Исследователи из Оксфордского университета посчитали, что к 2070 году профилей умерших людей на Facebook станет больше, чем живых. Социальная сеть не просто становится цифровым кладбищем: появляется целый культурный феномен, так как люди переносят сюда ритуалы скорби и памяти.

Мы соприкасаемся с большим количеством людей и оставляем более заметный след своей жизни, чем это было возможно до появления глобального интернета. Появляется множество вопросов этического и технического характера о том, что останется в цифровом пространстве после нас. Кому принадлежит оцифрованная память и можно ли сетевой профиль называть человеком?

Informburo.kz разбирается, что можно назвать цифровым бессмертием и что нужно (и нужно ли что-то) делать со своим аккаунтом в социальной сети после смерти.

Что такое смерть и почему вокруг неё так много ритуалов

Смерть – сложный феномен, и то, чем можно её считать, варьируется в зависимости от разных концепций и точек зрения. Биологической смертью считается полная и необратимая остановка всех физиологических процессов организма. Смерть как прекращение жизнедеятельности выглядит понятно, потому что её можно зафиксировать.

Жизнь – это различие концентрации ионов внутри и снаружи мембран нервных клеток. А смерть, соответственно, – выравнивание этих концентраций. "Чтобы нервная клетка была способна проводить импульсы, она должна постоянно контролировать количество ионов (в первую очередь натрия и калия) по обе стороны своей мембраны, – рассказывает научный журналист и популяризатор науки Ася Казанцева. – Перекачивать их против градиента концентрации. Это энергозатратный процесс. Клетки мозга должны каждую секунду получать кислород и глюкозу, чтобы строить из них АТФ – клеточную батарейку, которая в основном и расходуется на то, чтобы постоянно закачивать калий внутрь клетки и выбрасывать натрий наружу. Как только этот процесс перестаёт поддерживаться, концентрация ионов по обе стороны мембраны выравнивается. Клетка больше не может использовать разность потенциалов, чтобы возбудиться, отправить нервный импульс. Это и есть смерть".


Читайте также: Ася Казанцева: Говорите на свидании про науку. Это повышает шансы, что девушка вечером пригласит вас к себе


Возможность того, что человек сможет сдвинуть черту, которая считается смертью, Казанцева считает маловероятной: "Сомневаюсь, что человека можно оживить после того, как в клетках мозга закончилась энергия и произошло выравнивание концентраций ионов по обе стороны мембраны (это занимает несколько минут с того момента, как в мозг перестал поступать кислород). Наверное, мы можем фантазировать о каких-нибудь нанороботах, которые быстро поступают во все нервные клетки, наводят там порядок и возвращают мозг к жизни, но пока нет никаких реалистичных предпосылок к их созданию".

А что остается от человека после смерти? Куда деваются накопленный опыт, знания, чувства, социальные связи? Раньше общественный след человека становился частью коллективной памяти, теперь появился цифровой след. Благодаря развитию технологий и появлению социальных сетей человек после смерти как бы остаётся жив: загляните в аккаунт мертвеца на Facebook. Он неделю назад желал вам доброго утра и хорошего дня. Что такое оцифрованная память, которой управлял человек и можно ли назвать аккаунт в Instagram цифровой душой?


Читайте также: Новые технологии делают нас глупее?


Религии по-разному рассматривают смерть и всё, что происходит после смерти. Сознание ("я"-опыт относительно других людей) представляется как часть души, а смерть не как окончание жизни, но как переход в другое состояние и начало нового пути. Отец Владислав Коваленко объясняет, что православное христианство считает душу бесценным даром, полученным от бога "по его великой любви и милости":


Пресвитер Владислав Коваленко
Владислав Коваленко / Фото с сайта sobor.kz

"У слов "душа" и "дышать" общее происхождение, то есть душа создана дыханием Бога. Душа – это нечто нематериальное и невидимое, совокупность всех наших чувств, мыслей, желаний, стремлений, порывов сердца, разума и сознания, свободной воли, совести, дара веры. Весь небольшой отрезок человеческой жизни вместе с ним растёт и его душа, делаясь способной в будущем, со смертью человека, вернуться к Богу”.

Православие считает появление смерти грехопадением, следствием отрешения человека от высших сил. "Изначально смерть была не свойственна человеку, в ней не было необходимости. Конечно, смерть человека – большая потеря, а страх смерти – нормальная реакция человека, ведь мы связываем смерть с болью, слезами, пустотой. Если бы мы связывали смерть с возвращением домой и долгожданной встречей, то и отношение к ней было бы другим", – рассказывает Отец Коваленко.

Священнослужитель отмечает, что смерть может помочь нам научиться ценить время, и приводит слова митрополита Антония Сурожского: "Подумайте, каков бы мог быть каждый момент нашей жизни, если бы он мог оказаться последним, что этот момент нам дан, чтобы достичь какого-то совершенства. Что слова, которые мы произносим, – последние наши слова, и поэтому должны выражать всю красоту, всю мудрость, всё сознание, но также, в первую очередь, всю любовь, которой мы научились в течение жизни, коротка ли она была или длинна. <...> Мы жили бы с напряжённостью и с глубиной, иначе нам недоступными. И мы редко осознаём настоящий миг, мы переходим из прошлого в будущее и не переживаем реально и в полноте настоящий момент".

Следуя этой логике, можно предположить, что наша цифровая жизнь – условно материализованная фиксация этого самого "настоящего момента". Память может подвести, но Facebook всегда напомнит, что именно мы делали прошлым летом.

Мари Франсуа Ксавье Биша писал, что жизнь – это совокупность явлений, противящихся смерти, а Фридрих Энгельс определял жизнь как способ существования белковых тел, из чего вывел тезис "Жить – значит умирать". Немецкий философ Артур Шопенгауэр придерживался других взглядов. Он предложил концепцию палингенезии, которая гласит, что воля человека никогда не умирает, а проявляет себя в новых индивидах. Эту концепцию дополняют некоторые современные теории психологии. Например, метод семейных расстановок Берта Хеллингера. Метод основан на предположении, что личности умерших членов семьи проявляются в поведении или моделях общения живых членов этой семьи. Эти взгляды затрагивают вопрос о том, когда считать человека умершим и можно ли считать такую передачу воли и взглядов бессмертием личности.

До конца 90-х годов остановка сердца считалась смертью, теперь появилась возможность обратить этот процесс, что дало начало развитию теоретической концепции информационной или окончательной смерти. Она гласит, что существует некая пограничная черта разрушения мозга, после преодоления которой нет никакой возможности восстановить исходную личность человека. Теоретически, до этой черты можно сохранить человека с помощью условной методики (например, криогенной заморозки), а затем вернуть его личность.

То есть человек – это не тело, а личность и сознание, поэтому их сохранение становятся шагом к его бессмертию.

Ася Казанцева объясняет, что у сознания есть условная материальная основа, но с тем, как его сохранить, наука пока не разобралась:


Ася Казанцева

Ася Казанцева / Фото Informburo.kz

"Понятно, что любые психические функции – это результат работы конкретных, реально существующих нейронных ансамблей. Но проблема в том, что в мозге 86 миллиардов нейронов. Какие-то психические функции локализованы чётко, мы знаем, например, что люди с повреждениями амигдалы (миндалевидного тела) практически не способны испытывать страх. Другие функции, такие как способность осознавать себя в окружающем мире, требуют участия большого количества областей мозга. Мы можем условно говорить, что важнее всего для сознания префронтальная кора, но понятно, что она не сможет его создавать без постоянного диалога с теменной корой, да и с другими участками коры, да и с подкорковыми структурами. Поэтому для того, чтобы перенести сознание на другой носитель, пришлось бы воссоздавать гигантское количество элементов, имитирующих нейроны, возможно, даже весь мозг целиком. Пока что у человечества просто нет таких компьютерных мощностей. И, в общем, даже природа сознания пока не настолько изучена, чтобы его воспроизводить. Насколько я знаю, пока не удалось создать даже искусственный интеллект, который бы обладал полноценным самоосознанием, а это наверняка более простая задача, чем копировать конкретную человеческую личность".

Аккаунт в социальной сети отвечает, во-первых, за воспоминания, выступая в качестве их хранилища, а во-вторых, за формирование общественного образа человека. Мы видим, что человек делает, как выглядит, знаем, как относится к чему бы то ни было и как реагирует на разные внешние факторы. Крайне упрощённо, но "представительство" человека в социальной сети можно назвать цифровым сознанием. И это сознание, эти реакции и образы никуда не деваются, когда концентрации ионов внутри и снаружи мембран нервных клеток выравниваются.

Вопрос смерти и того, что будет после смерти, всегда волновал людей. Сам феномен исторически окутан мистикой, поскольку люди долго не понимали, что происходит даже на уровне физического тела. Вокруг смерти появилось множество верований и ритуалов, которые создавались с разными целями. Ритуалы должны были консолидировать общество, успокаивать, они становились инструментами сегрегации и управления. Кроме того, ритуалы были важны для живых, поскольку обладали терапевтическим эффектом, помогали примириться с потерей и жить дальше. Это терапевтическое применение ритуалов вокруг смерти широко распространено в нашем обществе: мы перенесли их и в цифровое пространство.

Как и почему в цифровом пространстве укрепился феномен смерти

Демонстрация жизни в цифровом пространстве не кажется странной, потому что стала обыденной частью жизни. Мы публикуем мысли и фотографии, рассказываем о близких людях или важных для нас событиях, работаем и делимся результатами работы в социальных сетях. Устанавливаем приложения, чтобы отслеживать баланс денег на карте, планировать день и покупать вещи. Когда жизнь стала связана с цифровым пространством, это логичным образом связало с ним и смерть. Хотя в цифровом пространстве существуют не сами феномены, а репрезентация жизни и смерти – воспроизведение увиденного, услышанного, прочувствованного с возможными изменениями из-за влияния времени, состояния памяти, эмоционального состояния и других факторов.

В процессе репрезентации мы можем исказить воспроизводимую информацию, но, несмотря на это, в цифровом пространстве появились ритуалы. В интернете существуют виртуальные кладбища, на которых можно условно похоронить близких или завещать похоронить себя, где можно скорбеть и сохранять память. Можно оставить цифровое завещание. Некрологи тоже переместились в цифровое пространство, и написать их теперь может любой человек. Смерть, особенно известного человека, запускает вирусную реакцию создания некрологов, а сами социальные сети временно становятся своеобразным местом скорби и поминок.

Культуролог Оксана Мороз рассказывает, что исследование смерти в цифровой среде началось в 2000-х годах благодаря Майклу Массими – специалисту по интерфейсам (работал над корпоративным мессенджером Slack). Он задался вопросом, как цифра может выступать для местом скорби и терапевтических ритуалов, как здесь прорабатывать чью-то смерть, и, даже более того, как спланировать собственную.


Оксана Мороз

Оксана Мороз / Фото с сайта Svoboda.org

Массими решил создать глобальные рекомендации для разработчиков, а для этого необходимо было разобраться с двумя моментами: как машина должна интерпретировать такое человеческое и личное событие, как смерть, с учётом сопутствующих этических вопросов, и как создать некий единый свод правил для всех, если существуют различия в обрядах и отношении к смерти у разных культур. Кому-то нужно будет скорбеть, а кто-то захочет молчать и не получать напоминаний об очередной годовщине. Например, Facebook даёт возможность выбрать, как быть с вашим аккаунтом: его можно удалить безвозвратно или назначить хранителя.


Скриншот из Facebook

Скриншот из Facebook

Отец Коваленко считает, что вопрос того, чем вообще считать цифровой след в социальных сетях и что делать со своим аккаунтом после смерти, актуален, но ответить на него сложно. Ведь все используют социальные сети по-разному: это не только площадка для получения информации и рекламы, но и, например, для творчества и самовыражения:

"Это интересный вопрос и новое явление, поэтому выразить мнение Православной церкви не представляется возможным. По моему личному субъективному мнению, должны существовать какое-то сообщество или программа, которая будет отслеживать такие аккаунты (Авт. – аккаунты умерших), проверять их. И, если информация в таких аккаунтах нацелена на нравственное и моральное разложение общества, – удалять. Если посты несут в себе позитивный, полезный посыл, например, стихи, то такое нужно оставлять. Ведь если нам что-то нравится, какие-то произведения, то мы возвращаемся к этому снова и снова. Думаю, здесь тот же самый механизм".

На основе деятельности Массими исследователи Пэм Брикс и Лиза Томас решили разобраться с вопросами этики и социальных паттернов. Они отметили, что прежде всего необходимо дать людям инструменты, которые позволят создать собственный мемориал при жизни. Это могут быть сервисы, собирающие весь наш контент из социальных сетей или цифровые фотоальбомы с важными моментами. При этом разным людям потребуются разные стратегии скорби и сохранения памяти: кто-то решит создать закрытый аккаунт-памятник или интерактивное кладбище, а кто-то своего цифрового двойника, с которым смогут пообщаться живые.

Существует ли цифровое бессмертие?

Терри Пратчетт – английский писатель, автор известного во всём мире цикла сатирических фэнтезийных книг про Плоский мир. О Плоском мире повествуют несколько подциклов книг, один которых о Смерти. В этом подцикле Смерть – антропоморфная персонификация смерти, то есть её образ в виде физической сущности. Образ можно назвать очеловеченным: Смерть задаётся вопросами бытия, пытается понять живых людей, берёт себе ученика и приёмную дочь, имеет свой дом и земельные угодья и регулярно говорит "СПРАВЕДЛИВОСТИ НЕТ. ЕСТЬ ТОЛЬКО Я" и "КОШКИ – ЭТО ХОРОШО" (он всегда говорит ЗАГЛАВНЫМИ БУКВАМИ).

Писатель умер 12 марта 2015 года, и после этого на его странице в Twitter появилась серия твитов с последней истории, в конце которой за ним пришёл Смерть из его романов. Серия заканчивается коротким твитом "The end", то есть "Конец".


Скриншот из Twitter

Однако на страницах писателя продолжили появляться посты. На странице в Facebook указана только дата его рождения, а в описании значится: "Это официальная страница фэнтезийного автора Терри Пратчетта, на которой публикуются последние новости, релизы, изображения и изредко мысли писателя".


Скриншот из Facebook

Скриншот из Facebook

12 марта 2019 года, в день смерти писателя, на странице опубликовали пост с выдержкой из его книги "Мрачный жнец" (Reaper man).


Скриншот из Facebook

Скриншот из Facebook

В книге на русском этот момент переведен так: "...человека нельзя назвать окончательно мёртвым, пока не успокоятся волны, которые он поднял в мире, пока не остановятся часы, которые он завёл, пока не выбродит поставленное им вино и не будет собрано посаженное им зерно. Временная протяжённость жизни, как утверждают жители деревушки, – это лишь ось, вокруг которой вращается всё бытие".


Читайте также: Что такое болезнь Альцгеймера и почему человечеству пока не удалось её победить?


Это возвращает нас к вопросу о том, существует ли цифровое бессмертие. Если посмотреть на пример Терри Пратчетта, то кажется, что это оно и есть: спустя 4 года после смерти писателя "волны, которые он поднял в мире" не успокоились. А может, эти волны даже продолжают подниматься.

Оксана Мороз отмечает, что, когда мы создаём такой аккаунт, который будет действовать после нашей смерти, мы передаём своё социальное присутствие цифровой вещи. Действовать будет не живой человек, а цифровая вещь. Но это же происходит и при жизни, потому что аккаунт в социальной сети не равен нам в офлайн-реальности. Пространство вроде Facebook – пространство цифровых вещей, но за ними стоят реальные люди. То есть страница в социальных сетях –это не вы сами, и на ней вы можете быть не таким, как в реальности. Но когда к вам обращаются посредством этой страницы, реагируете и отвечаете именно реальный вы.

Ася Казанцева говорит, что до создания в цифровом пространстве по-настоящему похожей на нас личности на самом деле далеко: "Понятно, что если взять и проанализировать все тексты, которые я писала на протяжении своей жизни — от книжек до переписки в чатах – то вполне можно создать программу, которая бы генерировала реплики, похожие на мои. Она наверняка могла бы поддерживать диалоги в фейсбуке таким образом, чтобы у собеседников возникало чувство, что они общаются со мной. Но при этом такая программа не была бы способна написать новую книжку. Потому что она не была бы способна перерабатывать новую информацию и отбирать её, отличать важное от неважного и смешное от несмешного таким же образом, как это делала бы целая настоящая я. Чтобы она была больше похожа на меня, ей нужно самоосознание и способность к обучению и развитию. Специалисты по созданию искусственного интеллекта работают над этими задачами, и наверняка смогут их решить, но вряд ли в ближайшие годы – слишком большой объем работы".

В вопросе бессмертия в цифровом пространстве пока нет единого мнения, а многое зависит от исходной концепции и точки зрения. Вероятно, единственного ответа на этот вопрос не будет никогда, как и на вопрос о том, что считать смертью.

Внимание! Если у вас не отображается опрос, который расположен в самом низу материала, то нажмите CTRL+F5.

А вы завещаете деактивировать свой аккаунт после смерти?

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter