Получил приглашение на дискуссию по вопросу кредитной амнистии для малообеспеченных граждан страны, причём тема была обозначена "Кредитная амнистия – социальная помощь или популизм?". Считаю, что это ни то и ни другое. Я уже высказывался на эту тему, но решил рассмотреть её под другим углом, тем более что прозвучали новые инициативы.

Мне кажется, что инициативы укладываются в цепочку шагов серьёзного изменения экономической политики, которая сильно переплетена с другими аспектами: общественным договором, приоритетами развития, картой влияния отдельных групп. Я не раз писал, что главной проблемой является убеждение, что помощь бизнесу приведёт к развитию страны. Фундаментом экономического развития страны является развитие населения, удовлетворение его потребностей и рост его доходов. Бизнес развивается на основе удовлетворения спроса со стороны потребителей, за который они платят либо напрямую, либо через государство (бюджетное финансирование образования, здравоохранения, армии). Субсидии и дотации бизнесу бессмысленны – деньги просто уходят в прибыли владельцев, но не к наёмным работникам, более того, бизнес расслабляется.

Вернёмся к инициативам и рассмотрим их в комплексе. С 1 января 2019 года в стране:

  • внедрено прогрессивное налогообложение: доходы физических лиц ниже 25 МРП (63 тысячи тенге) облагаются по ставке 1%, а свыше 25 МРП – по ставке 10%;
  • повышен уровень минимальной заработной платы в полтора раза – до 42 тысяч тенге: МЗП является необлагаемым вычетом, что тоже снизило подоходный налог уже для всех;
  • снижены и заморожены тарифы на жилищно-коммунальные услуги;
  • с 1 апреля существенно повышена черта бедности с 50 до 70% от прожиточного минимума (с 14 849 до 20 789 тенге), то есть значительно выросли количество получателей и суммы пособий;
  • для малообеспеченных многодетных семей уровень выплаты на каждого ребёнка зафиксирован в размере 20 789 тенге вне зависимости от доходов;
  • при исчислении дохода семьи исключены получаемые от государства пособия.

Очевидно, что мы имеем дело с комплексным, последовательным и разносторонним подходом по повышению располагаемого дохода граждан с низкими доходами. Только от снижения налоговых отчислений и расходов на ЖКХ семья в целом может дополнительно получить до 10-15 тысяч тенге в месяц, а если она ещё и является получателем АСП, то среднедушевой доход, а значит, и возможности покупок товаров могут вырасти многократно. Эта политика имеет очень чёткий экономический расчёт и смысл в реалиях Казахстана.

Расходы низкодоходных домохозяйств лежат в области экономики простых вещей. Дополнительное потребление будет не в итальянских макаронах, брендовой одежде или айфонах, но в товарах, конкурентное производство которых вполне по силам отечественному микро- и малому бизнесу в небольших цехах или на дому. Здесь упомяну и слабый тенге, создающий макроэкономические преимущества.

Бюджетные деньги направляются в создание платёжеспособного спроса, рыночных возможностей, стимулов и денежных перспектив для отечественного производства.

Это условия, в которых предприниматели сами научатся и найдут стартовый капитал – свой, друзей, родственников, потому что у них есть стимулы и возможности. Эти возможности не зависят от госпрограмм и госорганов, они зависят только от предпринимателей – качества товара, репутации, активности. Оценку бизнесу ставят не чиновники, а тысячи и миллионы потребителей, у которых выросли доходы и которые могут покупать больше товаров именно в сегменте простых вещей. В этом подходе не нужно искать или назначать "национальных чемпионов", "якорные производства кластеров", "прорывные проекты", учить предпринимателей, раздавать стартовые кредиты. Государство просто обеспечивает определённый уровень жизни гражданам, что даёт возможности для развития бизнеса – и "пусть победит сильнейший".

В этой связи погашение кредитов за малообеспеченные слои населения является неким логическим завершением блока инициатив. Без такого шага возросшие располагаемые доходы ещё в течение года или более уходили бы не в потребление, а в погашение кредитов.

И снова немного арифметики. Из бюджета для погашения кредитов использовано 105 млрд тенге, финансовые институты списали пени и штрафов около 50 млрд тенге (данные разнятся). Размеры процентов, которые уже не будут выплачены в результате досрочного погашения кредитов можно оценить ещё в 20 млрд тенге. Итого спрос на простые вещи, текущее потребление на 2019-2020 год получило дополнительно 170 млрд тенге – это добавленные конкурентные деньги, за которые может побороться отечественный микро- и малый бизнес.

Также важен и логичен запрет на выдачу новых кредитов для тех, чьи доходы ниже уровня бедности. Это честно и это пресекает иждивенческие настроения. Логика проста: "Мы признаём, что для относительно нормальной жизни вам не хватает средств и вы вынуждены брать кредиты. Поэтому мы существенно поднимаем доходы, чтобы вы могли жить без долгов. Если хочется чего-то большего – нужно потрудиться и обеспечить доходы на уровне, позволяющем обслуживать кредиты без ущерба для базового проживания". И снова есть чисто экономический эффект: дополнительные доходы направляются на текущие покупки множества простых товаров и услуг, но не в единичные покупки дорогого импорта с последующей выплатой кредита и процентов.

В пользу того, что мы видим последовательную реализацию политики, говорит и освобождение микро- и малого бизнеса от налогов. С одной стороны, для него простимулирован спрос, с другой, снижена нагрузка.

Сейчас мы стоим в очень важной точке. Первая часть разворота в экономической политике прошла легко – раздача денег всегда приветствуется, но разворот состоит из двух частей. Бюджет не резиновый, а значит, рост расходов на поддержание населения должен сопровождаться сокращением их по другим направлениям, то есть нужно сокращать адресные "социальные" пособия для бизнеса.

Нужно вернуться к нормальным принципам работы экономики. За последние десять лет нормальным стало то, что адресную помощь у государства наперебой и плечом к плечу требуют малоимущие и социально незащищённые слои населения, многодетные матери и казахстанский бизнес.

Социально незащищённые слои населения и многодетные матери требуют дотаций на хлеб и продукты, образование и здравоохранение. Отечественный бизнес также требует дотаций на хлеб и продукты (кредит – это продукты для бизнеса), образование (готовьте для нас специалистов, предоставьте бесплатные бизнес-планы и бизнес-тренеров, тренинги) и здравоохранение (не будем участвовать в ОСМС – у нас нет денег). Причём риторика совершенно одинакова: как многодетные матери и инвалиды говорят, что мы не можем выжить без помощи государства, так и бизнес говорит, что он умрёт без помощи государства. Справедливости ради замечу, что в информационном пространстве требования инвалидов о помощи звучат даже тише, чем требования предпринимателей.

Итак, вторая часть разворота экономполитики заключается в сокращении адресной социальной помощи бизнесу. Она включает в себя и расформирование госхолдиногов типа "КазАгро", "Байтерек", "Самрук-Казына", сокращение финансирования разных программ типа ДКБ и создание равноудалённости как социальных, так и бизнес-организаций от власти, повышение налогов на бизнес. Эти меры критически необходимы для дальнейшего успешного развития страны, но они сопряжены с существенным изменением статуса-кво различных игроков в высших эшелонах, потому встретят сильное сопротивление. Предполагаю, что в этом будет заключаться интрига последующих 6-12 месяцев.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter