В Казахстане 20 000 бесплодных пар. Такие данные приводит Казахстанская ассоциация репродуктивной медицины. Но если учесть, что каждая четвёртая женщина живёт в гражданском браке, статистика увеличится едва ли не вдвое. Половине из них поможет лечение (лекарства, операции). Остальным – только вспомогательные репродуктивные технологии (ВРТ), к которым относятся:

  • экстракорпоральное оплодотворение (ЭКО);
  • суррогатное материнство;
  • использование донорских клеток;
  • интрацитоплазматическое введение сперматозоида в яйцеклетку (ИКСИ);
  • внутриматочная инсеминация (ВМИ);
  • криоконсервация половых клеток (заморозка и хранение);
  • предимплантационная генетическая диагностика эмбриона (ПГД);
  • метод TESA для забора семени у мужчин.

Что это за методы, насколько эффективное в Казахстане законодательство и кто может получить квоту на ЭКО – в материале informburo.kz.

На что могут рассчитывать бесплодные пары?

Согласно Кодексу о здоровье народа и системе здравоохранения, казахстанцы имеют право на:

  • лечение бесплодия, в том числе с применением современных ВРТ;
  • донорство и хранение половых клеток, тканей репродуктивных органов;
  • суррогатное материнство.
Единственный запрет – выбор пола будущего ребёнка.

В гарантированный объём бесплатной медицинской помощи (ГОБМП) входят:

  • консультация врачей,
  • клинические и биохимические анализы,
  • УЗИ органов малого таза,
  • рентген проходимости маточных труб,
  • гистероскопия (операции при патологии матки),
  • ЭКО,
  • ИКСИ.

ЭКО отличается от ИКСИ тем, что в первом случае взятые у женщины яйцеклетки оплодотворяют семенной жидкостью супруга. Во втором случае у мужчины с низким качеством спермы извлекают единственный здоровый сперматозоид и вводят его непосредственно внутрь яйцеклетки. Обе процедуры проводят в лабораторных условиях. И ЭКО и ИКСИ делают за счёт квоты.

"В ГОБМП не входят исследование гормонов, инфекций, передаваемых половым путём, генетический анализ, магнитно-резонансная томография и прочие дорогостоящие исследования", – подчеркнули в Минздраве.

Тамара Джусубалиева – одна из тех, кто в 1995 году открывала первую лабораторию ЭКО в Казахстане. По её словам, законодательство в стране – одно из лучших в мире.



Джусубалиева Тамара Муфтаховна – врач высшей категории, кандидат медицинских наук, эксперт ВОЗ по репродуктивному здоровью. В прошлом – главный акушер-гинеколог Алматы, сейчас – директор Института репродуктивной медицины, президент Казахстанской ассоциации по половому и репродуктивному здоровью.

"Закон приняли с одной целью – чтобы в каждой семье был свой генетический ребёнок, – рассказывает Тамара Джусубалиева. – К нам приезжают из стран, где запрещена криоконсервация – заморозка и хранение половых клеток. Из Узбекистана едут, потому что у них до сих пор нет закона, регламентирующего проведение ВРТ. В странах, где прислушиваются к Католической церкви, запрещено донорство половых клеток. Поэтому к нам приезжают из Германии, Италии, даже из Южной Кореи. Все в Сеул едут, а они к нам, потому что там суррогатное материнство запрещено. В России разрешено, но суррогатная мать может оставить ребёнка себе. А у нас по закону она не имеет права на ребёнка, только генетические родители. И самое главное – ребёнок является наследником генетических родителей".

Президент Казахстанской ассоциации репродуктивной медицины (КАРМ) Вячеслав Локшин создал школу практических врачей, специализирующихся в области репродуктивной медицины. По его словам, в Казахстане нужно разрешить суррогатное материнство парам, живущим в гражданском браке, и одиноким. По закону на это имеют право только состоящие в браке семьи.



Локшин Вячеслав Нотанович – доктор медицинских наук, профессор, член-корреспондент Национальной академии наук РК, президент Казахстанской ассоциации репродуктивной медицины, директор Международного клинического центра репродуктологии Persona, ректор Международной академии репродуктологии.

"Я бы разрешил суррогатное материнство и не состоящим в браке, – делится Вячеслав Локшин. – Почему одинокой женщине нельзя? У неё, допустим, и так нет матки. Почему она не может обратиться в клинику для проведения программы суррогатного материнства? Было бы правильно разрешить транспортировку половых клеток и эмбрионов за рубеж, а из других стран – в Казахстан. Часто пациенты выбирают клинику в другой стране или, наоборот, приезжают к нам. Почему они не могут распоряжаться своими половыми клетками так, как хотят? Если женщина не против продать свои яйцеклетки гражданам другой страны? Это же не жизненно важный орган: ни печень, ни почки, яйцеклетки созревают ежемесячно. Это увеличит медицинский туризм в Казахстан. К нам приедут пациенты из стран, где донорство яйцеклеток запрещено в силу религиозных убеждений".

Сколько бюджет выделяет квот на ЭКО и кто их может получить?

В этом году бюджет выделил 900 квот – столько же, сколько и в прошлом. Средняя стоимость ЭКО составляет 800 000 тенге. В очереди на программы ЭКО в рамках ГОБМП стоят 8 000 бесплодных пар, у большинства таких денег нет.

В год клиники делают 8 000 разных программ, в том числе по квоте. Об их эффективности говорят цифры. По данным Казахстанской ассоциации репродуктивного здоровья, в год рождаются 2000 детей "из пробирки", из них 300 – по квоте.

"Я мечтаю о том времени, когда все потребности пациентов – 12 000-13 000 программ в год будут выполнять за счёт средств ФОМС или государственного бюджета. Надо понимать, что средняя эффективность первой программы около 40%. Значит, женщина должна получить 2-3 программы, чтобы родить ребёнка. 40-45% обратившихся женщин уходят от нас беременными, но из них донашивают 80%. По факту рождения ребёнка эффективность программы ЭКО колеблется от 28 до 35%. То есть в среднем, чтобы достичь показателя "Ребёнок в доме", нужно три программы", – считает Вячеслав Локшин.


Читайте также: В Казахстане растёт число одиноких женщин, желающих забеременеть с помощью ЭКО


Результативность ЭКО никогда не была 100%. Беременность с первой попытки наступает в 35-45% случаях. Всё зависит от возраста супругов, состояния здоровья и других причин. Некоторые проходят эти процедуры по 8-10 и более раз. Но государство субсидирует только одну попытку.

"У женщин старше 35 лет падает эффективность (по данным Минздрава, средний возраст обращения женщин в клиники ЭКО 36-38 лет. – Авт.). У более молодых женщин, у которых имеет место только нарушение проходимости маточных труб, самая высокая результативность – может доходить до 50-55%. Когда в клинике говорят, что результативность ЭКО 50-60%, верить этому не стоит. Это, скорее всего, не правда, потому что в лучших клиниках мира результативность от 5 до 45%", – подчеркнул Вячеслав Локшин.


В операционной Института репродуктивной медицины

В операционной Института репродуктивной медицины / Фото Института репродуктивной медицины

Из 25 ЭКО-центров, получивших лицензию в Казахстане, только часть получает квоты – 11, по данным 2018 года.

"Мы выполняем 40% всего госзаказа, – говорит Тамара Джусубалиева. – Мы делаем каждый год 4000 ЭКО, из них 350 – за счёт средств ГОБМП. То есть потребность высокая. Люди стоят в очереди годами. Самый ужас в том, что, когда женщина встала на учёт и через 2 года подходит её очередь, она может не получить квоту. Потому что ей уже 39 лет – это поздно, запас клеток иссяк".


Читайте также: Как получить квоту на ЭКО? Инструкция


Врач-репродуктолог Шолпан Карибаева считает, что выделение квот загоняет клиники в жёсткие рамки. У ЭКО-центров должны быть высокие показатели по результативности программ. Врачам приходится выбирать из очередников тех, у кого максимальный шанс забеременеть.



Карибаева Шолпан Кенесовна – акушер-гинеколог высшей категории, репродуктолог, кандидат медицинских наук, директор по стратегическому развитию клиники Persona.

