В своей предыдущей колонке я уже высказывал недоумение по поводу того, что у нас создано Министерство торговли и интеграции: неужели государство захотело рулить не только рынком, но и, выражаясь фигурально, базаром?

18 июня министр финансов Алихан Смаилов объяснил необходимость "позарез" формирования нового ведомства: "На мировой арене усиливается торгово-протекционистская война между государствами..."

Когда я прочёл первые строки, сразу перепугался: неужели Казахстан решил вклиниться в схватку Китая и США со своими раскрученными мировыми брендами, неведомыми населению? Вспомнилась песня из детства: "Кругом война, а этот маленький, над ним смеялись все врачи..." Но дочитал абзац до конца.

"В регионе мы тоже наблюдаем, что некоторые соседние страны вводят меры по снижению таможенных пошлин на некоторые товары, сырьё для перерабатывающих производств, что делает их продукцию более конкурентоспособной, – продолжает глава Минфина. – То есть мы видим, что идёт борьба за рынки сбыта. Эта борьба усиливается, и на этом этапе было принято решение, что нужно также усилить нашу политику в этой сфере".

Я успокоился: речь о сырье главным образом. А то, грешным делом, решил, что вдруг наши прилавки ломятся от казахстанских ТНП высшего качества, а избыток отечественных товаров сдерживают на границе таможенные злыдни сопредельных государств.

Тамада на всех свадьбах

20 июня на совместном заседании палат парламента случился любопытный диалог между депутатом мажилиса Ириной Унжаковой и министром национальной экономики Русланом Даленовым. Парламентария интересовал такой парадокс: почему планы по производству сельхозпродукции с лихвой перевыполняются, а выпуск продуктов питания – почти на точке замерзания?

Руслан Даленов посетовал на то, что нарушена координация отраслей. Но в действительности, по словам министра, не всё так плохо.

"Мы в этом году скоординировали работу: АПК выращивает, экономика простых вещей перерабатывает, "Дорожная карта бизнеса" торгует, – сказал он. – Эту координацию в этом году обеспечили, уже рост есть. По экономике простых вещей на рассмотрении находится только по пищевой промышленности 329 проектов на сумму свыше 229 млн тенге".

В этой цитате я увидел сразу три ключевые мысли.

  1. Государство сидит в процессе везде – и в производстве (через субсидии фермерам), и в переработке, и в торговле. Как тамада, который хочет рулить на всех свадьбах сразу.
  2. Рост оценивается не по конкретному "выхлопу", а по числу проектов "на рассмотрении".
  3. Средняя стоимость проекта – без малого 700 тысяч тенге. Или 1850 долларов. Нормальный стартовый капитал для бизнеса. Некоторым один раз плотно поужинать с друзьями.

Аким как главный инструмент ценообразования

Тот же Даленов 9 апреля увлечённо рассказывал о мировых котировках цен на капусту (не в переносном смысле – обычную, белокочанную), но пятью днями ранее не смог сказать журналистам, сколько она стоит на столичном рынке.

В экономике США – не дикий рынок. В федеральном правительстве есть экономический блок – например, Министерство сельского хозяйства (United States Department of Agriculture, USDA) или Министерство энергетики (United States Department of Energy, DOE). Когда сегодня президент Трамп бодается с товарищем Си из-за пошлин, он отстаивает интересы американского частного бизнеса, понимая их как интересы национальной безопасности. Но я ни разу не слышал, чтобы президент США спрашивал с Минсельхоза, Минэнерго, губернаторов за цены на рынках и заправках и уж тем более заставлял их сдерживать. Что в Казахстане – сплошь и рядом.

Там у ценников другие начальники – конкуренция да supply&demand (предложение и спрос). А у нас главный инструмент ценообразования – это аким. И степень свободы у малого и среднего бизнеса примерно такая же, как в младшей и средней группах детсада, где каждый шаг – под контролем штата воспитательниц.

Тому, что реформы в экономике (про политику уж молчу) идут медленно, если вообще идут, конечно, есть весомое объяснение.

Помню, нам говорили нечто вроде (излагаю в вольном переводе): не всё сразу, дайте время: у западных стран ушли сотни лет на то, чтобы изобрести велосипед; к тому же у нас особая велодорожка, свой менталитет и традиции, и они требуют, чтобы колёса были не круглыми, а квадратными.

Потом люди удивлялись, почему велосипед не едет. Но их уверяли, что он на полном ходу, просто не хватает "координации".

Здесь на всех зубов не найти!

При всей зарегулированности казахстанского предпринимательства и его зависимости от основного игрока – государства, в нашем бизнесе чудесным образом уцелели островки, или лучше сказать "гетто", которые успешно развиваются. Причём речь не об отдельных прорывных проектах, а о целых сегментах отраслей. Приведу три примера.

О первом написал на своей странице в Facebook известный казахстанский финансист Айдан Карибжанов (воспроизвожу пост с его разрешения):

"У нас в стране отличная стоматология. Правду скажу, на уровне Америки и Европы и на порядок (порядок – это в десять раз) дешевле. Возможно, единственная суперконкурентоспособная отрасль, не только в медицине, а вообще в экономике. Нам, которые помнят репрессивную советскую стоматологию, это особенно понятно.

Есть какие-то штуки, которые государство ещё 25 лет назад утеряло ко всеобщему счастью, вроде монополии на стоматологию. Всё сделали частники. А может, просто пороговый уровень инвестиций был относительно невысокий. Это надо изучать и, как нынче принято говорить, масштабировать".

Заповедник непуганого бизнеса

Второй заповедник непуганого бизнеса – такси. В Алматы оно самое дешёвое в мире: сужу по тем странам, где бывал. Вот нижний предел, который встречал: в индонезийской Джокъякарте "мотор" от аэропорта до отеля (сопоставимое расстояние от нашей воздушной гавани до моего дома) стоил пять долларов. У нас по прилёте можно заказать машину за ещё меньшую сумму.

В 1990-х, помню, вольных таксующих заставляли получать лицензии, но они эти указивки в гробу видали. И государство от этого сектора отстало. Сейчас выбор на любой вкус: хочешь – лови "бомбилу" на трассе, но тут "подсадка" и другие прелести; хочешь – заказывай по телефону, хотя машину можно не дождаться: исправно они возят только на вокзалы и в аэропорт. Сам я подсел на "Яндекс.Такси": прибывает быстро, еду без попутчиков, конечная оплата водителя зависит от моей оценки качества его сервиса.

Причём этот рынок благодаря высокой конкуренции держит умеренные цены и быстро избавляется от тех, кто ставит свои интересы выше клиентских. От хамов, любителей набить пассажирами салон под девизом "Мне же надо зарабатывать!", покурить за рулём и послушать громкую музыку, поговорить по телефону во время езды. Наконец от непродвинутых, которые не могут поставить навигатор и полагаются на "командир, дорогу покажешь?"

И не надо никаких коммунальных таксопарков, госпрограмм и чиновничьих прилипал. Только частная инициатива и мобильные технологии от "Яндекс.Такси".

Когда против лома есть приём

Ещё один сегмент, который бурно развивается без удушающей "государственной поддержки", – казахстанские YouTube-каналы. Причём я не смотрю разный гламур и всякую попсу – лишь те, где вещают о социально-политических проблемах. Аудитория уже лет двадцать не слышала честного и откровенного разговора на эти темы с телеэкранов, поэтому запрос на него так велик.

Перечислю каналы, которые вспомнил навскидку: "За нами выехали", Isen Show, Jurttyn Balasy, Polyton Сергея Дуванова, "Я вас услышал" Гульнары Бажкеновой и Галины Рыжкиной, Tanirbergen, Alibekov.kz и многие другие. Они не требуют капитальных вложений и особого профессионализма (избыточная "телевизионность" сегодня, скорее, отталкивает), некоторые сделаны практически "на коленке". Но их программы – именно благодаря искренности, забытой на классическом ТВ, – набирают десятки и сотни тысяч просмотров, опережая в посещаемости многие сайты и составляя серьёзную конкуренцию телевизору, от которого отказываются уже не просто отдельные люди, а целые социальные группы.

Бум YouTube-каналов обсусловлен ещё и их технологической неподцензурностью. Конечно, я представляю вам картину довольно примитивно, но в целом блюстители политической невинности не могут точечно заблокировать каналы так же легко, как сайты, зарегистрированные в Министерстве информации, или удалить контент: они способны лишь затруднить доступ – отключением интернета или замедлением его скорости.

А бизнес всегда остро чует рынки, где рост – как на дрожжах. Поэтому рекламные деньги сегодня стремительно перетекают из традиционных СМИ в YouTube и другие социальные сети.

Государство тоже это смекнуло, создав компанию по производству развлекательного контента для соцсетей Salem Social Media, куда качаются нехилые вливания через лояльные частные корпорации. Это на здоровье, лишь бы оно в сетевом мире не начало устанавливать свои правила.

Хотя, учитывая его привычку "курировать" всё и вся, наведение полного и окончательного "конституционного порядка" в виртуальном пространстве неожиданным мне точно не покажется.

Итак, чем объясняется успех трёх маленьких сегментов экономики? Ответ на поверхности – отсутствием государственного участия. А во втором и третьем случаях – ещё и приметами информационного века.

Любой вывод в конце колонки о роли государства в управлении экономикой имеет все шансы оказаться банальным: слишком уж болезнь хроническая, и о ней писано-переписано. Лучше завершу текст старым, но не утратившим актуальности анекдотом.

"У здания банка человек продаёт семечки. Его спрашивают: а почему именно здесь?

– У меня с банком договор: я не вмешиваюсь в его денежно-кредитную политику, а банк не торгует семечками".

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter