Центральная Азия планирует стать мощным геополитическим игроком. Получится или нет?

Фото с сайта E-cis.info
Фото с сайта E-cis.info

На фоне геополитической турбулентности, когда внимание крупных игроков – России, США, ЕС и Китая отвлечено, Центральная Азия начинает играть в свою игру.

Когда в Чолпон-Ате на IV консультативной встрече глав государств Центральной Азии был подписан (пока только тремя из пяти государств) "Договор о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве в целях развития Центральной Азии в XXI веке", стало понятно – лидеры стран региона взяли курс на интеграцию.

Каким должен быть союз стран, у которых разные интересы и разные возможности? Как можно спаять сколько-нибудь мощный экономический союз, когда вокруг национальный эгоизм, повышенная конфликтогенность и нет условий для эффективной работы в коллективных интересах?

С другой стороны, в результате кризисов рождаются новые возможности. Стечение геополитических и экономических факторов сейчас заставляет центральноазиатскую пятёрку как-то скооперироваться, чтобы выжить… Об этом говорили ведущие эксперты из стран Центральной Азии на круглом столе, организованном Институтом мировой экономики и политики.

Как экономическими узами связать экономический национализм

"Что касается Центральной Азии, её значения, жизнеспособности в этом мире и вообще перспектив, я бы сказал, что здесь очень сложная ситуация", – отметил политолог, руководитель общественного фонда "Мир Евразии" Эдуард Полетаев.

По его мнению, Центральная Азия – важный регион, и саммиты ШОС и Организации тюркских государств, которые пройдут осенью на территории Центральной Азии, безусловно, это подтверждают. Но в условиях последних событий в Афганистане всё становится не так однозначно.

"То, что американцы покинули Афганистан – страну, которая долгое время была главной точкой пересечения интересов государств Центральной Азии и крупных нерегиональных игроков, в первую очередь самих же США, говорит о том, что в глобальном мире сейчас стоят совсем другие вызовы, более важные, чем Афганистан и Центральная Азия вместе взятые", – сказал эксперт.

"Заинтересованы ли США в масштабном присутствии в нашем регионе? Сейчас я в этом абсолютно не уверен, – объяснил складывающуюся ситуацию вокруг центрально-азиатского региона Полетаев.– Ни одного президента США ни в одном государстве Центральной Азии никогда не было – это показывает отношение к нашему региону американского истеблишмента".

"Учитывая конфликтогенность на границе восточной Европы и бывшего Советского Союза, я думаю, что для Европейского союза наш регион тоже не станет по-настоящему важным, хотя попытки проверить текущее положение дел и показать свою заинтересованность у всех глобальных игроков будут продолжаться", – добавил он.

Давление внешних  факторов, как считают эксперты, ограничивает возможности проведения многовекторной политики для стран Центральной Азии. Помимо этого регион сталкивается с рядом других вызовов, таких как спорные границы, проблема эффективного использования водных ресурсов, обеспечение продовольственной безопасности, прецеденты попыток внутриполитической дестабилизации, ухудшающаяся ситуация в Афганистане.

"В условиях, когда на евразийском пространстве национальный эгоизм и повышенная конфликтогенность, вопрос жизненной необходимости как-то скооперироваться, потому что, во-первых, есть определённая географическая основа, а во-вторых, вопросы безопасности, – отметил Политаев.– Тем более что Центральная Азия для Казахстана остаётся важнейшим приоритетом, учитывая концепцию внешней политики на 2020-2030 годы".

Центральная Азия – это 76 млн человек. А ещё это один из крупнейших экспортеров рабочей силы – ВВП трёх государств из пяти в значительной степени зависит от притока денег от трудовых мигрантов. Основными драйверами в регионе считаются Казахстан и Узбекистан, обладающие некоторым экономическим потенциалом.

"С приходом к власти в Узбекистане Шавката Мирзиёева активизировались инвестиции из Казахстана в Узбекистан, точно так же, как и в обратном направлении, – рассказал директор общественного фонда Financial Freedom Расул Рысмамбетов. – Надо сказать, что сотрудничество растёт с 2017 года, однако не всё это прослеживается в официальной статистике. Как финансист скажу, что не обязательно узбекская компания в Казахстан зайдёт как узбекская, она зайдёт как голландская или как дубайская. Казахстанский бизнес не всегда заходит в Узбекистан как казахский – чаще всего заходят как москвичи. И с такими схемами сталкиваюсь очень часто. Реальное сотрудничество Казахстана и Узбекистана проходит в лучших традициях восточных базаров – ниже радаров налоговых служб. В центральноазиатском регионе все хорошие специалисты по налоговой оптимизации".

Смогут ли страны Центральной Азии преодолеть расхождения и пересмотреть свои подходы, для того чтобы плодотворно работать вместе? Вопрос не из самый простых. Это уже не первая, а вторая попытка региональной интеграции, и эта вторая попытка демонстрирует некое геополитическое одиночество центральноазиатских стран, даже больше, как считают эксперты, – вынужденность. Впрочем, многое зависит от того, под каким ракурсом рассматривать проблему и как её повернуть.

"Мы должны понять себя: кто мы такие? Должны понять, как улучшить свои связи. Мы видим, что крупные глобальные игроки не умеют собой управлять, и поэтому такие страны как наши вынуждены быть гостарбайтерами на чужих геополитических интересах, – поделился своими наблюдениями Рысмамбетов. – Чем работать на кого-то, лучше работать на себя. Денег в регионе достаточно. Швейцарские банки держат несколько десятков миллиардов сбережений богатых людей из наших пяти стран".

Мышление крепости

В большинстве своём эксперты – политологи и экономисты – считают, что союз центральноазиатской пятёрки должен стать экономическим, при этом решать вопросы логистики, финансов, воды и экологии. Рысмамбетов уверен, что нужно думать в рамках "мышления крепости". По его мнению, сейчас, когда ситуация в мире кардинально меняется, самое время, создать союз и… изолироваться от остального нестабильного и агрессивного мира.

"Скажу прямо, я сторонник любых законных картельных инструментов внутри С5. Не потому что антиглобалист. Ковид, несмотря на все трагические последствия, сделал правильную вещь – полностью разрушил логистические цепочки в мире, чтобы мы сейчас смогли развивать новые логистические пути", – сказал финансист.

В общем, по его мнению, экономика внутри Центральной Азии может быть успешной в полной изоляции от остального мира.

"Не надо продавать нефть на мировой рынок. Узбекистан страдает без нефти. Узбекским трейдерам нужна нефть – Ферганский НПЗ, крупнейший в регионе, отовсюду, чуть ли не вёдрами, закупает нефть", – рассказал Расул Рысмамбетов.

Впрочем, по мнению директора ИМЭП Ержана Салтыбаева, для стран региона важным является налаживание координации экономической политики, а также выстраивание общих позиций по международным и региональным вопросам, и пока рано закрываться в крепости.

"В настоящее время вокруг Центральной Азии происходят тектонические процессы глобальной трансформации. Военный конфликт в Украине, наложенные на Россию беспрецедентные санкции, критический рост напряжённости между США и Китаем, надвигающаяся мировая рецессия создают вызовы, требующие скоординированной реакции всех государств региона", – отметил Ержан Салтыбаев.


Читайте также:


Новости партнеров