"Каждый день больные просят дать таблетку, чтобы умереть". Репортаж из хосписа Алматы

Фото Алмаза Толеке
Фото Алмаза Толеке

"Почти каждый день во время обхода пожилые больные просят дать таблетку, чтобы умереть. Это усталость от жизни. Но я никогда не отвечаю на вопрос пациента или его родственников: "Сколько осталось жить?" Решает бог".

[врач-терапевт алматинского хосписа Евгений Кожаев]

В Алматинском центре паллиативной помощи онкобольным помогают справиться с болью, когда медицина уже бессильна. Обычно пациенты поступают уже в терминальной (предсмертной), 4-й стадии заболевания. Все по-разному относятся к диагнозу, но врачи различают пять стадий психологических переживаний. Эту концепцию сформировала американский психолог, автор книги "О смерти и умирании" Элизабет Кюблер-Росс:

  1. Отрицание.
  2. Гнев.
  3. Торг.
  4. Депрессия.
  5. Принятие.

Как в алматинском хосписе живут онкологические больные и на каких стадиях они находятся по теории Кюблер-Росс – в репортаже Informburo.kz.

Первая стадия – отрицание

В этой фазе человек отрицает факт обнаружения у него смертельного заболевания. Больной не может поверить, что это действительно с ним случилось. Он перепроверяет диагноз в разных больницах. Даже оказавшись в хосписе, многие не принимают болезнь.

77-летняя пациентка алматинского хосписа Алла Новикова говорит, что врачи до сих пор не могут ей сказать, чем она больна.


Алла Новикова жалуется на головокружение

Алла Новикова жалуется на головокружение / Фото Алмаза Толеке


"Нигде не могу вылечиться. Поем, и сразу голова кружится, будто пьяная. Что за болезнь? Врачи не знают. Я выросла в детдоме. В поликлиниках только капельницы поставят и отправляют домой. В хосписе я второй раз. Первый раз меня положили в 2014 году. Тогда сердце сильно болело, а сейчас голова. Летом уезжаю жить на дачу в горы. Там мне лучше. Никто не знает, что со мной", – пожаловалась Алла Новикова.

Читайте также: Что делать, чтобы рак не стал приговором

Человеку не доказывают диагноз, иначе он может впасть в депрессию вплоть до попыток суицида. Бывает и массовое отрицание: когда диагноз подтверждён, а его отказывается признавать не только больной, но и его родственники. Причина кроется в боязни смерти.

Вторая стадия – гнев

Стадия гнева наступает, когда не согласиться со смертельным диагнозом становится уже невозможно. Отсюда гнев, который больной обращает на врачей, родственников и других здоровых людей. Эта стадия может возникнуть и у родственников.

В хосписе до сих пор помнят случай, когда у женщины возник приступ гнева. Она кричала, ругалась и билась головой об стену из-за смертельного диагноза, который поставили её матери. Дочери надо было уехать на долгое время на высокооплачиваемую работу в Канаду. Она не знала, как быть с больной матерью. В итоге за ней ухаживали соседи по дому, а женщина уехала за границу.

Третья стадия – торг со смертью

Человек соглашается со смертью, но пытается выторговать или договориться об её отсрочке. В течение этой фазы человек может обращаться к богу, использовать разные способы продлить жизнь по принципу "Если я сделаю это, продлит ли мне это жизнь?".


Медсестра хосписа Инерам Имрамзиева у койки пациента

Медсестра хосписа Инерам Имрамзиева у койки пациента / Фото Алмаза Толеке


"Я здесь третий раз за три года. Но вообще я лечилась во многих больницах. Сейчас у меня повышенная интоксикация от приёма лекарств. По телу пошла желтуха, скинула вес. Понемногу пошла положительная динамика, но лечиться ещё долго. Я просила врачей, чтобы родные докупили мне лекарств, но мне ответили, что все необходимые препараты есть в хосписе. Несколько лет назад погибли муж с единственным сыном. Но живы моя мама и сёстры с детьми, которые мне помогают. В бога я верю с института, когда сдавала сессии. Хочется ещё пожить. Думаю, что все средства хороши," – рассказала школьная учительница Марина.

Четвёртая стадия – депрессия

В этой стадии больной начинает понимать неотвратимость происходящего. Человек погружается в себя, часто молчит, отказывается от общения и плачет.

"При принятии диагноза больной плачет от разочарования. Не все, но многие начинают верить в бога здесь. Кто-то крестится, причём в возрасте 70-80 лет. Одна больная плакала после крещения, хотя дети её были против. Через год, когда она поступила повторно, наступил летальный исход", – вспомнил Евгений Кожаев.


Елена Иванова

Елена Иванова, 49 лет / Фото Алмаза Толеке


"Меня недавно прооперировали. Сейчас идёт стадия восстановления. Я верующая с детства. Обиды не было. Неизвестно, откуда болезнь берётся. Но какой смысл унывать? Мы действительно живём уже каждым днём. Понимаем, что каждый день может быть последним. И хочется верить в светлое будущее", – тихо сказала 49-летняя Елена Иванова (перед публикацией материала стало известно, что Елена Иванова скончалась).

Последняя стадия – принятие

Человек в этой фазе становится спокойным и умиротворённым. Больной принимает диагноз как неизбежный финал. Больные мобилизуют свои усилия, чтобы, несмотря на заболевание, продолжать жить с пользой для близких.


Александра Волкова

Александра Волкова / Фото Алмаза Толеке


"Родилась и окончила медучилище в Новосибирске. С 1957 года живу в Алматы. 43 года проработала в медицине. Сейчас на пенсии. Есть дети, внуки и правнуки. В хосписе я уже четвёртый раз, с 2016 года. В первый раз мне делали операцию в 1998 году. Потом был рецидив. Но ничего – царапаемся и живём. Помогает вера. Обиды ни на кого не держу. Жизнь есть жизнь", – сказала 83-летняя Александра Волкова.

По Кюблер-Росс больные не переживают эти стадии строго поочередно. Фазы могут наступать в разное время и даже возвращаться обратно. Они могут длиться разные периоды времени и существовать одновременно.

В хосписе есть платные услуги по уходу за больными

Большая часть пациентов хосписа – женщины от 60 лет и старше. Врачи объясняют это тем, что у мужчин чаще встречается внезапная смерть из-за сердечно-сосудистых заболеваний и большинство не доживают до старческого возраста.

Ночью пациенты хосписа не спят. Жалуются на сильные боли и просят поставить им уколы. У медперсонала тоже начинается бессонница.


Коридоры хосписа

Коридоры хосписа / Фото Алмаза Толеке


"Дома после двух ночи не могу заснуть. Привыкла, что здесь всю ночь бегаешь. Попробовала работать в простой поликлинике, но не смогла. У возрастных больных ночью галлюцинации, бред и истерики. Вспоминают своё прошлое. Работаю здесь уже 17 лет," – рассказала медсестра Инерам Имрамзиева.

В Центр паллиативной помощи поступают не только онкологические больные, но и с другими патологиями. Раз в неделю в хоспис приходят священник и мулла. Читают Библию, разговаривают, исповедуют больных. Помогают ухаживать за пациентами волонтёры и частные работники по уходу.


Работники хосписа сверяют дозировку лекарств для пациентов

Работники хосписа сверяют дозировку лекарств для пациентов / Фото Алмаза Толеке


"Профессиональному уходу за больными меня научила мама. Сейчас я ухаживаю за 35-летним мужчиной, у которого сломан позвоночник. Кормлю и переворачиваю его. Делаю массаж и обтирание. Почти год я ухаживаю за ним в разных больницах. В среднем мои услуги стоят 3-6 тысяч тенге в день", – сказал Анатолий Сенцов.

Читайте также: Как живут люди с ментальными нарушениями? Репортаж из Дома самостоятельного проживания в Алматы

В хосписе работает платное отделение, рассчитанное на 20 коек. Здесь нет лицензии на использование наркотических препаратов. Поэтому в нём находятся онкологические больные, которым не назначили сильнодействующих лекарств. Стоимость нахождения без лечения обходится родственникам в пять тысяч тенге в сутки.

"Больше всего боюсь равнодушного отношения родных к больным"

На третьем этаже хосписа отделение геронтологии. В нём лечат от болезней старческого возраста: деменция, болезни Альцгеймера и Паркинсона, инсульты, и инфаркты. Отделение рассчитано на 30 коек. Большинство пациентов – неходячие.


Пациент гериатрического отделения

Пациент гериатрического отделения / Фото Алмаза Толеке


Медицинский персонал хосписа привык видеть человеческое горе, смерть больных и равнодушие родственников к умирающим родителям.

"Я привык к смерти, но в душе я её боюсь. Но больше боюсь видеть равнодушное отношение родственников к больным. До сих пор трудно это принять. Но я не имею права лезть в их отношения", – отмечает Евгений Кожаев.


Пациент платного отделения хосписа

Пациент платного отделения хосписа / Фото Алмаза Толеке


В Казахстане не развита паллиативная помощь. На врачей-паллиаторов не учат в медицинских вузах. Нет курсов по уходу за пациентами с опасными для жизни заболеваниями. Поэтому и эта сфера не развита так, как хотелось бы, говорит доктор.

В Казахстане всего шесть хосписов. Кроме Алматы, центры паллиативной помощи работают в Павлодаре, Усть-Каменогорске, Караганде, Костанае, Семее и Актобе. Эти хосписы – не отдельные учреждения, а отделения паллиативной помощи при крупных больницах. Там пациентов держат всего 21 день.

Поделиться:

Читайте новости без рекламы. Скачайте мобильное приложение informburo.kz для iOS или Android.

 Если вы нашли ошибку в тексте, выделите её мышью и нажмите Ctrl+Enter

 Если вы нашли ошибку в тексте на смартфоне, выделите её и нажмите на кнопку "Сообщить об ошибке"

Читайте также