В последние несколько месяцев мы наблюдали новую реальность, складывающуюся в Казахстане.

Это проявилось в политической жизни: выборы, допуск оппозиции, митинги, становящиеся обыденным явлением. Отразилось на социальном самочувствии: повышение заработных плат, пособий, списание кредитов. В информационном пространстве: прекращение блокировок интернета, появление профессионального праздника журналистов. Изменились балансы сил отдельных персоналий – по моему мнению фактор не принципиальный, однако его почему-то любят обсуждать в качестве знакового. Изменилась и структура Правительства – появились два новых министерства.


Читайте также: Санкционированный митинг в поддержку мирных собраний прошёл в Алматы


Вместе с тем остаётся большой вопрос: являются ли все эти изменения продуманными и последовательными шагами, частью новой социально-экономической политики или это ситуативные меры, которые давно назрели. Вопрос не праздный. Я в своих материалах часто им задавался. Трудность ответа на этот вопрос заключается в том, что необходимость разворота в сторону интересов населения, граждан и общества назрел очень давно и со всей очевидностью. В пользу этого говорила динамика объективных показателей – например, темпы роста доходов населения, их структура, уровни расслоения по доходам – и субъективных – уровень протестности, снижение удовлетворенности и рост тревожности в обществе. С другой стороны, страна настолько сдвинулась в своей политике в сторону поддержки бизнеса, импортозамещения, риторики вокруг бизнес-климата, заботы об отдельных предприятиях, что любое изменение приоритетов, любая мало-мальски значимая трансформация этой политики означает разворот к обществу. Это означает, что на данном этапе невозможно оценить, насколько последние шаги ситуативны или системны.

Нужна альтернативная экономическая программа

Если эти шаги ситуативны и за ними нет проработанной политики, то это тревожит. Как бы ни формировать социальные инициативы, как бы ни пытаться минимизировать их популистские моменты, они рано или поздно перестанут удовлетворять общество, если общая экономическая ситуация не улучшается. Сегодня продолжать старую экономическую политику на основании созданных механизмов и идеологии невозможно – для этого уже нет ресурсов, да и сама экономическая карта страны уже сложилась таким образом, что старая политика только ухудшает состояние. В отсутствии цельной альтернативной программы мы неизбежно будем топтаться на месте, стагнировать, на фоне растущих популистских настроений, что создаёт значительные риски.

Я излагал своё видение по возможной последовательной экономической и информационной политике, которая по сути является реализацией довольно простой и обкатанной во многих странах экспортоориентированной стратегии. И выражал осторожный оптимизм, предполагая, что последние инициативы означают переход к ней, однако некоторые моменты стали для меня тревожным звонком.

"Это не про торговлю семечками"

Создание Министерства торговли и интеграции стало для меня знаковым событием. Страна, определившая в своём "Стратегическом плане развития до 2025 года" экспорт как базовое и фокусное направление развития, наконец через полтора года создала Министерство торговли. Это не про торговлю семечками, как выразился уважаемый господин Борейко. Министерство торговли во всех странах есть и отвечает за крайне важный фронт работы – внешнюю в основном, но, может быть, и внутреннюю торговлю, то есть отвечает за формирование условий торговли, фактически за формирование и функционирование рынка как института во благо экономики. В основном такие министерства занимаются внешними рынками, работая в сложном и достаточно запутанном пространстве различных внешних правил: ВТО, ЕАЭС, ШОС, двусторонние торговые соглашения. Продвижение экспорта через создание преференций и льгот для отечественных товаров на чужих рынках, а взамен, естественно, предоставляются льготы для производителей чужих стран на собственном. Этим процессом торговли взаимными уступками и преференциями, определением их размеров, секторов экономики и рынков и занимается министерство торговли. Это не про привлечение инвестиций, переговоры с иностранными бизнесменами, не про торговые представительства – такие вопросы не решаются торговыми атташе и бизнес-амбассадорами или консулами.

Это огромная, системная, во многом рутинная, но ключевая работа, которая не может осуществляться в рамках МИДа. Удивительным оказался тот факт, что при создании такого министерства ему забыли передать функции по продвижению несырьевого экспорта. Трудно предположить, что это просто халатность. Скорее всего, это либо непонимание сути министерства теми, кто готовил решение о его создании, либо сопротивление переменам и нежелание расставаться с полномочиями и функциями, стремление сохранить старый статус-кво. Радует, что ситуация была исправлена и продвижение экспорта в конце концов передали в Минторговли.

Вопрос о создании новой политики остаётся открытым

Недавно президентом страны был озвучен прямой запрет на создание новых государственных компаний. Мне кажется, что это тоже признак внутренних противоречий и сопротивления. В нормальной рыночной, экспортоориентированной системной государственной политике создание госкомпаний вообще никогда не стоит на повестке дня. В такой политике для них нет обоснований и логики: экономика управляется и развивается нормальными рычагами – налоговыми, таможенными инструментами, правильной денежно-кредитной политикой.

Публичный запрет на создание новых госкомпаний, вероятно, проявляет наличие значительного внутреннего давления или намерения к этому, что означает приверженность старому курсу и старым принципам экономической политики.

В принципе, это неудивительно. Принятый и ныне действующий "Стратегический план развития до 2025" основан на старых идеях. Там продекларировано много красивых и правильных подходов, но само внутреннее построение и идеология – это подретушированные старые принципы, которые привели нас туда, где мы есть. Нельзя забывать, что эти старые принципы целиком сосредоточены на прямой финансовой поддержке бизнеса, а так просто от этих денег отказаться нельзя. Здесь напомню, что 300 млрд тенге для снижения долговой нагрузки граждан отобрали у Фонда прямых инвестиций, то есть у бизнеса – большая сумма, и этот отъём будет продолжаться, если реализовывать новую политику. Думаю, что это неприятно для многих влиятельных групп.

Так то вопрос о наличии новой последовательной, разделяемой госаппаратом политики остаётся открытым. Возможно, её нет, и мы видим ситуационное реагирование, но возможно, что она есть, и мы видим отзвуки серьёзной борьбы против неё и за сохранение подарков для бизнеса. Во втором случае вполне вероятны дальнейшие изменения на ключевых постах в государстве в ближайшее время.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter