Почему пробелы в образовании губительны для экономики страны и доходов населения

Гарри Патринос, представитель Всемирного банка /Фото пресс-службы ВБ
Гарри Патринос, представитель Всемирного банка /Фото пресс-службы ВБ

Один из авторов Индекса человеческого капитала Гарри Патринос уверен, что потери от школьного обучения во время пандемии отбросили нас на 5–10 лет назад.

Почему падает уровень образования даже в развитых странах и опыт каких государств может быть полезен Казахстану в школьном образовании – в интервью Informburo.kz рассказал менеджер глобальной практики Всемирного банка в области образования в Европе и Центральной Азии Гарри Патринос. Он считает двумя главными факторами индекса человеческого капитала образование и здоровье. Причём важнейший из них – качество образования.

Решение о закрытии школ было правильным, но мы могли бы открыть школы раньше

– Господин Патринос, существует ли статистика, как работали учреждения образования в разных странах во время пандемии?

– По закрытию школ эксперты Всемирного банка отслеживали ситуацию в течение двух лет начиная с марта 2020 года. Кроме того, мы проводили мониторинг дистанционного обучения, поддержки учащихся, их семей, учителей. На следующем этапе проводился мониторинг как открывали школы, какие политики использовались для восстановления пробелов в обучении. Сейчас собираем данные по потерям в обучении, тестовые результаты когнитивных способностей учащихся, число учащихся, прекративших обучение и вернувшихся к обучению.

Всемирный банк опубликовал рабочий документ о потерях в обучении по всему миру. Проводился обзор всех исследований результатов обучения до Covid-19 и в течение Covid-19. Мы провели тысячи исследований, но лишь часть из них имели надёжные данные. Было выделено 36 таких исследований по 20 странам мира. Большинство из них – это страны с высоким уровнем дохода – в Европе и Америке, несколько стран со средним уровнем дохода, например, Мексика, Бразилия.

Почти 90% школ в мире закрывались в 2020–2021 годах на период от одной трети до половины одного академического года, пострадало свыше полутора миллиардов школьников.

Было замечено, что чем на более длительный срок закрывались школы, тем больше оказались потери в образовании. И уже не было разницы, проводились ли исследования в стране с высоким или со средним уровнем дохода, не было разницы в том, насколько хорошо была организована система дистанционного обучения, насколько хорошим был интернет. Недавние исследования в Польше показывают, что школы там были закрыты более чем на 30 недель, а польские дети потеряли эквивалент одного года обучения.

– В начале пандемии говорили о необходимости перевода школ на дистанционное обучение. Вот сейчас, по прошествии времени, не считают ли эксперты ошибочным это решение?

– В марте 2020 года решение о закрытии школ было правильным. Мы о вирусе знали слишком мало, не знали, как он распространяется. И мы хотели защитить в первую очередь жизни учащихся и педагогов.

В марте мы предполагали, что пандемия продлится максимум несколько месяцев, потом всё утихнет, и мы вернёмся к обычной жизни. Мы решили защитить детей, закрыв временно школы. Исходя из информации о пандемии, которая была нам известна в марте 2020 года, это было правильным решением. С появлением и распространением вакцин люди стали больше использовать протоколы безопасности, дистанцирования, маски. Поэтому, я думаю, что мы могли бы открыть школы раньше. Но решения в каждой стране принимались правительствами на основании информации от министерств здравоохранения, Всемирной организации здравоохранения.

– Каким образом дети могут в настоящее время минимизировать пробелы в образовании?

– Этот совет универсальный, и я даю его в любой стране мира:

  • во-первых, вернуться в школы;
  • во-вторых, разработать и внедрить программы восстановления знаний.

Здесь имеются в виду программы, направленные на потребности каждого ребёнка.


Читайте также: Как будет работать летняя школа, рассказали в МОН


У некоторых детей даже пандемия не отняла сильно в образовании, а вот некоторые, напротив, пострадали очень сильно. Удовлетворение их потребностей может означать дополнительное внимание к ним, разработку программ индивидуального репетиторства, поддержку учителей, выделение большего количества ресурсов школам, учителям, защиту образовательных бюджетов. Но самое важное – это замерять результаты обучения каждого ребёнка, чтобы учителя знали, где находится ученик на данном этапе, каковы пробелы, как наиболее эффективно помочь их восполнить.

Потери в образовании наиболее сильно скажутся на начальных классах

– Можно ли сравнить, насколько нынешние ученики потеряли в знаниях в отличие от предыдущих поколений?

– По странам, где такие исследования проводились последние два года, мы чётко видим, что идут тенденции на понижение качества образования. Большинство стран сейчас начали снова восстанавливаться. Я думаю, что комбинированный эффект потерь от школьного обучения отбросил нас на 5–10 лет назад. Дело в том, что если в образовании ученика начальной школы оказался пробел в один год, то на момент, когда этот ребёнок будет заканчивать школу (к 10-му классу), он отстанет на год от того, каким он мог бы быть без перерывов в образовании.

Исследований не так много в этой области. Но похоже, что потери в образовании наиболее сильно скажутся именно на начальных классах. Причины, на мой взгляд, в том, что дети постарше могут лучше разбираться в дистанционном образовании, лучше владеют интернетом. А вот чем младше ребёнок, тем ему сложнее. Многие из учеников младших классов читать на тот момент не умели, поэтому им было сложно разбираться в технологиях онлайн-обучения.

Есть ещё одна проблема уже среди старшеклассников. Если школьник был в 8–9 классе и школа закрылась, то вопрос: вернётся ли ученик доучиваться? Он выполнил образовательный минимум и мог бы учиться дальше. Но будет ли…

В некоторых странах возврат в школу увеличился, в других, наоборот, зафиксировано уменьшение возвращений старшеклассников. Но полной картины мы пока не видим, исследования продолжаются.

– Просчитывались ли потери для мировой экономики?

– На начальных этапах, когда были ожидания, что пандемия будет короткой, Всемирный банк давал следующие прогнозы: потери доходов в будущем на протяжении жизни нынешних школьников на глобальном уровне превысят 10 трлн долларов.

Когда стало понятно, что пандемия останется с нами на более продолжительный период, то оценки потерь пересмотрели. Теперь они на уровне 15–17 трлн долларов. По национальному годовому доходу эти потери составят от 0,8% ВВП ежегодно.

Это с учётом того, что ничего больше в мире не поменяется, и нынешние учащиеся доучатся и попадут на рынок труда. Для многих из них ещё есть время изменить что-то в лучшую сторону. Эти цифры – самые худшие сценарии развития.

– Во время пандемии школьники и педагоги попробовали цифровые технологии в образовании. Как вы считаете, могут ли они заменить традиционные? Или всё-таки ничего эффективнее, чем обучение в школе, не придумано?

– Системы образования, которые имеются в наших странах, созданы для очного образования. И цифровые технологии – это лишь дополнительный инструмент обучения. Идеальная образовательная система – это очная, лицом к лицу, с определёнными элементами цифрового обучения. Считаю, что дистанционное обучение, принятое в мире, никак не восполнило полностью очное образование. Думаю, многое мы переоценили во время пандемии. Мы увидели прорыв в развитии искусственного интеллекта. Мы увидели эффективные онлайн-программы репетиторских занятий с учащимися. То есть в будущем необходимо будет комбинировать традиционную классную комнату с цифровым обучением.

– Медики предупреждают, что человечество не застраховано от новых пандемий в будущем. Разработаны ли рекомендации по тому, как мы будем в следующий раз учить детей?

– Нам необходимо создать такие системы дистанционного образования, которые были бы устойчивы к пробелам, и мы должны вкладываться в такие системы. Нам необходимо гораздо больше инструментов, которые позволяют обеспечить интерактивное обучение, пусть даже онлайн. То есть чтобы была связь с учителями, репетиторами и с искусственным интеллектом. Даже без пандемий во многих странах случается, что периодически закрываются школы, например, зимой из-за погодных факторов. Поэтому хорошо бы иметь про запас на такие случаи какие-то готовые решения.

Спад в стандартах обучения – это глобальное явление

– Каким образом падение образования сказывается на экономиках разных стран?

– Каждый год обучения приводит к повышению уровня доходов как минимум на 10% для отдельно взятого учащегося. Поэтому наиболее важный фактор экономического роста – это образование и качество образования. Мы знаем, что недостаточно обеспечить посещение детьми школ. Необходимо повышать получаемые там знания. Но спад в стандартах обучения – это глобальное явление. С 2000 года мы не видели каких-либо улучшений в результатах обучения в Европе в целом. Топ-5 европейских стран на самом деле наблюдают у себя падение уровня обучения.

Изменение Индекса человеческого капитала в Казахстане / Данные Всемирного банка

– С чем это может быть связано?

– Движущая сила инноваций уменьшилась. Думаю, что приоритизация в сфере образования в 90-е годы и начале нулевых не выдерживалась. Для многих стран успех образовательной системы приводит к тому, что качество образования, оценки, получаемые учениками, падают.

С другой стороны, есть страны, которые добиваются очень хороших результатов в образовании. Они стремятся, чтобы дети из бедных семей ходили в школы. И это в какой-то момент сказывается на результатах качества образования, но если решаются проблемы этих детей, то в конечном итоге это будет большой прогресс для всей страны.

Также хотел бы обратить внимание специалистов ещё на один момент. Мы не наблюдаем достаточного измерения результатов обучения в разных странах и не видим достаточно действий, предпринимаемых по результатам, когда становится очевидным падение уровня образования.

– Разве измерение обучения – это не оценки учеников?

– Это лишь небольшая часть. Должна быть информация о том, что эффективно для улучшения качества образования. Нужно больше экспериментов, больше инноваций. Затем исходя из этого необходимо масштабировать по стране то, что эффективно работает. Необходимо давать инструменты школам, директорам, учителям, чтобы они решали вопросы потребности в образовании, обучении. Надо давать им больше автономности, чтобы профессионалы могли принимать решения. В то же время необходимо и внедрение системы подотчётности.

Польше удалось от уровня ниже среднего подняться до уровня топ-10 стран 

– Опыт каких стран стоило бы изучать Казахстану, чтобы трансформировать национальную систему образования с учётом развития, ментальности?

– Я бы предложил обратить внимание на страны, которые имеют схожий исторический фон, страны переходного периода экономики. Например, Польша. В конце 90-х годов там объявили план реформирования всей системы образования. Решили давать больше ресурсов для того, чтобы поднять стандарты для учителей, чтобы модернизировать их учебные программы, повысить всеобщий охват образованием населения. Польским школьникам давалось больше времени на получение базового академического образования, немного откладывался момент переориентации образования на профессионально-техническое. Таким образом в течение одного поколения Польше удалось от уровня ниже среднего по ОЭСР подняться до уровня топ-10 стран по чтению.

Расходы на образование в РК / Данные Всемирного банка

Ещё один пример – Эстония. Очень маленькая страна, но у вас с ними есть схожий политический и исторический контекст. Здесь очень много внимания уделяется отдельно взятому классу, учителю, тому, что и как он преподаёт, автономии учебного процесса. Наконец, оказывается поддержка учителям, их развитию с фокусом внимания на том, чтобы все дети учились, улучшали свои знания и реализовали свой потенциал. Из передовых европейских стран Эстония из немногих, которая постоянно стремится улучшать систему образования.

Португалия – ещё одна страна, которая постоянно улучшает своё образование. Во многом их успех стал возможным благодаря акценту на фундаментальные моменты в преподавании, измерении результатов обучения, использовании информации для улучшения результатов и ответственности всех участников.

– Какой размер ВПП должен расходоваться на образование? Есть ли такие рекомендации?

– До пандемии коронавируса в Казахстане расходы на образование росли. Но они росли с уровня значительно более низкого, чем тот, который должен быть у страны с таким уровнем доходов, как у вашей республики.

Индекс человеческого капитала в Казахстане оценивался в 2020 году в 63%

Не думаю, что есть какая-то определённая цифра. Но в любом случае в каждой стране стоит обратить внимание, адекватным ли образом тратятся деньги, выделенные на образование, на самые важные вещи: учителя, повышение их квалификации, информационные системы, оценивание. В среднем по странам ОЭСР примерно 5% ВВП уходит на образование. В то же время есть страны с высокими показателями образования, хотя тратят денег меньше. А есть другие примеры, когда показатели похуже, хотя в образование вкладывают гораздо больше ресурсов. Поэтому я бы постоянно отслеживал, сколько в стране тратится денег, с какой эффективностью и к каким результатам это приводит. И привёл вам цифры только для бенчмаркинга, но никак не в качестве образца для подражания.


Читайте также:


 

Новости партнеров