Театр соучастия, или Зачем ходить на спектакли, которые нарушают личные границы

Фото Алмаза Толеке
Фото Алмаза Толеке

Артисты из немецкого театра She She Pop научили алматинских студентов правильно нарушать личные границы зрителей.

Представьте себе спектакль, который начинается с того, что в полной темноте и актёры, и зрители вслух читают с экрана текст. Текст управляет ими: делит на группы или объединяет, заставляет менять громкость голоса или испытывать определённые эмоции, задаваться вопросами или притворяться кем-то другим. Артисты рассказывают воспоминания, которые только кажутся неважными, но на самом деле они личные. А зрители в этот момент отпускают ехидные комментарии, задают вопросы или перетягивают внимание на себя.

Именно таким был показ лаборатории "Практика участия". Проходил он в рамках актёрско-режиссёрского курса театра ARTиШОК. Спустя четыре месяца работы к студентам приехал с мастер-классом авангард партисипативного театра: драматург Наташа Боренко и лидеры европейского театрального движения – немецкий театр She She Pop. Этот коллектив 25 лет занимается горизонтальным театром и театром соучастия. Его представители – Лиза Лукассен и Себастьян Барк научили ребят профессиональным приёмам и вместе с ними подготовили перформанс.

Informburo.kz поговорил с немецкими артистами и выяснил, зачем театр нарушает личные границы и почему людям, которые боятся современных спектаклей из-за излишней интерактивности, возможно, стоит быть смелее.

"Ты никогда не знаешь, что будет происходить"

Партисипативный театр, или по-простому театр соучастия, – это спектакль, в котором и актёры, и зрители фактически на равных. Действие не может произойти без участия в нём зрителя. У театра соучастия есть два типа:

  • Первый – уличный. Когда прохожие не знают, что это театр, что они стали соучастниками и принимают участие в каком-то представлении. Действие формируется в процессе.
  • Второй (к нему относят себя She She Pop) – со зрителями и сценой. Зритель вовлекается в спектакль с помощью вопросов или каких-то задач. Этот театр работает с идеей "мы здесь вместе, и вместе несём ответственность за то, что сейчас происходит".

"Мы больше любим такой театр, когда двери закрываются и никто не может покинуть помещение. Это может быть немного страшно, потому что никто не знает, что дальше будет. Но, знаете, мы сами тоже немного боимся", – смеётся Себастьян Барк.


Себастьян Барк, Лиза Лукассен и Наташа Боренка на мастер-классе

Себастьян Барк, Лиза Лукассен и Наташа Боренка на мастер-классе / Фото Алмаза Толеке


Большинство казахстанцев не ходят в современные театры из-за уверенности, что на сцене будет происходить что-то слишком концептуальное, а их самих непременно заставят что-то делать. По мнению Себастьяна Барка, главная причина этого страха в том, что человек боится потерять контроль и столкнуться с непривычным опытом.

"Когда ты идёшь в классический театр, ты практически всегда знаешь, что будет происходить. Ты будешь сидеть, смотреть на красивых эмоциональных людей и следить за ходом истории, которую ты, наверняка, уже знаешь. Но когда ты приходишь в современный театр, приходится отпустить привычку контролировать процесс, потому что ты никогда до конца не знаешь, что будет происходить. Но этим волнением можно наслаждаться", – уверен немецкий актёр.

Для актёров такая неизвестность – тоже стресс. Но он компенсируется возможностью быть удивлённым. Для зрителя же риски минимальны. Как правило, артисты хорошо подготовлены. Приглашение к действию должно быть аккуратным, вежливым и обоснованным. У зрителя всегда есть возможность сказать артисту "нет".

"Мы всегда стараемся войти в контакт с теми людьми, которых хотим привлечь, – поясняет Себастьян Барк. – Мы никогда не подойдём к человеку, который пытается спрятаться или дистанцироваться. Чаще происходит обратная игра: подай нам знак, если ты хочешь участвовать, ведь мы хотим с тобой взаимодействовать".

"После этого никто не чувствует себя лучше"

Кроме адреналина от непривычной ситуации, партисипативный театр дарит возможность взглянуть на привычные вещи под другим углом. Иной взгляд может быть и на пьесу, и на тему, которую поднимает спектакль, и на привычные окружающие вещи и понятия. Это расширяет границы и перспективы. Когда человек находится внутри действия и разделяет его с артистами, изменения происходят гораздо быстрее, чем если бы он оставался в стороне и просто наблюдал.

Главное преимущество такого театра в том, что он отличается от кино. Сложно игнорировать тот факт, что с тобой в комнате находится сотня человек и тебе так или иначе приходится делиться с ними своим переживанием и взаимодействовать.


Главное преимущество такого театра в том, что он отличается от кино

Главное преимущество такого театра в том, что он отличается от кино / Фото Алмаза Толеке


В качестве примера немецкие артисты привели одну из первых своих работ – спектакль "Почему ты не танцуешь?". Действие происходит на большом танцполе, где любой человек может подойти к другому и пригласить его потанцевать. Спектакль был о проблемах, с которыми мы сталкиваемся прежде, чем познакомиться с новым человеком. О том, что каждый человек надеется, что где-то есть другой человек, который может стать ему другом.

Идея была не в том, чтобы актёр и зритель потанцевали и стали друзьями. She She Pop хотел исследовать поведение и тех, и других в попытке открыться, рассказать о себе, страхах и барьерах, которые мешают людям общаться. Ведь театр – это то пространство, где может возникнуть утопичная ситуация, в которой мы можем сделать что-то, на что в обычной жизни никогда бы не решились.


Фрагмент перформанса

Фрагмент перформанса / Фото Алмаза Толеке


Это было заметно и на том перформансе, которое поставили студенты ARTиШОКа под руководством актёров из She She Pop. Зрители в зале сначала настороженно отнеслись к идее выполнять команды, которые диктовал им текст на экране. Но с каждой новой строчкой голоса становились увереннее, и вот уже кто-то вступает в диалог с девушкой на сцене. Они обмениваются всего парой реплик. Но чувствуется внутреннее довольство от того, что человек пришёл посмотреть на артистов, а в итоге стал пусть маленькой, но частью спектакля.