Касым-Жомарт Токаев поручил законодательно установить запрет на применение условно-досрочного освобождения для лиц, осуждённых за коррупционные преступления.

"Громкие задержания, эффектные кадры имеют краткосрочный эффект. Когда такие дела потом ещё и разваливаются в суде из-за недостатка доказательств, недоверие общества к мерам государства по борьбе с коррупцией возрастает. Без устранения причин и условий самих коррупционных явлений – это борьба с ветряными мельницами", – заявил глава государства на совещании по проблемам коррупции.

Но поможет ли запрет на УДО изменить ситуацию с коррупцией в стране?

За три с половиной года на свободу по УДО вышли 111 коррупционеров

В Казахстане лишь три категории осуждённых не могут подавать ходатайство об освобождении по УДО:

  1. Отбывающие наказание за террористическое или экстремистское преступление, повлёкшее гибель людей либо сопряжённое с совершением особо тяжкого преступления.
  2. Педофилы, осуждённые за преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетних.
  3. Помилованные, которым смертную казнь заменили на лишение свободы.

Остальные могут рассчитывать на досрочный выход при соблюдении трёх условий:

  1. Полного возмещения ущерба.
  2. Отсутствия строгих замечаний в колонии.
  3. Отбытия части наказания:
  • 1/3 срока – осуждённым за преступление небольшой или средней тяжести;
  • 1/2 срока – осуждённым за тяжкое преступление;
  • 2/3 срока – осуждённым за особо тяжкое преступление.

По данным Антикоррупционной службы, за последние несколько лет по УДО вышли 111 человек, осуждённых за коррупционные преступления:

  • в 2017 году – 7;
  • в 2018 году – 47;
  • в 2019 – 30;
  • за семь месяцев 2020 года – 27.

После освобождения экс-чиновников, осуждённых за многомиллионную растрату бюджета, громкие задержания кажутся казахстанцам бросанием пыли в глаза. В обществе на эту тему часто шутят: "Отсидит год-два и выйдет на свободу". Яркие примеры – громкие дела бывших высокопоставленных чиновников, разбирательства по которым длились дольше, чем они пробыли в местах лишения свободы. Среди них:

  • экс-министр национальной экономики Куандык Бишимбаев;
  • экс-премьер-министр Серик Ахметов;
  • экс-аким Костаная Ахметбек Ахметжанов;
  • экс-министр здравоохранения Жаксылык Доскалиев;
  • экс-министр внутренних дел Серик Баймаганбетов;
  • экс-вице-министр сельского хозяйства Муслим Умирьяев;
  • экс-глава КНБ Нартай Дутбаев.

Informburo.kz уже готовил обзор "Кто из госслужащих и бизнесменов Казахстана получил большой срок и вышел через пару лет?", поэтому кратко предлагаем вспомнить лишь самые резонансные случаи.



К примеру, Нартай Дутбаев вышел по УДО в июне 2020 года. В 2017 году экс-главу КНБ признали виновным в разглашении госсекретов и превышении служебных полномочий и приговорили к 7,5 годам лишения свободы. В 2018-м за новые обвинения (злоупотребление властью, растрата чужого имущества, легализация денег или имущества, полученных преступным путём) увеличили срок до 12 лет. В 2019-м Верховный суд снизил наказание до 11 лет.

Через год – в январе 2020 года – в Уголовный кодекс внесли поправки, по которым один день, проведённый в СИЗО, засчитывается в срок как полтора дня, проведённых в местах лишения свободы. Это позволило суду пересчитать срок Нартая Дутбаева, и, принимая во внимание возраст осуждённого (64 года), отпустить его по УДО. Итого он пробыл под арестом три с половиной года из 11, но так как часть этого срока он был в СИЗО, то по закону он отбыл более половины срока.



Другой пример – бывший министр национальной экономики Куандык Бишимбаев, который пробыл под арестом не более двух лет. В марте 2018 года его приговорили к 10 годам лишения свободы. Суд признал его виновным в получении взяток и хищении свыше миллиарда тенге. В октябре 2019 года он вышел по УДО. Но ещё до подачи ходатайства Куандык Бишимбаев писал письмо президенту, в котором просил о помиловании, что помогло ему скостить срок. Сейчас бывший глава нацэкономики находится на свободе под пробационным контролем.



Бывшего премьер-министра Серика Ахметова в декабре 2015 года приговорили к 10 годам колонии. Позже ему дважды сокращали срок: сначала на два года, затем – на год и семь месяцев. В сентябре 2017 года его реальный срок заменили ограничением свободы на четыре года и семь месяцев. Итого под стражей он пробыл почти три года, в том числе год под домашним арестом.

"Запрет на УДО – отчасти популистская мера"

Представитель Международной комиссии юристов Дмитрий Нурумов полагает, что запрет на УДО породит новые коррупционные риски.

"Президент говорил о запрете на УДО только по тяжким и особо тяжким коррупционным преступлениям. Есть риск, что в будущем нечистые на руку правоохранители будут переквалифицировать такие преступные деяния с тяжких и особо тяжких на менее тяжкие, уводить коррупционеров от наказания по более мягким статьям", – говорит международный эксперт.

Проблема и в том, что не за все коррупционные преступления предусмотрено лишение свободы. Например, за дачу и получение взятки можно откупиться штрафом.

"Такая санкция вряд ли остановит коррупционера, у которого взятки поставлены на конвейер. В отчётах мониторинга Стамбульского плана действий по борьбе с коррупцией эксперты ОЭСР (Организация экономического сотрудничества и развития. – Авт.) посчитали такие санкции слабыми и неэффективными. Сейчас готовится законопроект, который исключит использование штрафов как неэффективную санкцию. Вопрос запрета на УДО по некоторым составам преступления, скорее всего, будет в этом пакете поправок", – добавляет Дмитрий Нурумов.

Запрет на УДО не исключает другие формы смягчения наказания, среди которых:

  • выход из мест лишения свободы по медицинским показаниям;
  • освобождение по амнистии;
  • замена неотбытой части срока более мягким наказанием (штрафом).

"Запрет на УДО – отчасти популистская мера. Учитывая, что уголовное преследование за коррупцию часто носит избирательный характер или черты явной кампанейщины, сам по себе запрет на УДО не решает принципиальных вопросов создания действенной уголовной системы противодействия коррупции. Власть реагирует на запрос в обществе, но насколько запрет на УДО способен повлиять на оздоровление всего общества от коррупции – остаётся под вопросом", – сомневается спикер.


Читайте также: Колония строгого режима: как отбывают наказание заключённые в Казахстане? Репортаж Informburo.kz


К тому же всегда есть риски осуждения невиновного человека, будь то за коррупцию или за другое преступление. Обвинительный уклон судебных процессов подтверждается официальной статистикой – количество оправдательных приговоров от общей массы приговоров является по сути статистической погрешностью.

"В этой связи я полагаю, что какое-то количество лиц, в отношении которых происходит уголовный судебный процесс, может получить обвинительный приговор, будучи фактически невиновными", – допускает юрист Роман Реймер.

Адвокат Олег Чернов тоже считает, что пока говорить о беспристрастном правосудии в Казахстане рано.

"Если коррупционер никакого интереса не представляет, то мы увидим честное и объективное правосудие. Но если захотят посадить человека, если будет заранее принятое решение, то говорить о справедливом правосудии будет преждевременно и не совсем объективно. Запрет на УДО для коррупционеров будет работать в том случае, если у нас сформируется эффективная судебная практика, в противном случае норма будет применяться в порочном виде", – уверен Олег Чернов.

"Возможность выходить по УДО оставляет надежду"

Запрет на УДО для коррупционеров считает необходимым депутат Мажилиса, член комитета по законодательству и судебно-правовой системе Магеррам Магеррамов.

"Я считаю, что любой, кто имеет мозги, призадумается: стоит ли брать взятки и потом надолго лишаться свободы. У нас чуть ли не через день коррупционеров выявляют. Нужны какие-то меры, которые подействуют. Нынешние санкции и возможность выходить по УДО этим людям оставляют какую-то надежду. Мне кажется, можно было бы ещё увеличить санкции, наказание", – говорит депутат.

Того же мнения придерживается руководитель специальной мониторинговой группы по противодействию коррупции Айгуль Соловьёва.

"Для нечистоплотных чиновников должна быть какая-то "пугалка", иначе они и дальше будут лезть в карман налогоплательщиков. Даже во время пандемии Covid-19 многие чиновники залезали в карман простых граждан, в том числе в сфере лекарств и госзакупок оборудования, предназначенного для спасения жизней людей", – добавляет она.


Читайте также: Токаев: Чиновники меняются по кругу один за другим, а системные проблемы не решаются


Она считает, что в борьбу с коррупцией должны включиться рядовые казахстанцы и вместо того, чтобы хаять чиновников в соцсетях, приводить контраргументы.

"Гражданское общество – это когда человек не просто сидит в соцсетях и говорит, что в стране всё плохо, а открывает карту бюджета и смотрит, сколько выделили на здравоохранение, соцвыплаты. Сейчас деньги народа зачастую втихую в кабинетах распределяют, к примеру, на ролики, которые хвалят кого-то. Это же ненормально – почти до миллиарда доходят эти суммы", – говорит Айгуль Соловьёва.

Она выступает за то, чтобы осуждённых за коррупцию лишили возможности не только выйти по УДО, но и заменить неотбытый срок штрафом.

Как Сингапур поборол коррупцию

В качестве профилактики коррупции разные страны используют разные методы. В Китае, например, грозят смертной казнью, в странах Ближнего Востока коррупцию приравнивают к воровству и отрубают за это руку.

"Даже если институт УДО в той или иной форме есть в стране, суды не склонны удовлетворять прошения о выходе досрочно от лиц, осуждённых за коррупционные преступления. Суды учитывают, что эти преступления носят действительно опасный характер, и общество не будет благосклонно к таким решениям судебной власти", – продолжает Дмитрий Нурумов.


Читайте также: Казахстан поднялся в рейтинге стран по уровню восприятия коррупции. Как мы этого добились?


Но одним из самых удачных примеров уже три десятка лет считается город-государство Сингапур. Там применяется практика "презумпции виновности". Если госслужащий не может доказать законное происхождение своих доходов или денег, полученных от кого-то, то автоматически считается виновным в коррупции. Штраф может достигать 100 000 долларов, а уголовное наказание – до пяти лет лишения свободы. Осуждённый за коррупцию чиновник лишается не только работы, но и пенсии.

Госслужащие обязаны сдавать декларацию о своих доходах и имуществе, в том числе супруги и детей. Это правило распространяется и на депутатов, которых лишили неприкосновенности. Если агенты антикоррупционного бюро выявят несоответствие богатства и зарплаты, то расследование по вопросу происхождения денег гарантировано.

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter