8 ноября руководитель управления культуры города Алматы Эрнар Курмашев заявил, что алматинскую Белку возле "Атакента" и другие неэстетично выглядящие арт-объекты демонтируют по поручению акима Сагинтаева. Но уже через два дня он изменил свою позицию и сказал, что, если до декабрьских праздников Белку приведут в порядок, убирать её не будут.

Белка возле "Атакента" стала чем-то большим чем арт-объект. Она как огромный, осязаемый тригер, который заставляет горожан, чиновников и общественников спорить об урбанистике, современном искусстве и культурных стереотипах нашего общества.

Почему Белку не сожгли

Соломенная 12-метровая Белка изначально создана британским паблик-артистом Алексом Ринслером, чтобы впоследствии быть сожжённой (художник уничтожает все свои гигантские скульптуры). Это самый большой казахстанский арт-объект, у него есть сертификат Казахстанской книги рекордов.


Читайте также: Почему Белку в Алматы установили вне конкурса и что не так с восприятием искусства у горожан и чиновников


Сжигать Белку не стали. Официально власти заявили, что объект находится вблизи зданий и строений, которые можно повредить огнём. Тогда у общественности возникло множество вопросов, которые активно обсуждались в соцсетях и не только: почему скульптуру, которую по задумке автора надо сжечь, установили в небезопасном месте, почему её вообще установили и потратили на это 15 тонн стали, три тонны дерева, столько же соломы и 23 млн тенге?

"Алекс – художник-концептуалист, и его традиция – создавать, потом всё сжигать. По нашим традициям это неприемлемо. Мы сжигать не будем", – заявила тогда Майра Измайлова, директор креативного агентства Funk.

Изначально при строительстве Белки планировали уложиться в 15 млн, которые на создание арт-объекта выделял алматинский акимат из бюджета города. Но в процессе работы выяснилось, что конструкция из металла требует усиления и дополнительных материалов. Белку доработали и даже учли сейсмичность региона, чтобы гигантский зверь пережил любое землетрясение. Но пришлось потратиться на качественную древесину и сверхурочные строителей. Непредвиденные расходы покрыло креативное агентство Funk, инициировавшее проект "Алматы – тёплый город", в рамках которого и появился арт-объект.


Фото Informburo.kz

Тогда аким Алматы Бауыржан Байбек на критику о бесполезной трате бюджетных средств ответил следующее:

"Потраченные средства давно окупились сполна. О Белке, а значит, об Алматы сказали многие мировые СМИ – BBC, FoxNews, New York Post. А сколько российских масс-медиа, не говоря уже о казахстанских! За вложенные в Белку деньги мы никогда бы не добились столь мощного информационного эффекта".

Идея Белки

Работы Алекса Ринслера связаны с преобразованием городской среды и вовлечением в проект горожан. Отличительная черта урбаниста – создавать объекты в виде различных животных, в его "зверинце" не только Белка: в Шанхае – лисы, в Южной Африке – жираф, в Манчестере – свинья. Каждое животное обязательно как-то связано с местом, в котором оно появляется.


Алекс Ринслер

Алекс Ринслер / Фото Informburo.kz

Изначально Ринслер хотел установить в Алматы голубя, но в итоге остановился на Белке. В разговорах с журналистами он выражал надежду, что люди смогут себя идентифицировать с гигантской белкой, с её красотой и силой, чувством подавленности и неопределённости, которые объединяют нас в эти непредсказуемые времена, а ещё проводил параллель с ритмом, в котором живут и работают жители мегаполиса – как белки в колесе. Организаторы транслировали мысль попроще: "Это определённо зверёк из старой Алма-Аты, здесь его помнят и любят". А народ в соцсетях шутил про ту "белочку", которая приходит в алкогольном угаре.

По плану Ринслера соломенная белка должна была простоять на своём месте примерно девять месяцев, а потом исчезнуть в огне, как и многие другие его творения. Но так как сжигать объект запретили, все его элементы пропитали специальной огнеупорной жидкостью, поставили датчики сигнализации и камеры видеонаблюдения на ближайших столбах.

Пять новых образов для Белки

10 июля истёк договор с автором арт-объекта Алексом Ринслером об использовании дизайна соломенной белки. Солому сняли, остался каркас, покрытый тёмной вуалью. Так как казахстанцы не стали следовать изначальной концепции художника, а остов Белки выглядит совсем не жизнеутверждающе, была объявлена реновация арт-объекта. Креативное агентство Funk объявило о проекте Ecobelka. Предлагалось сделать внешнюю часть Белки из пластика, собранного горожанами. В различных точках города были расставлены контейнеры для сбора пластика. Но собрать необходимое количество материала в срок не удалось, и реновацию перенесли.

В конце октября креативное агентство Funk предложило пять новых вариантов облика для арт-объекта, от войлочного покрытия до стилизованного под ёлку. Было объявлено голосование среди горожан, предлагалось выбрать одну из новых "шубок" или вариант "Сделать вместо неё парковку".

На момент публикации этого материала в голосовании участвовали 643 человека: 37% выбрали пластиковое облачение, 5% – фанеру, 9% – войлок, 22% – из металлического каркаса с шариками и 27% проголосовали за парковку. Официальные итоги агентство подведёт до 1 декабря. Интересно, что до этого же срока арт-объект планируют обновить.

До 1 декабря Белку планируют раскрасить так, как это изображено на фото снизу. Это будет временным решением.


Один из вариантов нового облика Белки

Так Белка должна выглядеть до 1 декабря / Фото предоставлено креативным агентством Funk

Финальное решение о новом облике Белки будет принято 1 декабря 2019 года.

"Сбор вторсырья продолжается, – напоминает Майра Измайлова. – И мы благодарим каждого алматинца за вклад в этот значимый для всей южной столицы экопроект. Инициатива со сбором пластика позволила развить гражданскую ответственность и совсем другое отношение к мусору у горожан".

Белка повлияла на гражданское движение

Современная художница Зоя Фалькова считает, что Белка актуализировала очень много вопросов. "Искусство это или нет?" – по её мнению, один из самых последних вопросов в данном случае. В советские времена, по словам Фальковой, мы были отрезаны от мирового художественного процесса: современного искусства как такового у нас не было. И обществу теперь не так просто понять и принять происходящее.

"Современное искусство – это такая штука, о которой мало кто что-то знает. Поэтому тут большое поле для всяких спекуляций и профанаций: часто за современное искусство выдаётся любая непонятная фигня, сделанная абсолютно бессознательно", – считает художница.

Белка, по мнению Фальковой, больше повлияла не на искусство, а на гражданское движение – разделила граждан на два лагеря: тех, кто стремится к архаике и традиционности, и тех, кто ориентирован на европейские ценности.

"По отношению к Белке очень легко сказать, кто есть кто: вроде как очень прогрессивные люди начинают вдруг говорить какую-то ерунду, считать в белках детей с ограниченными возможностями и так далее. Это говорит о тотальном непонимании того, как устроена система распределения городского бюджета, как именно работает искусство и как оно приносит пользу городу", – считает художница.


Читайте также: Сколько денег зарыли в Кок-Жайляу


Философ и арт-куратор Оля Веселова считает, что Белка – это не столько художественный, сколько урбанистический объект. Оля Веселова приводит в пример опыт тактического урбанизма, когда временные решения позволяют горожанам оценить удобство и необходимость нововведений, которые могут стать перманентными.

"До Белки на этой площади была лишь парковка. То есть входной группой в парк была огромная территория, заполонённая машинами. Думается, что в новых стандартах города для горожан такое засилье авто недопустимо. Но, между тем, часть горожан – это автолюбители, и у них есть право на парковку. Для того чтобы найти компромисс между разными потребностями и функциями городского пространства, проводятся похожие акции. Однако, на мой взгляд, эта цель изначально была плохо артикулирована командой организаторов. Поэтому и вызвала волну негодования", – говорит Веселова.

Арт-куратор отмечает, что в подобных проектах важны исследования. К примеру, нужно было делать замеры: сколько авто в среднем паркуется на этой площади, на какой срок, в какие дни недели и так далее. А во время существования общественного пространства провести опрос: не хватает людям стоянки или больше нравится, когда площадь используется по-иному.

Парковка или арт-объект?

Насколько оправданно с точки зрения урбанистических решений было предпочесть довольно крупный арт-объект обычной парковке? По мнению председателя Независимого автомобильного союза Эдуарда Эдокова, территорию перед "Атакентом" лучше оставить людям, а не машинам.

"Автомобили заполняют всё пространство, которое им выделяется: улица, площади или город. К сожалению, это факт. Если отдать площадь под автомобили, будет плохо людям. Если отдать людям, пострадают автомобилисты. Но город должен быть не для автомобилистов, велосипедистов или общественного транспорта, а для людей. Поэтому если бы я принимал решение, я бы склонился в сторону того, чтобы на этом месте было больше какого-то пешеходного пространства", – считает Эдуард Эдоков.

Дизайнер и архитектор Тимур Актаев считает, что дело вовсе не в парковке или Белке, а в системных проблемах государства.

"Общество разорвано на "парковкофилов" и урбанистов. Для первых личное пространство сохраняется внутри своих железных телег ("я за неё налоги плачу"), а вторые хотят, чтобы личное пространство было у всех, в особенности у уязвимых горожан ("нам нужно безопасно передвигаться с колясками и детьми"). И в этой непримиримой войне выигрывает вертикальное госуправление – пока мы тут обсуждаем 23 млн тенге, им удаётся заказывать расчёт обустройства Кок-Жайляу на 170 млн, проводить ЭКСПО на более 500 млрд тенге (на которое жители этой страны ещё и билеты покупали) и так далее. Нам нужна не Белка или парковка, а смелость посмотреть реальной проблеме в глаза и решить её, договорившись на гражданском уровне".

Неконформная Белка

История алматинской Белки однозначно стала парадоксальной и показала, что происходит, когда арт-объект начинает жить своей собственной жизнью, отдельной от авторского замысла, врастая в местный контекст.

По мнению Зои Фальковой, паблик-арт имеет право на долговременное существование.

"Есть паблик-арт вроде пауков Луиз Буржуа (знаменитые скульптуры американской скульпторши), которые живут годами и становятся культовыми. Нет такого закона, по которому паблик-арт должен быть временным. Временность – это концепция художника, который его создаёт, – говорит Зоя Фалькова. – Плюс то, что многие объекты находятся на улице и подвергаются воздействию дождя, ветра, солнца и так далее. Я уверена, что паблик-арт, который выглядит временным, хрупким и легко уничтожимым, можно поддерживать "живым" достаточно долгое время. Мне это кажется правильным отношением. В Англии, например, сохраняют граффити Бэнкси, потому что считают их национальным достоянием. Хотя по всем законам стрит-арта их давно уже должны были закрасить".

Зоя Фалькова считает, что воздействие арт-объекта на город вышло за пределы разговоров об экологии и парковках. Белка показала, что мы ещё не научились общественной дискуссии и живём в плену стереотипов о том, что обязательно нужно находить врага и накидываться на него.

"Говорят, что Белка – главный знак коррупции, но это неправда. В городе есть гораздо более дорогие "арт-объекты", которые только притворяются таковыми. И они стоят гораздо больше денег, чем Белка. Но это никого не волнует – всех волнует Белка, на которую очень безопасно набрасываться. Ведь если набрасываться на реконструкцию Фонда Первого президента, то потом будет гораздо сложнее жить, наверное", – говорит художница.


Фото Informburo.kz

Зоя считает Белку неконформным объектом, который не вписывается в городские стереотипы. Она уверена, что если бы это был соломенный барс или бронзовая лошадь, все бы промолчали.

"А Белка спровоцировала всех возмутиться и внезапно начать считать деньги, хотя рядом с ними происходят многомиллиардные траты", – говорит художница.

Решать, нужна городу Белка или нет, по мнению арт-куратора Оли Веселовой, должна общественность. И беглого опроса недостаточно, нужно комплексное исследование влияния кейса на жизнь района.

Исследование, по словам Веселовой, должно быть независимым и включать в себя мнение самых разных специалистов: от культурологов до транспортников. На основании полученных данных нужно провести общественные слушания, которые бы дали окончательный вердикт по судьбе этого объекта.

"Город – это пространство диалога, а диалог – это процесс. Не стоит подходить к решению городских вопросов в скоропалительном порядке, если это не касается чрезвычайных ситуаций. Зачастую, не имея достаточной квалификации, знаний и данных, мы совершаем ошибки, которые уже решены в мире, стоит только изучить вопрос", – уверена Веселова.

"Искусство – один из самых уязвимых феноменов в этом мире"

Дизайнер и архитектор Тимур Актаев считает, что Белка стала целым полем взаимодействия различных сил, людей и их воли.

"Можно сказать, что вопрос этот социально-политический. В другой стране, со сложившейся культурой паблик-арта, в том числе происходящем как госзаказ, всё прошло бы следующим образом: мэрия выявляет некую общественную проблему, которую хочет решить в том числе с помощью современного искусства, нанимает куратора, который формирует грамотный концепт. Далее она объявляет конкурс или open call среди творческой индустрии, собирает заявки и реализует лучшую работу. Процесс этот прозрачный. В нашем же случае этот процесс сломан с самого начала – задание "сделать искусство на площади перед "Атакентом" спущено компании, которая, прошерстив своими силами современных художников, самостоятельно поставив задачу и самостоятельно решив её, сделав предложения ответственным в акимате менеджерам и получив добро, строит на выделенные средства объект", – говорит эксперт.

По словам Тимура Актаева, основная причина шума, изначально возникшего вокруг Белки, – непрозрачность решения об её установке.

"Качество исполнения, уместность, смысл художественного жеста и многие подобные вопросы разбиваются о непрозрачность и вертикальность такого решения. Из-за этого возникает реакция, которую сложно оценить в рамках искусства, эстетики или даже функциональности, – говорит Тимур Акатев. – Горожане, уставшие от вертикальности решений госаппарата, критикуют Белку за всё, особенно за распоряжение их налогами. Сублимированная боль о невозможности выбирать мэра, президента, название улиц, цвета тротуарной плитки, частоту смены бордюров выливается на искусство. Которое, необходимо заметить, один из самых уязвимых феноменов в этом мире".

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter