"Ну, рассказывайте, что натворили?" Каким был Михаил Дорофеев – в воспоминаниях друзей и коллег

Михаил Дорофеев / Фото Informburo.kz
Михаил Дорофеев / Фото Informburo.kz

30 января не стало нашего коллеги Михаила Дорофеева. Мы решили рассказать читателям, каким человеком он был.

30 января скончался главный редактор информационно-аналитического портала Informburo.kz Михаил Дорофеев. Причина смерти – инфаркт. Михаилу Викторовичу было 48 лет.

Весть о том, что не стало Михаила Дорофеева, шокировала многих. Друзья, коллеги, партнёры говорят о нём как о порядочном человеке, который не шёл на сделку с совестью. Он остался в наших сердцах "настоящим мужчиной, понимающим руководителем и просто другом".

"Вам всё кажется"

Жаннат Нугманова – редактор "Радио Азаттык", бывший заместитель главного редактора Informburo.kz

"22 декабря 2020 года. Сообщение от Михаила Дорофеева: "Жаннат, разговор есть, позвоню через полчаса?".

Он всегда был такой – деликатный и предупредительный, иногда даже чересчур, мне казалось. В тот день мы говорили долго: 27 декабря должен был быть год, как в авиакатастрофе погибла Дана Круглова, и Михаил рассказывал, как редакция собирается вспоминать коллегу – сюжет на ТВ и воспоминания друзей и коллег на сайте. Обсуждали последние новости, условились "пообедать как-нибудь" после Нового года. Поминки по Дане в итоге были онлайн, Михаил произнёс речь – как всегда грамотно, точно, педантично выбирая подходящие к месту и событию слова.


Читайте также: "Осталась недосказанность и режущая боль". Год без Даны Кругловой в монологах её близких, друзей и коллег


С ним было легко и тяжело одновременно. Легко, потому что в Informburo никогда не было чинопочитания, никто не падал ниц при виде начальства, но и панибратства не было. Михаил построил демократичную редакцию и всегда на собраниях говорил: "Не нужно со мной соглашаться". Тяжело, потому что ему надо было соответствовать, успевать за ним.

У нас были разные подходы и видение проекта. Я была за то, чтобы "поломать и построить заново", а он за "эволюционное развитие", но мы всегда были в состоянии прийти к консенсусу. "Так и поступим", – завершал он разговор.

"Замы всегда и везде пашут, а я – звезда", – шутил он. Конечно, он был звездой, его знает полстраны, с ним советовались журналисты, редакторы, правительственные чиновники, депутаты, бизнесмены. Он был нужен всем. Про "пашут" тоже шутил, разумеется: он приходил раньше всех и уходил позже всех. У шефа Дорофеева не было понятия "рабочий день" или "рабочая неделя" – мы могли в час ночи обсуждать какие-то новые идеи или в шесть утра – работу редакции. Иногда мне казалось, что он вообще не отдыхает и никогда не спит.

В отпуск тоже ходил редко. А в какой-то год уехал на две недели, сказал, что с семьёй поедет отдыхать. "Редакция на вас. Если вдруг сомневаетесь, делать или нет, а я вне зоны, считайте, что я сказал: "Нет", – так он всегда говорил, когда уезжал. А когда возвращался, первым делом: "Ну, рассказывайте, что натворили?".

6 мая 2019 года. В этот день Informburo.kz поздравлял мужчин с Днем защитников отечества. Мы дарили футболки с их цитатами. У Михаила Дорофеева «Вам всё кажется». Так он говорил, когда в материале на хватало фактов.
6 мая 2019 года. В этот день Informburo.kz поздравлял мужчин с Днём защитников отечества. Мы дарили футболки с их цитатами. У Михаила Дорофеева "Вам всё кажется". Так он говорил, когда в материале не хватало фактов / Фото Алмаза Толеке

Он не умел хвалить, но как-то по-своему всегда выражал благодарность: "Есть два билета на "Машину времени", пойдёте?". Или: "Тут в Вену приглашают на конференцию – я подумал, вдруг вы захотите…". Кстати, на концерт "машины" я не попала, он сходил сам и лучшие моменты снял на видео и выслал в "телегу". Я понимала, что так он проявляет заботу.

Порой расскажет какую-то дикую непечатную историю, а мне потом плохо, и я спрашиваю:

– Зачем вы мне это рассказали? Как теперь с этим жить?!
– Я решил, что я не должен страдать один!..

С Михаилом мы проработали пять с лишним лет. Всегда восхищала его способность "выруливать" – он это делал профессионально. Я полагала, что работа в пиаре его так закалила: был конфликт – пришёл Дорофеев и всё разрешил.

Он был странный для нашей среды – не пил, не курил, заботился о своей семье, коллегах и каким-то немыслимым образом умел находить в людях самое хорошее и держался за эти качества. При этом ненавидел слово "зато". Он подбадривал и направлял, слушал и слышал. За это его любили и уважали, точнее, любят и уважают.

Я запомню его как справедливого руководителя, порядочного человека и доброго друга. Покойся с миром, дорогой Михаил!".

"Самое забавное, когда нас путали" 

Александр Совостьянов – друг, директор театра "Астана Балет"

"Большой отрезок моей жизни связан с Михаилом. Мы искреннее радовались успехам друг друга и старались поддержать в самые не простые минуты.

Самое забавное – это когда нас путали. Мы похожи внешне, хотя я вижу явные отличия. Помню историю одну: мы работали на "Седьмом канале", ездили в Москву на телерынок. Там Миша с кем-то начинал разговоры, а эти люди, путая нас, продолжали переговоры со мной, думая, что я – это Миша. Это было весело. Мы потом даже стали немножко издеваться над нашими партнёрами с точки зрения ценообразования. Я подходил и называл одну цену, а Миша через два часа называл другую. Удивлённые партнёры говорили: "Ты же назвал другую цену!", а я им: "Так это же был не я". Мы смотрели на реакцию людей, и нас очень забавляло, что нас путали.

"Мы с Мишей частенько, не договариваясь, встречались случайно в самолёте на соседних креслах. Фотографировались, смеялись, шутили. Это одна из таких встреч, на которой мы веселились от того, что увидели друг друга" / Фото Александра Совостьянова

Я очень сожалею, что не досказал ему многое. У нас с ним и ещё одним приятелем была традиция – раз в  месяц встречаться в ресторанах, по очереди накрывать стол. Как-то недавно мы списывались и заметили, что более полугода из-за коронавируса никуда не ходили, но новости про друг друга знаем.

Я сегодня потерял старшего брата. У нас были большие планы: когда-то хотели открыть радиостанцию, потому что чётко понимали, что хотим слышать на этой радиостанции. Мы хотели сделать прогрессивное talk-радио, в котором помогали бы людям решать их проблемы – от простых бытовых до глобальных финансовых. Аудитория – от домохозяек до бизнесменов. И это радио должно было быть только разговорным. Мы называли себя говорунами.

Михаил Дорофеев и Александр Совостьянов / Фото Александра Совостьянова

Миша очень радовался за меня, когда меня назначили в "Астана Опера". Он говорил, что журналистика – по-настоящему универсальная профессия. А потом, когда меня назначили директором в "Астана Балет", он меня поддержал очень тёплыми словами. Знаете, когда старший брат тебе что-то говорит, ты относишься к этому с трепетом. Миша оказал негласную очень мощную поддержку, когда я пошёл работать в сферу культуры. Когда были успехи казахстанской культуры за рубежом, он очень этому радовался и говорил: "Вот видишь, главное – правильно про это рассказать". Я считаю его своим большим наставником в сфере продвижения казахстанской культуры в мире.

Невозможно найти ни одного человека в нашей журналистской отрасли, кто бы не уважал Дорофеева. Нет ни одного человека, кто говорил бы про Дорофеева нехорошую вещь".

"Если такие, как Миша, уходят безвозвратно, то молодым нужно подтягиваться с тройной скоростью"

Ерлан Оспанов – генеральный директор группы компаний "Верный Капитал"

"Казалось бы, мягкий и податливый, но на поверку – чрезвычайно принципиальный и несгибаемый. Да, Миша был таким.

Мои коллеги и все, кто его знал, твердят одно: этого не может быть. Не может быть по той причине, что в это невозможно поверить. Это не укладывается в голове. 

Ровно за 26 часов до того, как я узнал, что Миши больше нет (а узнал я одним из первых), мы с ним встречались за обедом. Обсуждали медийный рынок. Что дальше будет... И что самое интересное, мы говорили не про материальную ёмкость рынка, а про то, куда это всё движется. С Мишей нельзя было говорить о другом... 

Мы уже работали с Мишей несколько лет, а я только тогда услышал его и увидел за модераторством какого-то форума. Если не сказать обескуражен, то я был поражён. Человеку свойственно теряться на публике, но Миша был как рыба в воде. И дело не в твёрдом голосе, а в том, как он добивался своего – заставить собеседника чётко ответить на вопрос, не отпускать с компромиссным "Ну, хорошо".

С уходом Миши ряды поредели... Сколько жизненного опыта и знаний он унёс с собой. 

Если такие, как Миша, уходят безвозвратно, то молодым нужно подтягиваться с тройной скоростью".

"Михаил Викторович, какого чёрта?"

Никита Шаталов – заместитель директора Службы центральных коммуникаций, с 2017 по 2019 год работал шеф-редактором специальных проектов Informburo.kz

"В марте 2017 года, когда Миша позвал меня пообедать и неожиданно предложил работу, я плохо себе представлял, как эта встреча изменит мою жизнь. К тому же я тогда себе плохо представлял, кто такой Дорофеев. Это потом, когда он стал таскать меня за собой на встречи и форумы, знакомить с людьми и со свойственной ему деликатностью направлять и давать советы, я осознал масштаб личности шефа.

За всё это время я не увидел ни одного человека, который относился бы к Мише неуважительно или враждебно. Наоборот, везде находились члены неформального фан-клуба Михаила Викторовича. Это удивляло.

Михаил Дорофеев и Никита Шаталов / Фото со страницы Никиты Шаталова в Facebook

Он умел располагать к себе. Чуть ли не с первого дня нашего знакомства он попросил обращаться к себе по имени, несмотря на разницу в возрасте. Так я к нему и обращался все эти годы – Миша. Михаилом Викторовичем для меня он был в чрезвычайных ситуациях, когда тебе очень надо было спросить: "Михаил Викторович, какого чёрта?".

Ему была комфортна именно горизонтальная коммуникация, в которой ты мог чувствовать себя равным. Он никогда не давил авторитетом, хотя им обладал. Ему это было не нужно – благодаря обаянию и сдержанности он мог убедить тебя в чём угодно. Из-за этого с ним было невозможно спорить, уступал он разве что из тактических соображений. Чаще всего ты даже не понимал, как Миша обвёл тебя вокруг пальца. Но ещё он умел признавать ошибки, давал тебе понять, что ты справишься со всем, предоставлял практически неограниченную свободу действий. И, конечно же, сохранял спокойствие даже тогда, когда у всех сдавали нервы.

Я не всегда был справедлив к нему, возможно, не оправдывал оказанное мне доверие. Мне невероятно грустно, что я ни разу не сказал ему, каким важным человеком он был для меня и как много дал мне, хотя и не был обязан этого делать. Он делал всё для моего развития и давал невероятные условия работы, зная, насколько всё это важное личное для меня дело. Несмотря ни на что, я продолжал считать Мишу этическим императивом и искал его одобрения. Он был одним из первых людей, кому я сообщал важные новости из своей жизни.

Михаил Дорофеев и Никита Шаталов / Фото со страницы Никиты Шаталова в Facebook

Очень сложно поверить в то, что Миша теперь не с нами. И через какое-то время пустота будет проступать всё более явственно: когда некому будет рассказать что-то важное, когда не с кем будет посоветоваться, когда рядом будет нужен человек с невероятно здоровым отношением к жизни.

Миша был не только моим учителем, так о нём могут сказать очень многие. Он привёл в профессию десятки людей, и многие из них будут продолжать дело – именно на таких принципах, которые он прививал.

Сейчас очень хочется его спросить: "Михаил Викторович, какого чёрта?..". Куда ты делся, на кого оставил нас? Нам тебя будет очень не хватать, дорогой учитель. Покойся с миром".

"Он был одним из самых лучших ораторов среди медийного сообщества"

Канат Сахариянов – генеральный директор телеканала Atameken Business, член НСОД

"Очень тяжело принял это известие. У меня слёзы. Это и коллега, и друг, очень светлый и открытый человек. Все мы его знаем как профессионала-журналиста. Но он ещё был в первых рядах членов Национального совета общественного доверия от мира журналистики, мира медиа, поэтому я хотел бы отметить две его общественные инициативы.

Первая: благодаря его участию, были инициированы и приняты очень важные новшества в нашем законодательстве, а именно – декриминализация клеветы. Этот вопрос он поднял перед Президентом. Это ключевой шаг в развитии свободы слова и казахстанских медиа.

Кроме этого он активно продвигал вопрос создания Информационного кодекса. И мы по этому вопросу с ним много общались, потому что я тоже говорил о необходимости консолидировать все наши законодательные акты по вопросам медиа – об интеллектуальной собственности, СМИ, телерадиовещания, авторских и смежных правах. Мы часто консультировались с ним по этому поводу. 

Михаил Дорофеев / Фото Informburo.kz

Вторая инициатива – это общественный институт, в котором мы вместе принимали участие. Это Медиа-альянс – рабочая группа экспертов, Михаил работал над подготовкой базовых принципов работы медиа в Казахстане. Это расширенный и усиленный Кодекс этики журналистов. Мы два раза в неделю встречались по видеоконференцсвязи. Сначала выслушивали международных экспертов, потом приступали к написанию самих принципов.

У Михаила был один из самых основных и тяжёлых разделов – работа журналиста, концентрация на этических нормах журналистики. Конечно же, с его огромным опытом он мог написать о своём видении. Эта работа продолжается, базовые принципы ещё не до конца усовершенствованы. Но именно его разработка – базовые принципы свободы медиа в Казахстане – является ключевой.

У Михаила был острый язык. Он умел моментально и очень хлёстко выразить словами централизованную мысль по какому-то мероприятию или конференции, в которых мы вместе участвовали, то есть он мог одной фразой, одним словом, одним предложением это выразить. Это его уникальное качество острого ума меня всегда в нём восхищало. Когда он брал слово и выступал на этих конференциях, всегда было очень полезно его слушать. Он всегда говорил важные вещи. Его было очень приятно слушать, у него был богатый язык. Я не побоюсь сказать, что он был одним из самых лучших ораторов, которых я знал среди нашего медийного сообщества.

У него было обострённое чувство справедливости, именно поэтому он журналист по призванию. Он никогда не мог промолчать там, где необходимо защитить, отстоять интересы нашего медийного общества. Он всегда брал слово, выступал, был в лидерах, он всегда был первым.

У Михаила в Казахстане было огромное будущее, потому что, на мой взгляд, он уже вырос из рамок главного редактора коммерческого информагентства. Он был политическим деятелем. И я думаю, что у него было бы большое будущее с его справедливой гражданской позицией. Он этнический русский и гражданин Казахстана, но как никто из титульной нации защищал и отстаивал интересы именно казахстанского общества. У него было бы большое замечательное будущее".

"Кажется, он знал абсолютно всё"

Евгения Бодрова – заместитель главного редактора Baigenews.kz, с 2015 по 2020 год работала на Informburo.kz редактором регионов, продюсером, специальным корреспондентом

"Свои воспоминания о Михаиле пыталась написать несколько раз, начинала и стирала… Все слова стали вдруг какими-то пустыми и их не хватит, чтобы выразить всю боль потери. Он был не просто коллегой и руководителем. Он был настоящим авторитетом. Человеком, которого слушали и слышали. Он мог найти подход к любому, никогда не давил и всегда старался дать творческую свободу. Мы называли его между собой МВД (по первым буквам фамилии, имени, отчества). Он это знал, но нам ничего не говорил. Кажется, он вообще знал абсолютно всё.

Помню, когда я работала региональным редактором в Informburo.kz, собралась в декрет, Михаил позвал на разговор и так тепло сказал: "Вы там не задерживайтесь. Я вижу, что вам уже стало скучно на вашей позиции. Мы придумаем, чем вам заняться. А то испугаетесь, что вам опять сюда возвращаться, и ищи потом вас через три года". А мне и правда тогда надоело чужие тексты править с утра до вечера, только я этого ему не говорила, он умел читать людей и видел, когда нужно было перенаправить человека в другое русло.

Жаннат Нугманова, Михаил Дорофеев, Евгения Бодрова, Николай Энелане и Данияр Адилбеков на вручении премии "Уркер / Фото Герарда Ставрианиди

Его мнение всегда было важным, особенно для журналистов. Напишешь текст, отправишь на проверку и как в школе с трясущимися руками ждёшь вердикта. Не потому, что боишься шефа (он даже голос не повышал), а потому, что если он скажет, что текст написан плохо, это всегда означало, что ты можешь лучше, но сейчас ты не оправдал ожиданий. И в эти моменты было дико стыдно, хотелось всё переписать и переделать. И мы переписывали и переделывали. В конечном итоге понимали, что действительно можем же лучше.

В моей жизни он первый руководитель, с которым я узнала, что журналист, оказывается, может болеть и у него могут быть личные дела. Он ценил время и здоровье каждого сотрудника. В редакции всегда было правило: если ты болен, то не выходишь на работу, не подвергаешь опасности себя и окружающих. Он всегда входил в положение, если у кого-то были личные проблемы. И это было для нашей сферы очень удивительно. Ведь мы, пришедшие из разных редакций, уже давно привыкли работать на износ: больничный – только если дети болеют или совсем уже встать не можешь, новости ведь никто не отменял! Зритель/читатель ждать не будет. А он научил нас ценить наше время и наше здоровье. В приоритете сначала сотрудники, а потом уже дело.

Может быть, поэтому все проекты, за которые он брался, были успешными, потому что он мог создать команду, учитывая интересы и потребности каждого, чтобы все болели за общее дело, чтобы работать было интересно и, самое главное, – не скучно. Для многих Михаил стал учителем и проводником в профессию. Работать с ним было большой честью". 

"На сделки с совестью этот человек не шёл" 

Марат Асипов – сооснователь сайта Ratel.kz

"Миша был редкий человек, потому что в наше нервное и суматошное время, когда постоянно возникает выбор, искушения, соблазны, угрозы, он при этом всегда оставался очень ровным и взвешенным человеком, не по годам умным. Для нашей профессии это редкость. Он никогда не совершал никаких опрометчивых и глупых поступков, он всегда был цельной натурой. И это высоко ценилось совершенно разными людьми, с разными политическими взглядами. Миша оставался всегда верен себе. Если ты разделял общечеловеческие ценности, то у Миши ты всегда мог найти понимание.

Как-то мы с ним переписывались, и я тогда сказал Мише, что хоть мы и конкуренты, но это не мешает нам ценить и уважать друг друга. Поэтому для меня было большим потрясением, когда я узнал... Я долго не мог поверить, профессиональная привычка – перепроверял несколько раз информацию. 

Марат Асипов, Айдос Сарым и Михаил Дорофеев на медиакурултае / Фото Алмаза Толеке 

Мы с Мишей были знакомы лет 20, в одной редакции не работали. У меня было два эпизода близкого общения с Мишей. Один раз в 2000 году: Миша сам со мной интервью записывал, тогда я работал в газете "Время". Второй раз в 2017-м: интервью было в то время, когда у нас были неприятности. Он пришёл с корреспондентом своей редакции. Для меня это много значило, когда главный редактор приходит тоже – это уважение со стороны Миши, и я это очень ценил. В этот момент его поддержка была очень нужной с моральной точки зрения и была общественная значимость поступка.


Читайте также: Марат Асипов: Лучше отдать деньги девушке, пострадавшей в аварии, чем Какимжанову


Миша на себе никогда жилетку не рвал, он просто поступал по-мужски. Причём ему не надо было объяснять, почему он это делает. Такие люди, как Миша, – это основа общества, носители базовых человеческих ценностей. На сделки с совестью этот человек не шёл".

"Он оставался романтиком тогда, когда многие ставили крест на профессии"

Николай Энелане – креативный директор продакшн-компании "Black & White", работал в Informburo.kz специальным корреспондентом с 2017 по 2020 год.

"Сложно описать Михаила Викторовича одним словом, хотя он был мастером лаконичности. Мог одной фразой описать яркие краски казахстанской действительности. Делал это иронично и умно. Регулярно радовал коллег в чатах и личной переписке.

Его фирменный приём был прост: после сдачи материала на проверку он приглашал автора и задавал всего один вопрос: "О чём твой материал?". И если ты мог в одном предложении аргументированно объяснить и отстоять своё детище, то больше у Дорофеева-редактора не было вопросов. А вот если у тебя не получалось – следовательно, и материал твой был ещё сыроват, а в голове, скорее всего, царил структурный бардак, который переходил на бумагу. Приходилось статью "допиливать". Один из больших материалов мне как-то пришлось переделывать шесть раз, убирая "воду" и мусорные факты, меняя структуру, заходя с новой стороны.

Михаил Дорофеев на интервью / Фото Informburo.kz

Годами меня не оставляло чувство, что Дорофеев знал или чувствовал реальный уровень каждого журналиста, оператора, редактора, продюсера, режиссёра, с которыми работал. Это и делало его гениальным медиа-менеджером. Когда он говорил с улыбкой: "Ты можешь это сделать", ты чувствовал, что это именно так.

Наши взаимоотношения были весёлыми, пару раз я даже его серьёзно огорчил: упрям был, не признавал авторитетов, не прислушивался, и только спустя время понял, что дипломатичный Михаил Викторович был слишком воспитан, чтобы какие-то очевидные вещи говорить тебе в лицо. Проходило время, и ты сам всё понимал.

У Дорофеева была генетическая предрасположенность к воспитанию талантов. Он нянчился, терпел, подсказывал, радовался успехам одних, пристраивал на работу других. Делал это постоянно, возможно, даже не отдавая себе в этом отчёта. Каждый, кто сегодня может назвать себя его учеником, соратником, коллегой, может сказать про Дорофеева только одно: таких светлых, умных и честных журналистов в стране больше нет. Он верил и не забывал повторять, что журналистика способна менять жизнь отдельных людей и целых государств. Он оставался романтиком тогда, когда многие ставили крест на профессии.

Он мечтал, чтобы в казахстанской журналистике была конкуренция, были новые имена, новые жанры и новые продукты, он считал, что мы ответственны за вкус аудитории. Дорофеев стоял у истоков самых классных команд. Мне повезло, что я работал сразу в трёх из них. Это огромная честь и ответственность – не подвести Михаила Викторовича…"

"Все мы в каком-то роде "дорофеевцы"

Диана Абдуллаева – репортёр Informburo.kz

"Вспоминаю, как шла к шефу на собеседование. Оно перевернуло всю мою жизнь в профессиональном плане. Казалось бы, всего лишь встреча, но она останется одной из ярких в моей памяти.

Михаила Викторовича я лично не знала. Признаюсь, тогда была разочарована в профессии. Считала, что от журналистов нет никакого толка. Особо не надеялась и даже в глубине души не хотела получить эту работу. Ожидала, что увижу очередного медиа-босса, приготовилась отвечать на сухие вопросы.

Но Михаил Викторович мог с первых минут расположить к себе. Он встретил меня с улыбкой, встал, пожал руку и пошутил: "Мы ищем человека, а вы – работу. Как здорово всё совпало". Я расслабилась, и мы продолжили разговор, который вообще не касался работы. Он у меня спросил, есть ли у меня дети. Я ответила: да, две дочки. В этот момент его лицо засияло, он сказал: "Как повезло вашему мужу, у меня самого есть дочь, и это большое счастье для мужчины". Дальше говорили о ещё каких-то бытовых вещах. И только потом о профессии в целом и что хотелось бы изменить.

Михаил Дорофеев на обучающем тренинге / Фото Informburo.kz

Он меня покорил своей открытостью, добротой, и я страстно захотела работать в его команде, под его руководством. Да чего уж там – идти за ним хоть на край света. И это после 20 минут разговора. Ощущение было, что знаю его всю жизнь.

Шеф был наставником, учителем. Умел заставить людей поверить в себя. Говорил, что всё, что мы делаем, – это не зря. И мы ничего не боялись, потому что знали, что за нами стоит он. Спасибо ему за знания, опыт и людей. Пусть многие и не работают уже в Informburo.kz, но мы были и остаёмся командой, семьёй. И это благодаря ему, его энергетике, силе, идее, принципам. Все мы в каком-то роде "дорофеевцы".

"Куда я поеду? Куча дел..."

Рэм Нигматулин, главный редактор SK News

"Миша Дорофеев начинал и первые корпоративные издания. 2003 год. Пресс-служба "КазМунайГаза".

Наша КМГ-шная корпоративная газета была первой в "КазМунайГазе", как и во всей нефтянке, думаю. Миша был её редактором, прекрасным редактором, это было интересное время. Полноформатная газета распространялась по почте во все подразделения, была аналитика. Наш аксакал Шархан Казагулов ласково на казахский манер называл Михаила "Мишатáй". Все работали на совесть, бережно относились друг к другу. Так было и потом в наших отношениях – помогали друг другу чем могли, шутили, и ещё в каких-то проектах даже вместе поработали.

Как-то несколько лет назад искал по просьбе кубинского посольства журналиста для поездки на Кубу, на туристическую ярмарку. Поездка предстояла весёлая и солнечная, длинная, а главное – бесплатная. Никто от такого на моей памяти не отказывался. Я очень хотел, чтобы поехал Миша, позвонил ему: езжай, не пожалеешь – работы минимум, Варадеро (популярный кубинский курорт. – Авт.), сальса, красивые люди! Он очень долго хохотал в трубку: "Рэм, спасибо, конечно, но куда я поеду? Куча дел, напряжёнка".

Напряжёнка...

Светлая память, Миша, тебе. Искренние глубокие соболезнования близким и всем, кто знал и любил Мишу".

"Его основательность зачастую многие путали с нерешительностью – и сильно ошибались"

Александр Константинов – корреспондент газеты "КоммерсантЬ" в Казахстане, 2019-2020 годы работал выпускающим редактором Informburo.kz

"Коллеги попросили написать несколько строк о Мише. Наверное, впервые за 30 лет работы в СМИ я понял, что не могу. Не потому, что нечего сказать, а потому что больно и тяжело…

Одна из главных черт его характера – основательность. Он всё делал основательно: собирал ли бумаги в портфель после совещания, реализовывал проект, участвовал в дискуссии. Зачастую многие путали её с нерешительностью и конформизмом – и сильно ошибались. Он был очень коммуникабелен, но в свою жизнь посторонних не пускал. Заботился о сотрудниках, но внешне легко принимал жёсткие решения.

Мы не были друзьями в полном смысле этого слова. Скорее, уважали друг друга, общаясь при редких встречах. Поэтому я сильно удивился, когда однажды он позвонил и пригласил меня в свой проект – Informburo.kz.

Михаил Дорофеев записывает интервью с представителями компании Santo / Фото Алмаза Толеке 

Сотрудникам очень легко было работать под его руководством. Наверное, от ощущения безопасности. Если они что-то делали, то знали, что руководство будет биться и защищать своих сотрудников. Это очень важно и, к сожалению, это бывает очень редко. Мне тоже было с ним легко, потому что профессионально мы говорили на одном языке. И это тоже, к сожалению, бывает редко, особенно сейчас. Даже если расходились во мнениях и оценках, это никак не отражалось на чём-то ещё.

По сути, он активно последние годы пытался выстроить мост между той журналистикой, которой учился сам и в которой работал, и новой реальностью. Меня как-то молодые коллеги, разговаривая об уровне журналистики в Казахстане, спросили о том, кто самые сильные редакторы в стране. Я назвал несколько фамилий – Мишу одним из первых. Мне, учившемуся и начинавшему работу в СМИ в советское время, никогда не нравилось словосочетание "уходит эпоха". Но в этом случае это очень точное определение. Уж точно – один из самых мощных её представителей".

"Он был одним из ориентиров для тех, кто хотел стать настоящим мастером в своей профессии"

Юрий Масанов – обозреватель газеты "Курсив", журналист Informburo.kz в 2017-2020 годах.

"С Михаилом Викторовичем Дорофеевым я лично знаком с 2017 года. До этого знал со слов коллег, и все рассказы о нём были, безусловно, положительные. Поэтому было немного волнительно ехать на собеседование в Informburo.kz, где я с Михаилом Викторовичем и познакомился лично. И сразу стало очевидно, что всё, что о нём говорили, было правдой.

Михаил Дорофеев поверил в меня, дав работу в растущем, быстро развивающемся издании, даже несмотря на то, что Informburo.kz стал для меня всего вторым СМИ, где я что-то пытался писать и развиваться как журналист. Он был хорошим начальником, всегда входил в положение и пытался найти выход из разных спорных ситуаций, иногда возникающих в коллективе. Но главное – это то, что он был во многом и учителем для нас, сотрудников, и наставником.

Михаил Дорофеев на собрании коллектива Informburo.kz / Фото Алмаза Толеке

Если бы не эта безмерная утрата, то, я уверен, Михаил Викторович смог бы воспитать и поддержать ещё много новых казахстанских журналистов. Он был одним из ориентиров для тех, кто хотел стать настоящим мастером в своей профессии.

Но теперь единственное, что мы можем – хранить память о нём и не забывать тот большой вклад, который Михаил Дорофеев внёс в развитие казахстанской журналистики". 

Новости партнёров