"Квота выделяется только по двум основаниям – непроходимости (отсутствии) маточных труб или крайне низких показателях спермограммы (проводится ЭКО или ИКСИ). По другим факторам, например, при отсутствии овуляции, каких-то проблемах с полостью матки, и если женщинам нужно донорство или суррогатное материнство, квота не выдаётся", – поясняет Шолпан Карибаева.

Женщину, которой рекомендовали ЭКО, ставят в очередь на получение квоты. Когда подходит её очередь, она выбирает ЭКО-центр и идёт в клинику.

"И вот здесь у нас происходят "ножницы", – продолжает Шолпан Карибаева. – Вроде есть показания, но если у неё крайне низкий овариальный резерв (генетически заложенный запас яйцеклеток в яичниках. – Авт.), клиники неохотно берут таких пациентов, потому что тогда эффективность будет низкой. Если в следующий раз клиника покажет низкий процент эффективности, то не получит квоты. Это порочный замкнутый круг. Получается, что женщина старше 40 лет или с очень слабыми яичниками может эту квоту не получить. Она может отстоять очередь, но квоту не получить, потому что клиника посчитала её малоперспективной пациенткой. Это проблема, мы являемся заложниками собственной эффективности, зависим от результативности и возможности в дальнейшем получать квоты".

В соседней России нет таких требований к клиникам, считает Шолпан Карибаева, да и женщины с любыми показаниями могут рассчитывать на получение квоты. Если бы Казахстан перенял этот опыт, клиники не были бы заложниками ситуации, а женщины, получившие квоту, – не отвергнуты ЭКО-центрами.

Кто может стать донором спермы и яйцеклеток?

Примечание: Здесь и далее представлены вспомогательные репродуктивные технологии, не входящие в ГОБМП.

Самый дешёвый метод борьбы с бесплодием – внутриматочная инсеминация, стоимость которой в среднем варьируется в пределах 30-35 тысяч тенге. Чаще всего её рекомендуют здоровым женщинам, у супруга которой низкое качество спермы. Также услугой пользуются одинокие пациентки, используя материал донора. Сперму вводят в матку, оплодотворение происходит естественным путём.

Если женщине удалили яичники или запас яйцеклеток иссяк, но она хочет иметь ребёнка, ей советуют воспользоваться донорской клеткой. Аналогично у мужчины – если после каких-то заболеваний (в том числе свинка) или по другим причинам сперматозоиды вялые, паре рекомендуют сперму доноров. Им может быть кто угодно – родственник, друг, знакомый. Они могут отдать свои половые клетки бесплатно или с вознаграждением. Если таковых нет, то клиники предлагают клиентам свой банк клеток.


Читайте также: Как стать донором в Казахстане. Подробная инструкция


Донор должен быть абсолютно здоровым, не старше 35 лет, предоставить справку с псих- и наркодиспансера, без фенотипических признаков (слишком длинные руки, лопоухость и т. д.) и наследственных заболеваний. Перед сдачей материала он должен пройти обследование, в том числе на ВИЧ, сифилис, гепатиты В и С.

При заполнении анкеты донор спермы указывает род деятельности, чтобы будущие родители знали, чьи гены достанутся их ребёнку. У казахов могут спросить род и жуз, к которому он относится. Были случаи, когда пара "заказала" ребёнка-аргына. Донор не имеет права знать о дальнейшей судьбе своих половых клеток. Но анонимное донорство чревато тем, что в будущем между детьми "из пробирки" может возникнуть кровосмешение. Правила проведения донорства и хранения половых клеток гласят, что рождение 20 детей от одного донора является основанием для прекращения использования этого донора для реципиентов.

Сперматозоиды можно купить в клинике в среднем за 50 000 тенге. Сам донор получает примерно 15 000 тенге за один живой здоровый сперматозоид (суммарно за эякулят, в котором могут быть десятки подвижных сперматозоидов, выходит до 300 000-400 000 тенге). За сдачу яйцеклеток женщина может получить от 150 000 до 350 000 тенге. Покупатели заплатят клинике за одну единицу в среднем 80 000, за 5 штук, соответственно, – 400 000 тенге. В эту стоимость не входят услуги по заморозке, хранению и размораживанию половых клеток.

За дополнительную плату (от 200 тысяч тенге и выше) в клиниках проводят предимплантационную генетическую диагностику эмбрионов. Генетики изучают каждого зародыша и подсаживают только здоровый. В этом случае исключаются риски рождения детей с хромосомной патологией.


Эмбриоскоп - инкубатор, показывающий родителям развитие эмбриона с момента зачатия

Эмбриоскоп – инкубатор, показывающий родителям развитие эмбриона с момента зачатия / Фото Института репродуктивной медицины

С 2014 года в Казахстане появился новый вид криоконсервации – яичниковой ткани. Замораживать и хранить этот материал важно пациентам с онкологическими заболеваниями.

"Онкологические заболевания сейчас "помолодели", всё чаще девушкам в 23-24 года ставят рак. Они нуждаются в химиотерапии или лучевой терапии, что приводит к бесплодию. Мы забираем материал до лечения. Криоконсервация позволяет после "химии" подсаживать собственную здоровую яичниковую ткань. То есть женщина после лечения рака может стать матерью – это же здорово", – считает Тамара Джусубалиева.

Институт репродуктивной медицины уже отобрал 15 женщин, у которых выявили рак. Они сдали ткань яичников на криоконсервацию и сейчас получают лечение. В этом году врачи впервые в истории Казахстана подсадят эту ткань победившей рак женщине.

Суррогатное материнство: возможности и риски

Суррогатная мать должна быть не старше 35 лет и иметь хотя бы одного здорового ребёнка. Она должна заключить нотариальный договор с заказчиками и указать условия сделки, в том числе сумму вознаграждения. Если исполнительница замужем, требуется нотариальное согласие её мужа. Генетические родители должны оплачивать медицинские расходы суррогатной матери во время беременности, родов и в течение 56 дней после родов. В случае осложнений – в течение 70 дней.


Читайте также: Не может родить законная супруга – возьми жену, способную зачать, наставляет ДУМК


Суррогатная мать обязана передать рождённого ребёнка паре, заключившей с ней договор суррогатного материнства. Если генетические родители в последний момент отказались, они должны выплатить суррогатной матери компенсацию.

У бесплодных мужчин тоже могут быть дети

Исследование Научного центра урологии показало, что в Казахстане каждый второй мужчина имеет нарушение репродуктивной системы. Медицина предлагает при мужском бесплодии микрохирургические операции методом TESA.


Процедура TESA - биопсия яичка для забора семени

Процедура TESA – биопсия яичка для забора семени / Фото Института репродуктивной медицины

"Допустим, приходит к нам супружеская пара, у жены всё хорошо, а у мужчины – ноль, ни одного сперматозоида. Но мы знаем, что в семенных канальцах можно найти несколько. Мы предлагаем эту микрохирургическую операцию – под большим увеличением находим единичный сперматозоид, извлекаем и проводим ЭКО плюс ИКСИ. То есть можно иметь своего собственного ребёнка мужчине, которому до этого говорили: "Усыновите или возьмите донорскую сперму". Мужчины с бесплодием не должны падать духом, у них могут быть свои генетические дети", – уверена Тамара Джусубалиева.

Стоимость операции составляет 250 000 тенге.

Цены на ЭКО в Казахстане привлекают туристов

Врачи считают, что за этими вспомогательными репродуктивными технологиями будущее медицинского туризма. Сейчас в Казахстан приезжают за ребёнком "из пробирки" представители 50 стран мира не только из-за разрешённых законом процедур, но и за низкими ценами. Для сравнения:

  • в Казахстане коммерческая стоимость ЭКО составляет 2500-3000 долларов;
  • в России – 3000-4000 долларов;
  • в Турции – 3000-6000 долларов;
  • в Италии – 5000-6000 долларов;
  • в Германии – 4000-7000 долларов;
  • в США – 19 000-20 000 долларов.

Из 8000 программ, которые ежегодно выполняют казахстанские клиники, 800-1200 заказывают иностранцы. ЭКО считается одним из самых популярных видов медицинского туризма. Но в рекламах крупных туркомпаний Казахстана пока нет.

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter