12 августа в Актау собрались президенты пяти прикаспийских государств: Казахстана – Нурсултан Назарбаев, Азербайджана – Ильхам Алиев, Ирана – Хасан Рухани, России – Владимир Путин и Туркменистана – Гурбангулы Бердымухамедов. Вместе лидеры стран обсудили сотрудничество в экономике, экологии и безопасности. Однако главным и самым ожидаемым событием стало подписание Конвенции о правовом статусе Каспийского моря, к которому страны-партнёры шли два десятка лет.

Почему формирование общей позиции по водоёму заняло такое время и зачем Каспию особый правовой статус? Informburo.kz разобрался в этих вопросах.

Место встречи – Актау

Подписали конвенцию на пятом Каспийском саммите, который некоторые СМИ уже нарекли историческим. Этой встрече предшествовали четыре аналогичных мероприятия: в 2002 году – в Ашхабаде, в 2007-м – в Тегеране, в 2010-м – в Баку и в 2014-м – в Астрахани.

В декабре 2017 года в Москве прошло совещание министров иностранных дел прикаспийских государств, где они согласовали проект конвенции. Его и подписали главы государств в Актау. Помимо самого правого статуса моря, лидеры стран обсудили вопросы экономики и транспорта, экологии и защиты биоресурсов, безопасность, а также международную тематику.


Участники Каспийского саммита в Актау

Участники Каспийского саммита в Актау / Фото Алмаза Толеке

В завершение саммита президенты "Каспийской пятёрки" поставили подписи под итоговым документом – конвенцией. Коммюнике опубликовано на сайте Акорды. Кроме того, главы профильных ведомств пяти стран также подписали соглашения о сотрудничестве в борьбе с терроризмом и организованной преступностью, о торгово-экономическом сотрудничестве, сотрудничестве в области транспорта, о предотвращении инцидентов на Каспийском море и сотрудничестве пограничных ведомств. Следующий, шестой, Каспийский саммит пройдёт в Туркменистане.

Море и озеро

По конвенции каждая из стран получит 15-мильную зону территориального моря, внешняя граница которого станет государственной границей. Далее от этой линии отсчитывают ещё 10 морских миль – это рыболовная зона каждой страны. Воды вне этих 25 миль будут общим пространством. Таким образом, водоём разделили не по традиционной международной практике – и не как море, и не как озеро. Дно и недра при этом будут делить по договорённости сопредельных и противолежащих государств.

В чём же заключается проблема с определением статуса Каспия? Всё дело в его физических параметрах. Каспийское море – самый большой в мире бессточный водоём, побережье которого делят сразу пять стран: Азербайджан, Иран, Казахстан, Россия и Туркменистан. Хотя технически Каспий и является озером, из-за больших размеров за ним закрепилось название моря.

Прикаспийский регион давно имеет стратегическое значение для прилегающих стран. Всё дело в его ресурсах и транспортном потенциале.

"Это транспортный путь, правда, сейчас, когда судоходства по рекам мало, ценность его меньше, но это существенная экономия. Потом это рыба, нефть, газ и сера на шельфе. Всё это очень важно для прикаспийских государств – как минимум для регионов, которые прилегают к морю", – отмечает политолог Марат Шибутов.

По словам эксперта, для Казахстана Каспий приобретает особенно важное значение из-за добычи нефти на Кашагане. Это один из крупнейших проектов за историю независимости и ключевая инвестиционная среда. "Там 136 млрд долларов, которые нам надо вернуть и ещё навариться", – подчёркивает Шибутов.


Месторождение Кашаган

Месторождение Кашаган / Фото пресс-службы Министерства энергетики РК

Имеют свои интересы на Каспие и остальные страны: добычу ресурсов тут ведут все без исключения игроки региона. Из-за вопроса недр, собственно, и активизировались споры о том, как поделить море между прилегающими государствами.

До 1991 года выход к Каспийскому морю имели только две страны: Советский Союз и Иран. Тогда правовой статус водоёма был основан на двусторонних договорах от 1921 и 1940 годов по принципу "общей воды". Море было закрыто для третьих стран, а по воде граница фактически проходила по линии выхода к воде сухопутных границ – по прямой линии от южных границ современных Азербайджана и Туркменистана. У Ирана оставалась узкая полоса на юге Каспия.

После распада СССР возникла новая правовая реальность, и море теперь нужно было делить заново между Азербайджаном, Ираном, Казахстаном, Россией и Туркменистаном. В начале 1990-х, после обретения советскими республиками независимости, на их территории начали вырисовываться крупные международные проекты по добыче энергоресурсов, что и подогрело интерес к разделению Каспия.

Позиции по новому статусу водоёма в целом сводились к двум точкам зрения: признавать его морем или считать озером. Издавна Каспий носит наименование "море", но фактически является крупнейшим в мире озером – в нём содержится около 40% всех внутренних вод Земли.

Решить, чем же является Каспий, должны были все пять прилегающих стран единогласно. Признать его морем могли даже с учётом того, что оно не соответствует главному критерию – у него нет естественного соединения с мировым океаном.


Каспийское море

Каспийское море / Фото с сайта iikss.com

От того, чем бы признали водоём, зависел способ его деления. Если это море, то у каждой страны должна быть суверенная зона в 12 морских миль от берега и ещё 200 миль исключительной экономической зоны. Так как вся ширина Каспийского моря меньше 200 миль, то на стыке зон нужно было провести срединную линию, которая разделила бы акваторию поровну между странами.

Если же Каспий признать озером, то его нужно делить между всеми странами строго по срединным линиям. То есть посередине акватории Каспия должны быть проведены линии, которые разделят воды между государствами с учётом их береговых линий.

По этой причине нужно было выработать так называемый особый статус водоёма. Эксперт Института мировой экономики и политики Антон Бугаенко отмечает, что, учитывая размеры Каспия, его можно было бы считать международными водами.

"Однако это приводит к тому, что любое государство мира может требовать своего присутствия в море. Такое положение вещей неприемлемо для всех прикаспийских государств. С другой стороны, если считать Каспийское море внутренним водоёмом, возникают вопросы раздела его вод и ресурсов. Это привело к необходимости выработки особого статуса Каспия, сочетающего в себе разные подходы к его определению как моря или озера", – сказал Бугаенко в разговоре с журналистом Informburo.kz.

Разные позиции на одном море

Неопределённость с границами ранее приводила к спорам между прикаспийскими странами по тому, кто может разрабатывать те или месторождения. Так было с нефтеносным месторождением "Сердар" – "Кятар". Первое название ему дали в Туркменистане, второе – в Азербайджане. Находится оно как раз на срединной линии между водами двух стран, из-за чего вопрос его освоения зашёл в тупик.

В 1997 году Азербайджан подписал соглашение с российскими "Лукойлом" и "Роснефтью" на разведочный блок "Кяпаз". Своё право на него в Баку объясняли тем, что в советское время эта часть моря находилась в зоне хозяйствования Азербайджана. Однако президенту Туркменистана Сапармурату Ниязову удалось убедить тогдашнего российского коллегу Бориса Ельцина в необходимости отказаться от контракта.

Годом позже туркменская сторона решила развить свой успех и объявила о передаче "Кяпаза" – "Сердара" американской Mobil. Но здесь вступил в игру Баку, который пригрозил Mobil проблемами с её бизнесом в Азербайджане. Американцы были вынуждены отказаться от контракта.


Читайте также:
Как Актау готовится к саммиту глав прикаспийских стран. Репортаж

Тем не менее, отмечает заместитель директора Казахстанского института стратегических исследований Санат Кушкумбаев, крупных конфликтов на Каспии не было.

"Крупных конфликтов не было. Были споры, недопонимания, разные позиции. Отсутствие общей конвенции тоже создавало почву для такого недопонимания. Когда будут общие принципы делимитации, то стороны будут договариваться уже в правовом поле на уровне диалога", – считает эксперт.

При этом позиции прикаспийских стран по делению моря сильно отличались друг от друга. Например, Казахстан настаивал, что к Каспию нужно применить часть положений Конвенции ООН по морскому праву. Для этого нужно установить на Каспии территориальное море – территории каждой из стран, рыболовную зону и общее водное пространство. Внешняя граница территориального моря стала бы государственной границей.

Россия выступала с компромиссной позицией о разделении дна Каспия между сопредельными и противолежащими странами по модифицированной срединной линии. Предлагалось делить на национальные сектора только дно, а спорные месторождения надо было делить по принципу 50:50: одна из претендующих сторон компенсирует другой, первой начавшей освоение месторождения, половину затрат на разведку и освоение, получая таким образом право принять участие в дальнейших работах.

Иран же предлагал разделить море на пять равных частей – каждой стране по 20%. При этом, к слову, на Иран приходится 14% береговой линии Каспия, в то время как на Казахстан – 29%, Туркменистан – 21%, Азербайджан – 20% и Россию – 16%. Однако позже иранская сторона от этой позиции отказалась.

При этом на двустороннем и трёхстороннем уровнях дно уже было разграничено. Например, в 2003 году Азербайджан, Казахстан и Россия подписали соглашение о точке стыка линий разграничения сопредельных участков дна моря, а в 2014 году Казахстан и Туркменистан подписали своё соглашение о разграничении дна.

Одно решение для всех

Обсуждение принципов деления длилось порядка 20 лет, и в 2018 году оно завершилось, когда в Актау лидеры прикаспийских стран подписали Конвенцию о статусе Каспийского моря.

Теперь у каждого государства будет 15-мильная зона территориального моря, внешняя граница которого станет государственной границей. Далее от этой линии отсчитывают ещё 10 миль – это рыболовная зона каждой страны. Воды вне этих 25 миль будут общим пространством.

Эксперт ИМЭП Антон Бугаенко отмечает, что по такому делению большая часть биоресурсов моря останется в общем пользовании. Однако формулировки о разделении недр Каспия выглядят более расплывчатыми.

"В тексте конвенции указано, что недра Каспия должны быть разделены на сектора между странами, что является принципиальным решением вопроса о статусе месторождений. При этом заявляется, что статус месторождений будет решаться согласно общепризнанным принципам и нормам права. Это открывает широкое пространство для интерпретации при переговорах между отдельными прикаспийскими странами в будущем", – говорит Антон Бугаенко.


Фото с сайта neftegaz.ru

По конвенции государства смогут разрешать и проводить в своих водах и рыболовной зоне научные исследования по биологическим ресурсам и разведке и разработке ресурсов дна. Можно будет и прокладывать подводные кабели и трубопроводы по дну моря при их соответствии экологическим требованиям и стандартам. Определять трассы для прокладки подводных коммуникаций будут по согласованию со страной, через сектор которой пройдёт кабель или трубопровод.

"Самое главное, что это взаимовыгодный компромисс и все стороны выиграют, учтены интересы всех сторон. Где-то кто-то отказался от первоначальной позиции, кто-то пошёл навстречу. Изначально у Ирана в 1990-х годах была другая позиция – поделить Каспий на пять равных частей. Естественно, это зависит от береговой линии и прочих вопросов. Реализовать такое на практике очень сложно", – говорит замдиректора КИСИ Санат Кушкумбаев.

Политолог Марат Шибутов отмечает, что споры по делению Каспия утихают из-за того, что запасы недр на море оказались скромнее, чем считалось ранее.

"Иран и другие страны согласились поделить дно моря по секторам, потому что нефти не так много нашли. Нефти нет, и спорить так долго не из-за чего. Поэтому все на всё и согласились", – подчеркнул эксперт в разговоре с журналистом Informburo.kz.

На повестке транзит и нефть

Эксперт ИМЭП Антон Бугаенко считает, что подписание конвенции стало возможным именно сейчас, потому что прикаспийские страны подошли к точке, когда дальнейшее промедление имело бы губительные последствия.

"Из-за отсутствия юридически оформленного статуса моря не проводится регулярный мониторинг экологической ситуации в Каспийском море. Отсутствие норм приводит к неконтролируемому загрязнению вод моря. Подписание конвенции не снимает всех вопросов относительно Каспийского моря. Так, формулировки в части распределении недр Каспия являются весьма расплывчатыми. Это позволило отложить решение самых острых вопросов, разделить спорные моменты, по которым может и должен быть достигнут компромисс", – считает эксперт.

По мнению представителя ИМЭП, определение статуса моря нужно для свободного развития транзитных перевозок, рыболовства, решения экологических проблем и борьбы с наркотрафиком. Казахстан сможет в полной мере использовать модернизированные порты Актау и Курык для связи с Азербайджаном и Ираном.


Зерновой терминал порта Актау

Зерновой терминал порта Актау / Фото с сайта portaktau.kz

"Появятся возможности и для решения территориальных споров, оставшихся со времён Советского Союза, когда административные границы между советскими республиками были проведены нечетко. В 1990-е годы это привело к территориальным спорам между многими прикаспийскими странами, например, между Азербайджаном и Туркменистаном вокруг шельфового месторождения "Сердар" – "Кяпаз", – добавляет Антон Бугаенко.

Заключение конвенции урегулирует вопросы в сфере безопасности и закрепит статус моря как зоны, свободной от внешних военных сил.

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter