Шевченко – город-мечта, в одночасье возникший в пустыне, был гордостью советских архитекторов и строителей. По всем географическим параметрам никакого большого поселения тут, на выжженном и голом берегу Каспийского моря, где отродясь не было замечено ни источников пресной воды, ни скоплений народов, ни пересечений бойких торговых путей, – быть было не должно. А оно появилось. Благодаря героическому труду советского народа-созидателя, под руководством сами знаете кого! Зачем?

В Советском Союзе обывателю явление чудо-города объясняли просто: он построен для нефтяников, нацеленных на масштабное изъятие "чёрного золота" из недр полуострова сокровищ. Обыватель был удовлетворён. Сомнения рождались у сведущих – слишком уж далеко от города находились ближайшие нефтяные поля, рядом с которыми к тому же существовали свои поселения нефтяников (к примеру, засветившийся уже в те времена своей напряжённой социалкой Новый Узень).

Но город-мечта рос, радовал горожан снабжением и благоухал невиданными парками из джигиды и белой акации, для полива которой использовалась вода атомного опреснителя, специально построенного для снабжения города пресной водой и электроэнергией. А по улицам ходили довольные, ухоженные и сытые горожане, прибывшие сюда со всех концов Союза. Гордые, словно они знали чего-то такое, что было неведомо другим жителям нашей 1/6 суши.


Шевченко советских времён и его жители

Фото со страницы SKYFALL/yvision.kz
Шевченко советских времён и его жители

И среди них не замечалось особого обилия лиц, которые, согласно канонам жанра, были бы вымазаны долгожданной нефтью, хлынувшей из добурившейся до нужного слоя скважины. Потому что, по большому счёту, к нефти имела какое-то отношение лишь очень небольшая часть "коренных шевченковцев". А бо́льшая часть имела отношение совсем к другому – к большой тайне. Точнее, к производству того самого архиважного ядерного содержания, коим начинялось страшное "оружие сдерживания".

Именно благодаря атомному противостоянию с остальным миром тут – в тиши и глуши, рядом с урановым месторождением и комбинатом для производства начинки для бомб и ракет – и вырос город. Которому, погорячившись, дали имя Шевченко, а потом, почесав затылок, решили, что Кобзарь как-то не очень вяжется с исторической справедливостью, и переименовали в Актау. МАЭК – тот самый атомный энергокомбинат, который для отвода глаз "опреснял воду для нефтяников" (а на самом деле ковал ядерную мощь страны) – живёт и работает ныне. Правда, уже без знаменитого реактора – "первого в мире промышленного ядерного реактора на быстрых нейтронах".


Мангышлакский атомный энергокомбинат

Фото Андрея Михайлова
Мангышлакский атомный энергокомбинат

А вот карьер, который снабжал производство сырьём, превратился из объекта технологического, в объект геологический. Он давно заброшен, высоковольтная линия обрывается, чуть не доходя до руин бывшей обогатительной фабрики, на которой ещё недавно вместо фронтона красовалась ржавая надпись: "Дело Ленина живёт и побежда…"


Руины бывшей обогатительной фабрики

Фото Андрея Михайлова
Руины бывшей обогатительной фабрики

Сам карьер – зрелище апокалиптическое. Колоссальная ямина-рана, земля вокруг которой покрыта зеленоватыми струпьями отвалов на многие километры. Железная дорога, по коей когда-то возили сырьё и рабочие смены из Шевченко, осталась только в виде полуоплывшей насыпи. На руины фабрики (вспомнился обрывок чей-то фразы – "она по ночам испускает свет!") до сих пор нет-нет да наезжает какая-нибудь бригада промышленных стервятников. Век их длился четверть века с развала Союза и уже почти закончился – всё, что можно было унести, уже унесли, остались лишь проблемные объекты, такие, как подобные заводы по обогащению урана.


Карьер сегодня выглядит апокалиптично

Фото Андрея Михайлова
Карьер сегодня выглядит апокалиптично

А ещё иногда сюда завозят любопытствующих туристов. А куда их сейчас не завозят?..

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter