Независимо от того, были страны и земли вовлечены в непосредственные боевые действия или нет, планетарная бойня всё равно не обошла их стороной. Многие казахстанцы навсегда остались лежать в перепаханной воронками и окопами земле на Западе, многие не вернулись домой с Востока. Зато с Запада в Республику пригнали сотни тысяч военнопленных немцев (и прочих европейцев, воевавших на стороне Гитлера), а с Востока – тысячи пленённых японцев. Замена неравнозначная, но из истории строчек не выкинешь.

С немцами всё сложнее, но вот стольких японцев, как в конце 1940-х (что-то порядка 60 000), Казахстан на своей территории никогда больше не видывал. Пленные самураи трудились на стройках Алма-Аты. И не только. Большая группа разрабатывала крупнейшее в стране Каратаусское месторождение фосфоритов, эксплуатация которого как раз начиналось. Долбили породу на участке Чулактау. Многие из пленников так и не увидели никогда больше свою Страну восходящего солнца. Их последним пристанищем стало бесприютное кладбище рядом с карьером. Недостойное для последнего упокоения, но логичное для проигравших войну агрессоров.

Моя недавняя попытка отыскать погост успехом не увенчались. Несмотря на участие местных старожилов, японского кладбища мы так и не нашли. Что и неудивительно – в 1997-м в Каратау приехала специальная делегация из Японии, перекопала все могилы и забрала останки всех своих на Родину. На месте кладбища тогда была оставлена мемориальная табличка – но и она не сохранилась. Лишь хаотично разбросанные столбы рудничных электролиний слабо напоминают гипертрофированные кресты и обелиски заброшенного погоста.



Правда, рядом всё же находится своеобразный памятник пребывания военнопленных – колоссальный карьер, которые они "разрабатывали кирками". Так, по крайней мере, упорно утверждает народная молва. Хотя даже неспециалисту понятно, что без взрывчатки тут было не обойтись (даже и японцам). Глубоченная рукотворная пропасть в горах обрывается вниз на 100-150 метров и тянется на 5 километров! Это и есть тот самый рудник Чулактау, который первым начал выдавать фосфоритовую руду Каратаусского бассейна.

Работы тут давно не ведутся, и из технологического объекта Чулактау всё больше превращается в объект геологический. Но от того впечатляет не менее. Стоя на краю совершенно безжизненной и пышущей жаром ямины, оживлённой лишь орлами, величаво гоняющимися за своими тенями где-то под ногами, само собой – думаешь о Вечном. О том, к примеру, что технологическая мощь человечества в чём-то уже вполне сопоставима с космическими силами, которые определяют облик Земли. И о том, что если бы к этому ещё толику космического разума – цены б нам не было! И не искали бы сегодня люди своих убитых (другими людьми?) родственников, оставшихся неупокоенными в воронках и окопах давно закончившихся войн…

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter