентность, никогда не будет так работать, сколько бы вы ему ни платили. Сейчас на должность судьи идут люди, которые готовы работать в таких "направляемых" условиях, и единственным их мотивирующим фактором является уровень зарплаты, которая сейчас, на мой взгляд, более чем достойна в судах первой инстанции, особенно в специализированных экономических судах", – добавил он.

Он считает, что если уволить всех судей и набрать новых нельзя, то надо перевоспитывать тех, кто поддаётся изменениям в положительном ключе, и продолжать отбор кандидатов. И в первую очередь надо начать с реформирования института председателей судов, из-за которых, по его словам, в судах царит атмосфера чинопочитания.

"Как будем перевоспитывать? Нужно изменить роль председателей судов, чтобы уменьшить срок их полномочий, урезать какие-то административные функции и передать их на коллегиальное рассмотрение, то есть начинать разбавлять эту абсолютную власть. И в конечном счёте это приведёт к тому, что каждый судья почувствует больше уверенности в своих решениях, независимость и самостоятельность", – отметил Пен.

Скольких судей уволят по итогам новой аттестации?

В ответе на официальный запрос Informburo.kz в Верховном суде сообщили, что всего оценку профессиональной деятельности в 2019 году прошли 377 судей, 16 (4%) были признаны не соответствующими должности в силу профессиональной непригодности и ещё 22 (6%) были рекомендованы к переводу в другой суд либо на другую специализацию.

Данные не окончательные – жалобы на решения комиссии поступают в Высший судебный совет. Этот госорган является автономным и его цель – формирование судейского корпуса, гарантия независимости судей и их неприкосновенности. Именно он формирует окончательный список судей на увольнение и направляет его на подпись главе государства.

Ранее там опубликовали информацию, что в листе увольнения находятся 25 судей, из них только 7 фамилий были включены по решению комиссии (аттестация) и 2 – от судебного жюри (дисциплинарная комиссия).

Другие 16 кандидатур оказались в нём в связи:

  • с перераспределением штатной численности (9);
  • с истечением срока полномочий председателя судов (2);
  • с заявлением об увольнении по собственному желанию (2);
  • с переходом на другу работу (1);
  • с достижением пенсионного возраста (1);
  • со смертью (1).

Имена рекомендованных к увольнению судей пока неизвестны. Как сообщил член Высшего судебного совета Нуржан Джолдасбеков на брифинге, список с фамилиями будет опубликован после подписания его главой государства.

"Решение Высшего судебного совета (об освобождении судьи от должности. – Авт.) носит рекомендательный характер. Мы с ним обратились к главе государства, который пока не подписал указ и не согласился с нашей рекомендацией. Я не могу заранее озвучить их фамилии", – сказал Джолдасбеков.

Приговоры судьи, которого уволят по причине профнепригодности, не могут быть пересмотрены – в законе нет оснований для этого. Пересмотреть дело по вновь открывшимся обстоятельствам можно, если судья будет признан виновным и осуждён за подлог, фальсификацию или заведомо незаконное решение по делу (статья 499 УПК РК).

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter