23 марта в Нур-Султане прошло заседание госкомиссии по чрезвычайному положению, которое было введёно в Казахстане 16 марта из-за угрозы распространения нового коронавируса. Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев обратился к правительству и акиматам в регионах, отметив важность антикризисных мер – на эти цели государство потратит 4,4 трлн тенге или 10 млрд долларов без учёта налоговых преференций и поддержки на местном уровне.

"В условиях чрезвычайного положения – нам придётся идти на кардинальные меры для обеспечения благополучия граждан. Все ресурсы у нас есть – это средства госбюджета, Нацфонда. Ими нужно правильно распорядиться. Казахстанцы должны это знать. Больше всего людей в стрессовых ситуациях пугает неизвестность. Люди в кратчайшие сроки должны получить чёткое понимание, как им помогут в этот непростой момент", – сказал Касым-Жомарт Токаев.

Глава государства отметил, что непростой ситуацией решили воспользоваться недобросовестные люди, которые занимаются спекуляцией – все подобные факты выявляются и пресекаются соответствующими органами. Но для систематизации этой работы требуется утвердить объективно необходимый перечень социально-значимых товаров, по которому будет ведено государственное регулирование цен.

"Во всех областях и городах у нас достаточно продовольствия и товаров первой необходимости. Вместе с тем, сейчас каждому акиму региона необходимо наладить реальный учёт наличия товаров первоочередного спроса. Формальный подход здесь недопустим", – подчеркнул президент.

Корреспонденты Informburo.kz решили узнать, как работают стабфонды, на работу которых было выделено дополнительно 32 млрд тенге, и на что конкретно будут потрачены эти деньги. Мы также выяснили, какую роль этот механизм госрегулирования играет в продовольственной безопасности республики и каковы настоящие причины панических всплесков покупательской активности у казахстанцев.

Как работают стабфонды и за что их критикуют?

Главная цель стабилизационных фондов – это товарные интервенции. Их суть заключается в том, чтобы сбивать государственными запасами дефицитный ажиотаж у населения на социально значимые товары и тем самым сдерживать необоснованный рост цен. В Казахстане этот механизм госрегулирования работает только по 19 видам продуктов питания, которые находятся в списке социально значимых:

  • мука пшеничная первого сорта;
  • хлеб пшеничный из муки первого сорта;
  • рожки (весовые);
  • крупа гречневая (ядрица);
  • рис шлифованный (круглозерновой);
  • картофель;
  • морковь;
  • лук (репчатый);
  • капуста;
  • сахар (сахарный песок);
  • масло подсолнечное;
  • говядина (лопаточно-грудная часть с костями);
  • мясо кур (бедренная и берцовая кость с прилегающей к ней мякотью);
  • молоко (пастеризованное 2,5% жирности в мягкой упаковке);
  • кефир (2,5% жирности в мягкой упаковке);
  • масло сливочное (натуральное и несолёное, не менее 72,5 % жирности);
  • яйцо куриное (I категория);
  • соль (кроме "Экстра");
  • творог (5-9 % жирности).

На создание и деятельность стабфондов в прошлые годы государство уже потратило почти 23 млрд тенге. С учётом дополнительного финансирования в условиях режима ЧП из-за коронавируса общая сумма расходов на данный момент составляет 55 млрд тенге. Эти деньги тратятся по двум направлениям:

  • основной: на пополнение складов фондов осенью, в сезон низких цен, чтобы начать их продавать при дефиците: обычно это происходит ближе к весне, когда заканчиваются запасы прошлогоднего урожая. Товары реализуются через сеть социальных магазинов и на коммунальных рынках.
  • альтернативный: льготное кредитование торговых точек "по оборотной схеме" взамен на их обязательства и гарантии не поднимать стоимость продуктов из списка социально значимых. Этот механизм официально заработал в середине 2019 года.

Основная работа стабфондов не раз подвергалась критике за нерентабельность и малоэффективность, последний раз это было в ноябре 2019 года. Президент Касым-Жомарт Токаев на совещании по развитию Акмолинской области в Кокшетау возмутился тем, что в центре главного зернового региона страны рост цен на муку был максимальным – почти 47%.

"Стабфонды практически не оказывают стабилизационного воздействия на рынок продовольственных товаров. Пороговые значения цен не контролируются. Моё поручение не выполнено", – сказал президент.

Среди основных проблем глава государства отметил отсутствие должного контроля за ценообразованием – министерства ограничиваются лишь тем, что констатируют факты роста цен, указывая, на волатильность курса валют и сезонный характер сельхозпроизводства, акимы фактически самоустранились от этой работы.

Министр торговли и интеграции Бахыт Султанов, объясняя причины роста цен на продукты питания, раскритиковал работу акиматов, так как стабфонды находятся в их ведении. По его данным, в 2019 году товарные интервенции проводились не в тех товарных группах, где произошёл наибольший рост цен. Исключением являются Шымкент и Мангистауская область – там интервенции вообще не проводились.

"Например, было реализовано две тысячи тонн картофеля. По нему низкая импортозависимость и рост цен был несущественный. При росте цен на гречку на 80,5% общий объем её реализации из стабфондов составил всего лишь 213 тонн, что не повлияло на рынок. В то же время на счетах и депозитах стабфондов имеются три млрд тенге свободных средств, ранее выделенных из бюджета, для осуществления закупок", – рассказал он.

Министр отметил, правительство призывало власти регионов активнее использовать альтернативу – работать с торговыми точками по "оборотной схеме", но по ней пока работают только в Нур-Султане и Алматы.

По мнению Бахыта Султанова, самым действенным механизмом сдерживания цен являются меры по защите конкуренции на рынке, но местные власти ими тоже не пользуются: в 2019 году во всех регионах страны было зарегистрировано 67 случаев превышения пороговых цен (за январь 2020 года – семь случаев), однако ни один акимат не отреагировал на эти факты. Как это должно работать на примере социального хлеба, можно прочитать здесь.

Дефицита нет, есть спекуляция

10 марта бывший главный санитарный врач Казахстана Жандарбек Бекшин озвучил прогноз казахстанских учёных о том, что: "коронавирус в стране может появиться с 11 по 16 марта". Он оказался точным. О первом зарегистрированном случае заражения коронавирусом жителям Казахстана сообщили 13 марта. Но 12 марта в соцсетях уже появились первые фотографии пустых полок и очередей у касс супермаркетов. Это произошло после того, как ВОЗ заявила о пандемии Covid-19 , а курс тенге рекордно упал вслед за ценами на нефть.

Корреспондент Informburo.kz выяснил, что один из снимков был сделан в супермаркете сети Magnum в Нур-Султане (Туран,55), с которым у акимата столицы подписан контракт "по оборотной схеме". Как рассказал руководитель отдела закупок Максим Савченко, полки магазина опустели из-за резкого всплеска покупательской активности. Всего их было два: 17 марта казахстанцы вновь массово отправились в магазины – на этот раз после сообщения о введении карантина в столице и Алматы.

"12 марта покупательский поток увеличился на 15% в среднем по сети, а в пиковые часы на отдельных филиалах он возрос до 50%. Где-то в этот момент сотрудники просто не успевали пополнять витрины, хотя товар был на складах. Однако мы справились с этой нагрузкой и уже утром люди увидели, что весь товар опять на местах, цены мы держим", – сказал Максим Савченко.

Активней всего люди скупали товары длительного хранения – крупы, макароны и средства гигиены, отмечает представитель сети. Спрос на них увеличился в 2-4 раза, но цены в ближайшее время останутся на прежнем уровне, заверил он. Однако, ожидается корректировка стоимости на импортные товары – без неё у магазина уменьшится ассортимент, для крупной сети ретейла это важно.

"Этот ажиотаж ничем не обоснован, потому что дефицита товара нет ни у нас, ни на складах у партнёров – всё есть в наличии. Покупатели могут приходить и делать покупки в привычном для них режиме. С каждым партнёром мы подписываем контракт, по которому в течение 30 дней мы будем держать цены и без обоснованных причин их не меняем. Соответственно, в ближайшее время резких скачков цен не ожидается. При этом около 50% всех товаров в наших супермаркетах – казахстанского производства", – добавил представитель сети Magnum.

17 марта из-за начавшейся спекуляции правительство пригрозило бизнесу жёсткими мерами, если предприниматели продолжат взвинчивать цены на муку, макароны, сахар и другие товары. От торговых точек потребовали, чтобы все цены в магазинах вернулись на уровень начала прошлой недели – срок до 20 марта.

"Если этого не произойдёт, то мы вынуждены будем ввести предельно допустимые цены как на продовольственные, так и ряд непродовольственных товаров. И в этом случае любые превышения установленных цен будут наказываться самым жестоким образом: от высоких штрафов вплоть до уголовной ответственности", – сказал глава МТИ РК Бахыт Султанов.

Если дефицит товаров всё же будет, отметил он, то для сдерживания цен используют запасы стабфондов и Комитета государственного материального резерва, подчеркнул министр: "Но такой дефицит мы не ожидаем".

По справке Министерства торговли и интеграции, из 19 видов социально-значимых продуктов высокая доля импорта, более 20%, только у сахара, мяса кур, сливочного масла и соли, а по луку, гречке, капусте, макаронам, сыру и творогу – от 7 до 13%.

По расчётам Министерства сельского хозяйства РК, запасов социально значимых товаров в стране более 1,2 млн тонн – этого должно хватить на 5-6 месяцев без учёта текущего производства. И в целом, по основным товарам Казахстан обеспечивает внутренние потребности в социально значимых продуктах питания на 80%, а по некоторым даже перевыполняет: по муке на 204%, рису – 190, картофелю – 107 и макаронам – 104.

Проблемы продбезопастности: рыночная мафия и перекупщики

16 марта, когда в Казахстане был введён режим чрезвычайного положения из-за коронавируса, депутаты Мажилиса больше двух часов обсуждали тему насыщения внутреннего рынка отечественной сельхозпродукцией.

Начиная правительственный час, вице-спикер мажилиса Владимир Божко озвучил некоторые цифры: рацион казахстанцев на 20% меньше того, что предусмотрено национальными нормами. Из-за их дороговизны казахстанцы недоедают фруктов, рыбы, молочных продуктов и яиц. И это при том, что большинство казахстанцев тратят на еду 50% своих доходов, в карманах посредников "оседают" 70-75% от розничной цены на товары.

Депутат Роман Ким возмутился тем, что приписки в статданных на млн тонн особенно по молоку, КРС и пшенице не дают оценить реальное положение дел в сельском хозяйстве:

"Как можно на основании таких искажённых данных оценить фактическую продовольственную безопасность страны? Это же нацбезопасность. Кто вообще будет отвечать за этот бардак?", – ругался Ким.

Вопрос мажилисмена дал повод главе МСХ Сапархану Оспанову поделиться хорошими новостями: в этом году по зерну показатели статистики совпали с данными международного зернового союза и с предварительными прогнозами Министерства сельского хозяйства США.

"У нас всегда эта разница составляла (по зерну – Авт.) в районе 2-2,5 млн тонн. Я думаю, что это благодаря тому, что у нас в стране уже года два идёт космический мониторинг. Есть, конечно, вопросы к космическому мониторингу, но из года в год он свои плоды даёт. По поголовью, если я не ошибаюсь, в 2011 году один раз уже перерасчёт делали и тогда около 1,1 млн голов скота были списаны. Я думаю, что пришло время эту цифру ещё раз проверить, поэтому мы сейчас с Комитетом статистики перепроверяем", – рассказал он.

"То же самое по молоку – 5,7 млн тонн мы производим, а перерабатываем всего 1,5 млн тонн, вопрос есть… сейчас мы с Комитетом статистки пересматриваем всю методологию и предлагаем хотя бы раз в год делать всё-таки подворовой обход, чтобы цифры статистики подтверждать", – тяжело вздохнув подытожил свой ответ министр сельского хозяйства.

В стране действует рыночная мафия, а торговые точки превратились в свалку импортных товаров, раскритиковал работу госорганов мажилисмен Карибай Мусырман. Отечественным производителям, по его словам, трудно пробиться на рынок – крупные ретейл-сети вымогают ретро-бонусы, которые достигают 30% от стоимости товара.

"Кто угодно у нас вправе реализовывать свою продукцию, кроме отечественных производителей! На рынки и базары местная продукция не может попасть из-за рыночной мафии, которая отдаёт предпочтение дешёвому импортному фальсификату и заставляет производителей продавать свою продукцию по завышенной цене", – сказал депутат.

Облегчить доступ на рынки местным фермерам должны оптово-распределительные центры, отметили в Министерстве торговли и интеграции. Их создание обсуждается с 2017 года – планируется, что они будут работать напрямую с сельхозпроизводителями, что позволит продавать продукцию без посредников и лишней наценки. Как это работает, можно узнать здесь. Сейчас процесс по созданию ОРЦ идёт в восьми регионах страны.

Почему казахстанцы закупаются продуктами впрок?

На фоне пандемии коронавируса в мире опасения казахстанцев по поводу массовых эпидемий и болезней заняли первое место в "рейтинге страхов", обогнав многолетнего лидера – безработицу. Об этом говорят данные соцопроса, который был проведён с 25 февраля по 3 марта специалистами общественного фонда "Центр социальных и политических исследований "Стратегия".

Как рассказала глава центра, социолог Гульмира Илеуова, такие исследования проводятся постоянно, чтобы выяснить, являются ли примордиальные (первичные) страхи человека, к примеру, как бы не умереть с голоду, самыми главными.

"Сейчас мы видим, что хоть разница в одну десятую процента, но всё-таки те страхи, у которых большая информационная волна, выходят на первое место, при этом оттеснив другие не менее важные – это экономическое положение и страх обнищания", – отметила она.

В исследовании приняло участие 1103 респондента. Вот как ответили люди на вопрос "Скажите, пожалуйста, в какой степени вы лично опасаетесь следующих возможных событий и явлений в нашей стране?".



В прошлые годы тема массовых болезней обычно была на периферии общественного внимания (9-10 место). Специалисты предполагают, что как только информационная волна, поднятая пандемией коронавируса, спадёт, этот страх также потеряет свою актуальность.

Но вместе с тем эксперты обратили внимание на то, что есть высокий уровень опасений относительно экологии – этот вопрос был задан респондентам впервые и сразу получил высокий рейтинг.



Очереди у касс в магазинах, по словам Гульмиры Илеуовой, обычная реакция людей на кризис, а у казахстанцев – генетическая память на дефицит.

"У нас в советское время был дефицит на всё и карточная система, в 80-х годах был небольшой период более-менее повышенного предложения, потом опять произошёл дефицит – это все помнят. Конечно, на этом фоне у людей срабатывают определённые стратегии и практики выживания. Стоит отметить, что только некоторая часть населения этому была подвержена ", – добавила она.

Но при этом, по её словам, причина продуктового ажиотажа 12 и 17 марта больше связана с опасениями людей по поводу роста цен, так как многие жители страны имеют ограниченный бюджет, а их продовольственная корзина настроена на вид товаров и продуктов по определённой цене.

"Если сейчас по итогам они будут вынуждены отказаться от каких-то групп товаров, то это, наверное, как раз самое ужасное. В первую очередь будут страдать дети, их развитие. Во всяком случае, это вывод, который мы сделали на основе маркетинговых исследований, но в целом такой риск существует", – сказала Гульмира Илеуова.

"Если вслед за этой волной будет следующая, и какие-то продукты будут дорожать, то они станут недоступными для значительного числа людей. Это, конечно, самый большой риск, который просматривается буквально в месячной перспективе", – добавила социолог.

Мнение эксперта: Проблемы не в росте цен, а в доходах казахстанцев

Угроза эпидемии – это угроза жизни, поэтому логично, что в последние время люди ставят её выше, чем материальные проблемы или недостатки государственных институтов, считает экономический обозреватель Сергей Домнин. И в этом плане, отмечает он, казахстанцы показали, что они достаточно рациональны.

"10-12 марта люди отреагировали на снижение цен на нефть, за которым у нас обычно происходит девальвация тенге и удорожание продуктов, а 17 марта – уже на карантин. Бум потребительской активности объясняется двумя факторами: высокая неопределённость (непонятно, что будет дальше), низкое доверие властям, убеждениям которых мало верят и в развитых странах, не говоря уже о развивающихся", – сказал он.

"Людям приходится постоянно принимать решения, которые эффективны в краткосрочной перспективе. Отсюда спринты в обменниках, супермаркетах и так далее", – добавил Сергей Домнин.

Можно осуждать такое поведение, отмечает экономист, но в любом случае, значительная часть населения в краткосрочной перспективе решила свои задачи – приобрела достаточное количество необходимых товаров по приемлемым ценам, так как люди ожидали их повышения.

"Но здесь нужно сделать поправки. Во-первых, современный человек живёт в виртуальном информационном пространстве больше, чем в реальном. Ему не нужно самому видеть умирающих от болезней, чтобы испугаться. Во-вторых, если речь идёт о собственном здоровье, то низкими процентами смертности себя вряд ли успокоишь. Кроме того, люди боятся за своих пожилых близких", – сказал Сергей Домнин.

Однако роста цен на более чем 20% за несколько месяцев ожидать не стоит, отмечает эксперт, по трём причинам: начинается второй квартал, когда действует сезонный эффект – цены на продукты немного снижаются, и население приобрело их не для перепродажи, а для потребления. Это в некоторой степени охладит спрос, а значит и цены.

"В режиме чрезвычайного положения правительство будет жёстко контролировать продавцов, поэтому у них не будет соблазна повысить цены, не подкрепив это удовлетворяющими власти основаниями. Плюс позитивно сказаться на ценах должны и стимулирующие антикризисные меры правительства", – отметил он.

"Но это не значит, что продовольствие перестанет дорожать – скорее, продовольственная инфляция усилится, но большую проблему я вижу не в росте цен, а в падении номинальных доходов населения из-за снижения экономической активности на фоне режима чрезвычайного положения", – добавил эксперт.

О том, что казахстанцы живут в условиях постоянной экономии, свидетельствуют результаты исследования Nielsen – международной аналитической компании, которая регулярно рассчитывает индекс потребительского доверия, чтобы понять предпочтения и настроения жителей разных стран. Значение индекса выше 100 пунктов говорит о преобладании в стране оптимистов, ниже 100 пунктов — пессимистов.

По итогам 2019 года у Казахстана 83 пункта, что свидетельствует о том, что оптимизм покупателей слабеет на фоне ослабления национальной валюты. 29% опрошенных беспокоит рост цен на продукты питания, вторым по важности опасением казахстанцев является здоровье (21%) и на третьем месте – беспокойство об экономике страны (19%). 17% соотечественников выражают обеспокоенность по поводу обучения детей, выплаты долгов и кредитов.

Для сравнения: основные опасения в Европе – это возможность войны (50%), увеличение расходов на коммунальные услуги (33%) и экономика (23%).

8% опрошенных в Казахстане верят, что страна выйдет из кризиса в ближайший год, 66% считают это маловероятным, а 26% респондентов живут в условиях неопределённости и не знают, чего стоит ждать от экономики.

Исследователи отмечают, что "все это побуждает переходить в режим экономии, который уже давно является реальностью для казахстанского покупателя": 69% опрошенных заявили, что им пришлось изменить привычные расходы. Но больше всего опрошенных сокращают траты на развлечения вне дома (56%), на покупку одежды (55%). 37% покупателей готовы переходить на более дешёвые бренды в товарах повседневного спроса, и 34% откладывают покупку бытовой техники и электроники.

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter