Продолжение. См. начало:
В Алматы энергетики добровольно не откажутся от сжигания угля: это их доходы


"Реконструкция ТЭЦ-2 приведёт к повышению тарифов на свет и тепло на 30%"

Вадим Борейко: Асет, вы можете сказать, хотя бы приблизительно, как реконструкция ТЭЦ-2 (даже не будем говорить именно о переводе на газ) скажется на кошельках граждан в сравнении с сегодняшними коммунальными тарифами?

Асет Наурызбаев: Я сравнил несколько вариантов расчётов, выполненных в "Самрук-Энерго" и в "КазНИПИЭнергопром", со своими данными, хранящимися у меня со времен моей работы в "Интер РАО". Усреднённая модель выглядит так: и перевод ТЭЦ-2 на газ, и строительство дымовых фильтров (на станции, без её газификации. – Авт.) поднимут тариф на 5-6 тенге (за киловатт-час. – Авт.). В случае перевода на газ это будут повышенные операционные расходы, связанные с более высокой стоимостью газа. Во втором случае стоимость топлива останется на прежнем уровне, и всё повышение тарифа будет связано с окупаемостью инвестиций.

В.Б.: В процентах какое будет повышение?

А.Н.: Если сейчас кВт/ч стоит 16,53 – 17,81 тенге, в зависимости от того, как вы платите, то тариф вырастет где-то на 30%.

ВОЗ поможет сдвинуть с места воз

В.Б.: К сожалению, граждане охотнее верят в прямой ущерб для своего кошелька, глядя на квитанцию коммуналки, чем во вред здоровью, которое медленно подтачивает смог. И в этом смысле, думаю, параллельно с подготовкой технических предложений для акимата общественная экспертная группа "Чистый воздух Алматы" должна начинать активную просветительскую работу о необходимости реконструкции ТЭЦ-2. И делать это должна именно общественность, потому что кредит доверия к властям известно какой – практически безвозвратный. Плюс в любой неожиданной ситуации акимат с удовольствием переведёт стрелки на активистов: дескать, это они инициировали повышение тарифов.

Мы же прекрасно знаем, с чего началось движение "жёлтых жилетов" в Париже, – с повышения цен на АЗС. Что думаете по этому поводу?

А.Н.: ВОЗ считает: смог забирает у среднего алматинца полгода жизни минимум.

Прямые экономические последствия были посчитаны в 2013 году, после того как Всемирный банк провёл исследование в Казахстане, в том числе в Алматы. По нашему городу у него получилась цифра в 486 миллионов 200 тысяч долларов увеличения затрат на здравоохранение по причинам, связанным с загрязнением воздуха (см. таблицу на стр. 6-7 исследования).

Мы хотим сейчас эти цифры положить в обоснование программы показателей и сказать акимату: из бюджета вынимаются миллионы долларов, которые вы не видите (их пока мало кто видит). А вы считаете, что так и должно быть. Но это происходит только потому, что люди болеют и умирают в нашем воздухе. Поэтому эти миллионы долларов – железно, обоснованно! – должны быть потрачены на проведение мероприятий по улучшению качества воздуха. В том числе – дотации по газу. Мы сейчас пытаемся понять, как правильно помогать людям с оплатой за газ. Да, плюс 5-6 тенге за киловатт-час за газовое отопление – сильно. Но давайте считать. В среднем семья расходует в месяц 300 киловатт-часов. Значит, сверх обычного она будет платить 1500-1800 тенге. Скольким семьям эту сумму требуется доплатить? Ведь для многих 1800 тенге – это один раз в кафе чай попить, и им не нужно ничего доплачивать.

В.Б.: Я вас немножко приторможу. Всю эту мотивацию необходимости дотировать плату за газ вам придётся доказывать с цифрами по заболеваемости. А они для нас являются серьёзной проблемой. На сайте "Электронное здравоохранение" нет прямого доступа к данным, но их можно получить по запросу. Некоторые сведения оттуда огласил на суде по смогу в декабре прошлого года представитель горздрава. Заболеваемость органов дыхания – у каждого третьего алматинца. Хронической обструктивной болезнью лёгких (ХОБЛ) страдают около 7% алматинцев. Это всё, что он сказал. А, например, данных по онкологии, особенно по детской, вы не найдёте нигде: несколько поколений журналистов пытались их выяснить, но безуспешно.

Как вы думаете решать эту проблему?

А.Н.: Мы будем опираться на верифицированные, достоверные данные из международных источников. В Казахстане нет ни надлежащего качества данных, ни доступа к ним. Даже методология их сбора не очень нам понятна. Возможно, ими манипулируют.

Есть Всемирная организация здравоохранения, которая даёт достоверные и доказанные сведения. Мы будем заходить со стороны международной статистики: если ВОЗ говорит, что средняя продолжительность жизни в Алматы меньше на полгода из-за смога, то мы на эту цифру и станем опираться. А до всей базы данных по заболеваемости, я уверен, мы когда-нибудь доберёмся. Вопрос в активности и настойчивости.


Асет Наурызбаев

Асет Наурызбаев / Фото Дмитрия Каратеева

А пока предъявим акимату эти минус полгода жизни: вы эту цифру не видите, но она существует, поэтому давайте потратим деньги на здравоохранение, на реконструкцию ТЭЦ-2, на помощь малоимущим, которые не могут себе поставить газовый котёл, присоединиться к газовым сетям и пользоваться газом.

Плюсы, риски и цена

В.Б.: Существует три варианта реконструкции ТЭЦ-2. Это строительство новой станции с ПГУ (парогазовыми установками), переоборудование угольных котлов в газовые и оснащение старой угольной станции новыми современными фильтрами. То есть в третьем варианте газ не фигурирует.

Что характерно, осенью 2017 года Елбасы давал "Самрук-Энерго" и акиму Алматы чёткое указание о переводе ТЭЦ-2 на газ. О том же в первой половине апреля говорил и министр энергетики Канат Бозумбаев.

Пожалуйста, расскажите о каждом из этих вариантов – об их плюсах, рисках и цене.

А.Н.: Плюсы новой станции – высокий КПД (выше 50%), новые технологии, хорошие эффективные решения. В чём минус? Стоимость киловатта мощности парогазовой установки – 1200-1400 долларов.

В.Б.: Давайте для ясности сразу конвертируем в стоимость киловатт-часа для потребителя.

А.Н.: 15,4 тенге – это возврат инвестиций (с процентами из расчёта 12% годовых за 10 лет). Операционные затраты по аналогам – примерно 5 тенге. Итого: стоимость киловатт-часа на станции – 20,5 тенге. Плюс сети, плюс сбыт: 5,98 тенге с НДС плюс 0,52 тенге с НДС. То есть в квартире будет 27 тенге вместо 17,8 при "плоском" тарифе. Но за счёт наличия старых станций рост "размажется" и будет меньше. На сколько – надо считать.

В.Б.: Сейчас 18 тенге. Больше на 50%.

А.Н.: Это вариант №1 – новая станция.

В.Б.: Вы не сказали о капитальных затратах на её строительство.

А.Н.: Допустим, мощность станции составит 600 МВт. Значит, строительство обойдётся в 720-840 миллионов долларов (1200-1400 долларов за кВт х 600 000).

В.Б.: На суде по смогу в декабре прошлого года истец Альнур Ильяшев, ссылаясь на источник в Минэнерго, говорил о сумме в 560 млрд тенге, что означает примерно полтора миллиарда долларов.

А.Н.: Значит, они хотели убрать угольную ТЭЦ-2 и построить газовую станцию на 1200 МВт. Но электричества в стране хватает, его можно передать из Экибастуза, и такую мощную станцию нет смысла строить.

В.Б.: Вы сумму инвестиций рассчитываете, что называется, "по чесноку"?

А.Н.: Да. С "марципанами", конечно, дороже будет.

В.Б.: С "марципанами" – это хорошо. Так, второй вариант.

А.Н.: Это то, что мы с вами уже обсудили (в первой части интервью. – Авт.): в котлах меняем угольные горелки на газовые, подводим газ, убираем углеподачу. И тогда прибавляем порядка 5,4 тенге к стоимости киловатт-часа. Это относительно дешёвое решение.

В.Б.: Насколько дешёвое?

А.Н.: Десятки миллионов долларов.

В.Б.: 22 декабря 2018 года на пресс-конференции министр энергетики Канат Бозумбаев заявил: "Там два варианта: перевод на газ ТЭЦ-2 и улучшение возможностей очистных сооружений на ТЭЦ-2 (то есть он подтвердил, что строительство новой газовой станции не рассматривается. – Авт.). Конечно, оставить на угле, но значительно снизить выбросы – это дешевле, но мы как министерство настаиваем на газе… Сейчас "Самрук-Казына" пересматривает эти вопросы. Там большой уровень инвестиций – почти 500 млрд тенге для этого нужно. Это фактически новая станция, поэтому они смотрят". Иначе говоря, министр оценил в 1 млрд 300 млн долларов единственный вариант, к которому склоняется Минэнерго, – и это не строительство новой станции, а перевод старой ТЭЦ-2 на газ.

А.Н.: Это что-то не то. Все понимают, что столько не может стоить.

В.Б.: И третий вариант – без газа: установка фильтров и эмульгаторов.

А.Н.: Он более дорогой (чем замена угольных горелок на газовые. – Авт.).

В.Б.: Я читал о 100 миллиардах тенге (263 млн долларов).

А.Н.: У меня был аналогичный кейс в "Интер РАО", там такая система для аналогичной станции в Восточной Европе стоила примерно 200 миллионов долларов. Здесь плюс не только в том, что качественно улавливаются вредные частицы, но и подавляются окислы азота. А это не частицы, а газы, и сейчас они практически не улавливаются. Есть специальная технология для их удаления, она апробирована, но стоит денег и увеличивает операционные затраты.

В.Б.: Стоимость этого, как вы говорите, "кейса" сопоставима с алматинским?

А.Н.: Да, сопоставима.

Четвёртый вариант

В.Б.: А вы можете составить "экологический рейтинг" каждого из вариантов? С учётом того, что сейчас, как следует из исследования целевых показателей качества окружающей среды города Алматы, доля ТЭЦ-2 в смоге составляет больше четверти.

А.Н.: Мы же четвёртый способ пока не обсуждаем, который я предлагаю.

В.Б.: Какой?

А.Н.: Распределённая генерация. На тех котельных, которые стоят сейчас в городе, надо поставить генерацию. Например, в районе Олимпийской деревни есть большая котельная, которая согревает как деревню, так и близлежащий микрорайон. Она достаточно мощная. Кто мешает на ней построить генерацию? Сегодня котельная работает, как чайник: вы сжигаете газ и получаете горячую воду.

Генерация не так работает. Вы сначала производите горячий пар, который крутит турбину, и на выходе его остатками греете воду. Либо вы ставите там, грубо говоря, большой двигатель внутреннего сгорания, и он производит механическую энергию, которая переводится в электроэнергию. А выхлопные газы снова нагревают воду. То есть основную работу произвели – получили электроэнергию, а тепло получаете бросовое, зарабатываете ещё и на горячей воде.

Это главная концепция когенерации: производство электричества и затем тепла. Во-первых, она экономична, а во-вторых, экологична: вы жжёте газ. Это возможность локально производить 30-50 МВт электричества прямо в микрорайоне.

В.Б.: Иначе говоря, вы предлагаете заменить или дополнить ТЭЦ-2 вот такими котельными? А сколько их понадобится для города?

А.Н.: Это надо считать. Ещё раз скажу: нам не надо полностью заменять ТЭЦ-2 внутренней генерацией (производством электроэнергии в Алматы. – Авт.): мы можем притащить её из Экибастуза (по линиям электропередач. – Авт.). А котельных нужно построить столько, сколько нужно по теплу (исходя из потребности в тепловой энергии. – Авт.). Допустим, нам надо пять новых микрорайонов обеспечить теплом – и мы в пяти точках обязаны поставить котельные. Их общая мощность будет, скажем, 150-250 МВт. И эту мощность можем сразу с ТЭЦ-2 убрать.


ТЭЦ-2

ТЭЦ-2 / Фото Дмитрия Каратеева

Так, по мере открытия новых котельных и выхода из строя старого оборудования мы будем снижать нагрузку станции. Чем меньше жжём уголь, тем лучше.

В.Б.: Итак, вы "топите" за свой вариант с локальными ТЭЦ.

А.Н.: Безусловно, его надо посчитать. Но я подозреваю, что он самый правильный. Потому что экономически обоснован: если жжём газ, то надо производить дорогую электроэнергию, а тепло будем утилизировать и продавать на отопление. Ну и есть ещё другие плюсы: например, возможность быстро регулировать мощность, что важно при развитии ветряной и солнечной генерации.

"Цена на газ – вещь политическая"

А.Н.: Но тогда нужно понимать, что делать с остатком.

В.Б.: Вы имеете в виду остаток мощности ТЭЦ-2?

А.Н.: Да, мы не можем от него избавиться, потому что тепло производим. То ли заменять остаток на газ, то ли ставить фильтры. Что выгоднее, сейчас не могу ответить – нужны расчёты, но, на мой взгляд, лучше пусть будут фильтры. Они дорогие, но газовое отопление для потребителя тоже будет дороже.

Надо понимать, что цена на газ – это вещь политическая: у нас есть свой газ, и есть газ за транзит – как плата за предоставленную для газопровода из Туркмении в Китай территорию. За транспортировку мы получаем квоту топлива. И пытаемся её продать подороже. А можем раздавать населению по низкой цене. Это уже задача государства – решать, почём будет доставляться газ на ТЭЦ-2. Может оно себе позволить значительно снизить цену? Может, особенно если понимает бюджетную эффективность здоровья граждан.

В варианте с сохранением генерации на угле тоже есть политическая составляющая. Если мы эти вот необходимые 200 млн долларов получим вместо проекта "Кок-Жайляу" (его стоимость 89,5 млрд тенге или порядка 230 млн долларов; в начале апреля аким Алматы Бауыржан Байбек по рекомендации президента Касым-Жомарта Токаева решил отложить строительство курорта, но окончательно проект не закрыт. – Авт.), тариф вообще не изменится! А если эти 200 млн долларов направить на перевод на газ, то их хватит не только на реконструкцию, но и на сохранение тарифа для примерно 200 тысяч потребителей в течение 10 лет. Остальным во втором варианте придётся тариф повысить. Эти варианты надо, как я уже говорил, точно просчитать.

Если мы дотащим до госорганов эту мысль: "Вы в бюджете теряете, если люди болеют", – тогда они скажут: "Окей, тогда мы лучше эти деньги отдадим ТЭЦ-2, чтобы она дёшево генерила, а народ не кричал на улицах: "Мы не будем платить за такие высокие тарифы на тепло и электроэнергию!" И вернём эти деньги через снижение расходов на лечение людей, их больничные и т.д.

Это всё варианты решений, которые общество должно понимать и требовать от властей наилучшего из них. Нельзя отдавать своё будущее на откуп одномоментному решению перевести ТЭЦ-2 на газ, которое готовилось непонятно как.

Это комплексная задача, которую власти нужно решать вместе с обществом.

Окончание следует

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter