Они помогают людям ответить на главные вопросы о жизни и смерти. Но о том, как они сами достигли духовного состояния, позволяющего взять на себя ответственность за веру и путь к просветлению других, говорится редко. Казахстанские священнослужители откровенно рассказали Informburo.kz о себе.


Читайте также:
Недовольный алматинец закидал две церкви булыжниками

Церковь – это богочеловеческий организм

Виктор Дрожников, православный священник, Успенский кафедральный собор


Виктор Дорожников

Виктор Дрожников / Фото предоставлено героем материала


Мой осознанный путь духовных поисков и осознания своей веры начался в студенческие годы, когда я учился в Казахстанском филиале МГУ, побывал в Москве, несколько семестров будучи там на обучении. В моей жизни произошла, условно говоря, "встреча" на нескольких уровнях. Во-первых, с самим собой: я стал осознавать, что у меня есть недостатки, усугубляла причем все это ещё и тоска по родине, по близким, которые остались дома. Чувство неудовлетворённости от жизни, поиск смысла, копание в себе, свойственное молодым людям. Во-вторых, встреча происходила также с близкими и не очень близкими людьми из моего окружения. Я по-другому начал на них смотреть, осознавал при тесном контакте какие-то плюсы и минусы их характеров, поведения.

Далеко не всё радовало, конечно. Познакомился в общежитии с искренне верующими людьми, по большей части это были протестанты. Но когда появились и православные знакомые, взгляды которых я с удовольствием разделял, то я утвердился в убеждении, что эта вера не мертва, что эта религия актуальна для современного человека. Христианство реально дало мне силы по-другому оценить свою жизнь.

И как итог на духовном уровне произошла встреча с Богом. Через молитвы и чтение священных книг. Конечно, я даже не представлял себе, что стану священником. Мне просто хотелось быть ближе к церкви. Вернувшись домой в Астану, я искал возможности: как бы мне служить Богу, как узнать больше. Конечно, сейчас у меня уже нет розовых очков, я понимаю, что не всё так красиво, как казалось. Церковь – это богочеловеческий организм. И тут, конечно, есть человеческий фактор. Но есть у каждого некие таланты, которые как семечко при рождении в человека закладываются и прорастают. Также произошло с моей верой, которая проклюнулась, проросла и дала плоды, – я по-другому стал смотреть на свой образ жизни, манеру поведения.

Первое время я работал в пресс-службе при церкви, помогал в организации молодёжных встреч с общением на духовные темы. Потом я уже точно понял, что это моё, не зря я пять лет учился на филолога, русский язык, классическая литература помогли мне осознать те высокие смыслы, которые в христианстве определённо есть.

Что даёт религия современному человеку?

По сути, религия – это восстановление потерянного пути, потерянного общения с Богом. К сожалению, современному человеку, особенно молодёжи, часто это неинтересно. Отчего? Ведь молодой человек, наоборот, должен быть ищущим, неравнодушным. К сожалению, ценности в обществе меняются, СМИ, реклама, бренды, тенденции сбивают часто неокрепшие умы. В современном мире существует проблема инфантилизма, которая мешает человеку более осознанно относиться к своей жизни. Желание процветать, здравствовать и получать от жизни один только кайф мешает человеку задуматься о каких-то духовных смыслах.

По сути, у нас развивается общество потребления, которое стремится удовлетворить свои амбиции, прихоти-похоти. На самом деле, очень небольшой процент искренне верующих людей. Даже если взять официальную статистику в России или Казахстане. В России, конечно, православные, в Казахстане, наверное, это по большей части мусульмане. И среди них, конечно, очень мало искренне верующих. Потому что это тоже некоторый талант, который требует развития. Должна быть некая духовная дисциплина. А современный человек ценит зону комфорта. А выход из зоны комфорта актуален и в духовной сфере.


 Кафедральный Успенский собор

Кафедральный Успенский собор / Фото с сайта comiter-478.livejournal.com

Каждый человек рано или поздно должен осознать, по какому пути он идёт, почему он живёт или не живёт именно в этой вере и что она для него значит. Для молодёжи очень важно видеть положительный пример веры. К сожалению, СМИ часто создают негативный антураж вокруг христианства, есть свои стереотипы и по поводу мусульман. Негативные образы мешают человеку уважительно относиться к верующим людям. Молодой человек привлекается к религии, когда он видит, что положительное в его жизнь может внести религия.

Мы ищем, чему бы поклониться

Современный человек сталкивается с разными проблемами, которые заставляют его задуматься о вере: это лицемерие, использование друг друга, нехватка любви и каких-то высоких смыслов. Жить ради чего? Чтобы есть, веселиться, путешествовать? Всё-таки этого мало. Когда человек пробует эти радости жизни, насыщается ими, он всё равно остаётся опустошённым, он не знает, куда приложить свои силы. Конечно, служить обществу, науке – это благо. Но это не замена высокому служению. И это редкость.

Многие все же выбирают калейдоскоп развлечений и удовольствий. Ведь каждый человек по своей природе служитель. Мы ищем, чему бы поклониться. Те ценности, которые для нас важнее всего. Конечно, в этой иерархии на первом месте должен быть Бог, который наполняет смыслом всё. По крайней мере, так произошло со мной, и всё постепенно встало на свои места, и личная жизнь, и хобби некоторые в жизни, применение своих талантов, умений. Всё встало на свои места.

Люблю литературу и смотрю кино

Мою любовь к литературе и даже к кинематографу, любовь смотреть и осмысливать фильмы я использую в своём служении, в молодёжном служении, в церковном служении. Общаясь с людьми, я привожу примеры, ссылаясь на классическую и современную литературу, те или иные произведения кинематографа. Это помогает понять и донести некоторые идеи. Если говорить о кино, то мне, например, очень нравится сериал "Молодой папа" с Джудом Лоу. Этот сериал определённо может быть привлекателен для современного человека, он поднимает серьезные проблемы. Там есть над чем подумать.

Самое важное то, каким опытом обладаем мы, носителем какого опыта мы являемся. Положительный пример вдохновляет. Поэтому в христианстве, в православии так популярно почитание святых. Потому что святые совершили духовный подвиг, их опыт жив.

Есть те, кто злоупотребляет властью

Конечно, я сам не святой. Но потенциально каждый христианин должен стремиться к святости, должен посвящать свою жизнь Богу, ведь понимание слова "святой" в широком, библейском смысле относится ко всем христианам, посвятившим свою жизнь Богу. Чтобы по делам нашим было видно, что мы особенные, мы верующие, наполненные не суетой. И это не тщеславие, не желание создать красивый антураж вокруг христианства. Христианство в первые века преследовалось, подвергалось гонениям. Невыгодно быть христианином и в современном мире. Но, к сожалению, что мне не нравится в нашем обществе, оно пытается использовать разные механизмы, и религию в том числе, для управления людьми. В большей или меньшей степени это получается.

Ведь духовный талант в виде осознанной, крепкой веры есть далеко не у многих. Поэтому нужны церковные служители, искренне верующие, которые направляют людей, являются наставниками. Конечно, есть люди, которые не на своём месте, которые злоупотребляют своей властью. Но ведь и у Христа один из учеников был предателем. И, к сожалению, примерно такая же статистика – каждый двенадцатый может стать таким же отступником, предателем, корыстным человеком, преследующим свои выгоды. По-моему, этот процент даже выше и выше с каждым годом, веком. Ведь, как сказано в Писании, к концу времён охладеет любовь. Но потому узнают люди, что христиане ученики Божьи, что они будут иметь любовь между собой. Искренняя любовь, искреннее служение, желание быть полезным – это то, что мотивирует меня к изучению своей веры, к желанию поделиться тем, что я имею, мне этого мало, и, конечно, я хочу большего.

Меня недавно спросили, счастливый ли я человек, так я потом весь день и полночи не был спокоен, размышлял над этим. И сегодня готов утверждать, что я счастлив, потому как в моей жизни есть место для веры, надежды и любви... Конечно, бывают сомнения – это тоже нормально, это как индикатор роста. Не может быть стабильности в нашем заражённом грехом обществе. Жизнь каждого – как график синуса, то вверх, то вниз – волнами, и больших усилий стоит удержаться на волне. Как в библейском эпизоде про Петра и Христа, ходившего по воде... Не всегда я успешен, не всегда доволен собой. Но в целом осознаю, что я счастлив. А счастливы ли вы?

Я хотел быть, как мой учитель

Ермек Кокирекбаев, имам в мечети Карагайлы Наурызбайского района


Ермек Коиркекбаев

Ермек Кокирекбаев / Фото предоставлено героем материала


Я жил рядом с мечетью, и, когда начиналось время намаза, я это слушал. Потому имамы стали звать меня, учили, как правильно жить, говорили, что нельзя пить и курить. Учили читать намаз, я хотел быть, как мой учитель имам, хотел быть таким же, как он. Я начал обучение в медресе, потом поступил в университет, учился в магистратуре. В конце концов я пришёл к этому пути. Намаз я начал читать с 12 лет.

В рамках ДУМК мы наставляем людей. Если становится много людей, которые пьют алкоголь, мы проводим лекции о вреде спиртного. Если становится много преступлений, разбоев, мы рассказываем о том, что красть плохо. Также мы контролируем, чтобы люди не впали в суфизм, ваххабизм, чтобы не пошли по пути "Хизбут тахрира". Во время пятничной проповеди, так как накапливается много народу, мы доносим до родителей, чтобы они присматривали за своими детьми: с кем они дружат, куда ходят, чем интересуются в интернете. Одним словом, все эти моменты ДУМК старается отслеживать и контролировать. Если человек уходит в то или иное нетрадиционное течение, его приводят к нам, мы начинаем работать, давать психологическую поддержку, разъяснять.

Если человек увлекается азартными играми, мы объясняем, что это греховный поступок, стараемся отговорить от этого. Если человек становится алкоголиком, создаёт проблему своим родным, мы стараемся привлечь его в религию, чтобы он избегал греха, чтобы стремился снискать милость Всевышнего. Объясняем, что он теряет свой человеческий облик, авторитет, растрачивает деньги, объясняем, что это ни к чему хорошему не приведёт.

Я за то, чтобы девушки носили хиджабы

Есть мужчины, которые, несмотря на то что у них есть законные жёны, начинают гулять, прелюбодействовать с женщинами лёгкого поведения. Мы объясняем, что надо бояться Всевышнего, что они будут гореть в аду. Они пропускают это через себя, анализируют, во многом мы помогаем сохранить семьи.

Мне не нравится то, что люди не стремятся обучаться, что они не стремятся к хорошему. Всегда были и будут тёмные и светлые стороны человека, две стороны медали. Если бы люди сплочённо работали над духовным усовершенствованием, было бы хорошо.


Мечеть "Байкен" в Алматы

Мечеть "Байкен" в Алматы / Фото с сайта Stepline.kz

Я стопроцентно за то, чтобы девушки ходили в хиджабах, я же всё-таки имам. Хиджаб – это не та одежда, которая пришла к нам откуда ни возьмись. Вспомните бабушку Абая Зере, которая всегда ходила в платке. Наши девушки носили саукеле, кимешеки, платки. Девушки в закрытой одежде намного лучше смотрятся, чем те, которые разгуливают в мини-юбках, на мой взгляд. Из-за этих девиц, которые разгуливают полуголыми, сейчас очень много детей, которые рождаются вне брака, попадают в детдома, браки из-за них распадаются. Моральное падение из-за того, что они ходят раздетыми, мужчина не знает, куда глаза деть, они смущают мысли мужчины, что ему остаётся как не насильничать после этого? Сколько мужчин попадают в тюрьмы? Это всё и-за того, что у девушек нет нормального, казахского воспитания. У казахов своя мораль: мы не можем стать как турки или арабы, но мы можем оставаться казахами. Абай и Шакарим писали о том, что мы должны сохранять самосознание, не забывать свой язык, не выбирать неверные дороги.

Все мы совершали ошибки

В свободное от работы время я занимаюсь плаванием, хожу в тренажёрный зал, люблю пробежки по парку, рядом с домом.

Инновации тоже важны, сегодня мы пользуемся интернетом, телефонами и другими техническими достижениями. Но когда человек молится, он должен быть наедине с Всевышним. Поэтому, когда он обращается к Богу, все мысли должны быть направлены к нему. А если у него в это время будет звонить телефон, его мысли собьются, он не сможет сосредоточиться. Поэтому в мечетях просят отключать сотовые телефоны.

Все мы совершали ошибки. Я никогда не пил водку, не совершал никаких проступков, у меня с детства было воспитание в духе почитания Всевышнего и поддержания нравственности. Когда я был молод, я однажды попал в ДТП. И я до сих пор очень жалею, что превысил скорость.

Каждый мусульманин должен развивать себя, читать правильные книги, использовать интернет с умом. Тот, кто занимается бизнесом, тоже должен задумываться о том, чтобы вести его праведно. Если каждый человек будет вести себя нравственно и правильно, тогда будет и покой, и порядок.

Верить надо и в храме, и в офисе

Архиепископ - митрополит Томаш Пэта, Архиепархия Святой Марии в Астане


Томаш Пэта с Папой Иоанном Павлом

Томаш Пэта с Папой Иоанном Павлом



Мне 66 лет, священником являюсь уже 41 год. После средней школы я ещё семь лет учился. Если отвечать на вопрос о том, как я пришёл к Богу, то прежде всего стоит сказать о передаче традиции, о преемственности. Я родился в Польше. Тогда был социалистический строй, но 97-98 % населения были католиками, и большинство из них крестили своих детей, мы получали веру в Бога с молоком матери. Конечно, то, что человек получает от свои близких, – это очень важно, но когда человек взрослеет, у него появляются вопросы. Он либо принимает веру как свою, либо отходит от неё.

Надо понимать, что священники и монахи – это маленькая часть всего мирового сообщества. Но верующих людей очень много, даже в странах, где это преследовалось. Очень много верующих людей в Казахстане.

Учёные, анализируя историю человечества, первобытных племён, не нашли ни одного племени, в котором не было бы религии. Раскопки в Казахстане, в Лисаковске показывают, что древние люди на территории Казахстана не только работали, но и думали о жизни вечной. Нет общества без веры и ожидания вечной жизни. Религия – это не институт, это природа человека. Человек так сотворён Богом, что в его душе появляются вопросы, он не будет человеком, если не будет спрашивать себя "Зачем я живу?".

Вера, если она настоящая, охватывает все проблемы человека, не нужно быть верующим в храме или мечети, а где-то в офисе переставать быть верующим. Вера охватывает всё, работу, супружество. Если человек верит, его жизнь полностью меняется, это свет его жизни.

Служение и хобби – одно и то же

Это всемирная тенденция критиковать всё, кроме себя. Я предлагаю искать добро. Если есть зло, то человек должен сопротивляться. Конечно, недостатки есть повсюду. В законодательстве Казахстана есть пункты, допускающие аборт. Можно прервать жизнь невинного человека, это наследие СССР. Это не вопрос веры, это защита другого человека, все люди доброй воли должны начать думать и общими силами сохранить жизнь каждого: с момента зачатия до естественной смерти. Убрать жизнь нерождённого или совершить эвтаназию –это страшно.

Для священника его служение и хобби – это одно и то же. Для меня нет другой радости. Конечно, я куда-то езжу, смотрю разные места. В Туркестан хочу съездить, но это всё дополнительно, служение людям и Богу – это то, что занимает всю мою жизнь, и это правильно. Священник остаётся священником даже на пляже.

Мы общаемся и по скайпу, и по телефону, это же достижения современной техники. Но надо разумно пользоваться этими достижениями, потому что нож тоже может резать хлеб и мясо, но он же может быть и орудием убийства. Также средства массовой информации должны служить добру, в интернете есть не только добро, но и зло. Если человек будет всё время в интернете, он не будет молиться, не будет служить Богу. Всё разумно должно быть, это как еда, нужно употреблять её в меру. Мы должны жить: интернет и смартфон не заменят семью, работу, отношения с людьми. Мы за интернет и технику, но в меру, чтобы не терялась связь с Богом и людьми.


Томаш Пэта

Томаш Пэта / Фото YouTube

Католическая религиозная община – самая крупная в мире, миллиард триста миллионов людей. Понятно, что у более миллиарда людей будут разные взгляды на веру. Но сам Иисус, основатель церкви, сказал "доколе не прейдёт небо и земля, ни одна йота или ни одна черта не прейдёт из закона, пока не исполнится всё". Мнения могут быть разными. Мартин Лютер же был католическим священником, а потом оторвал часть христиан от католической церкви.

Венчаться можно только раз

Венчаться по-прежнему можно только раз, брак в католической церкви является неразрушимым до смерти, ничего не изменилось. Есть какое-то волнение в мире, смятение, но ничего не поменялось, потому что это невозможно. А шум большой, я согласен. Можно рассуждать о консервативном и либеральном католицизме, конечно. Но я думаю, что католицизм должен оставаться таким, каким его создал Иисус. Одна газета написала, что кто-то там благословил двух мужчин, которые хотели вступить в брак. Это невозможно в католическом храме.

Я получил веру от своих близких, конечно, по дороге были вопросы и сомнения, но Бог меня вёл, и я не только остался верующим человеком, но и выбрал путь священника. Я являюсь католическим епископом. А по дороге, конечно, были и ошибки, мы только люди, у нас есть слабости, мы делаем то, о чём жалеем. В католической церкви есть исповедь, даже Папа Римский ходит на исповедь. Моя покойная мама говорила, что тот, кто умеет молиться, будет хорошо жить. Я смотрю на мою жизнь: в те моменты, где были ошибки и неправильные поступки, грехи, там не хватало молитвы. Наверное, в этом причина. Поэтому обращение к молитве в жизни верующего человека должно быть постоянным. Потому что мы сами не являемся родником добра, Бог является этим родником.

"Да, мы евреи, мы верим в единого Бога"

Эльханан Коген, главный раввин Алматы


Эльханан Коге

Эльханан Коге / Фото Informburo.kz


В Алматы покоится очень известный человек – раввин Леви-Ицхак Шнеерсон, отец Любавичского Ребе. На протяжении тридцати лет он был главным раввином Днепропетровска, а в 1939 году был сослан в посёлок Шиели Кызылординской области только за то, что он был раввином. Это были тяжелые времена для верующих людей, потому что государство было против религии. Он был одним из тех, кто воевал за истину, не боялся показать свою веру. Он смело говорил: "Да, мы евреи, мы верим в единого Бога". Советское государство боялось таких людей, поэтому пять лет он провёл в отдалённом казахстанском местечке. Тайком к нему смогла приехать жена, она была с ним до самой его кончины в Алма-Ате в 1944 году – после окончания пятилетней ссылки они около полугода ещё прожили здесь. Позже она написала очень трогательные воспоминания об этом периоде, эти записи нашли несколько лет назад.


Фото Informburo.kz

Раввин может быть и сварщиком

Когда я впервые приехал в Алматы, в частном доме по адресу улица Ташкентская, 1, располагалась небольшая синагога. Жизнь общины чуть теплилась, люди собирались раз в неделю на пару часов, мало кто знал, что и как положено делать. Но они держались, делали что могли. Даже смогли организовать мацепекарню, они ели кошерную мацу, как это делаем мы сейчас, и делали наши предки на протяжении трёх тысячелетий.

Первым сюда приехал мой старший брат, раввин Ешая Коген, главный раввин Казахстана. Он начал восстанавливать общинную жизнь. Вскоре попросили у акимата участок для строительства синагоги, нам очень повезло, что один из предложенных участков находился неподалёку от Центрального городского кладбища, на котором похоронен раввин Леви-Ицхак. В 1997 году на этом участке была построена синагога, сегодня это Центральная синагога Казахстана.

Я родился в Израиле, а живу в Казахстане как раз с 1997-го. Бывал здесь и раньше, помогал брату, но на постоянное жительство приехал перед открытием синагоги, когда уже обзавёлся семьей. Мои обязанности – это поддержание и развитие общины. Стараюсь, чтобы все нужды общины были удовлетворены так, как это происходит в других странах мира. Приходится помогать и заботиться и об общинах в других казахстанских городах, потому что алматинская – самая развитая, здесь наибольшее количество евреев, все общаются друг с другом, помогают. Например, кошерное мясо в другие города мы отправляем из Алматы. Когда проходят свадьбы или, не дай бог, похороны, мы стараемся направить туда знающих наши обычаи людей. Конечно, там, где численность общины меньше, там сложнее. Порой нет самых элементарных вещей. У нас 613 заповедей и разные обычаи, связанные с ними. Конечно, когда человек родился не в соблюдающей семье, в зрелом возрасте ему сложнее все это понять и привыкнуть, но, когда у человека есть желание, все возможно. Известна, например, история про рабби Акиву, который познакомился с первой в своей жизни буквой только в сорок лет. Он изучал Тору в течение двадцати четырех лет, и после этого у него было 24 тысячи учеников.

То есть стать уважаемым раввином можно, даже если не шёл этим путем с детства. Хотя традиционно еврейское образование начинается в три года и не заканчивается всю жизнь, потому что человек не может охватить своим пониманием всю мудрость Торы. Вообще раввинское образование не гарантирует, что человек будет раввином. Раввин – это человек, который хорошо разбирается в законах Торы и может найти в ней необходимый ответ, когда к нему придёт еврей с каким-нибудь житейским или духовным вопросом. Поэтому раввин может быть и, скажем, сварщиком или бизнесменом. Он только должен соблюдать законы Всевышнего, например, шесть дней работать, чтобы зарабатывать себе на жизнь, а на седьмой день обязан отдыхать, потому что это святой день, посвященный Богу.

Раввин обязан приносить людям мир

Я родился в религиозной семье, мой дедушка был раввином, мой отец был раввином. Быть раввином – это почётная, но нелегкая обязанность. Раввин обязан приносить людям мир, он понимает многое из того, чего другие, возможно, ещё не понимают, и он должен помочь им подняться на более высокий уровень. Каждый день надо стремиться стать лучше, чем вчера. Человек никогда не может сказать, что он уже достиг совершенства, каждый день надо идти дальше и дальше.
Мой отец – известный раввин в Израиле. Слава Богу, я родился в семье, в которой видел, как мой отец принимает людей в любое время суток. Даже когда мы шли спать, у него ещё были на приёме люди, с которыми он обсуждал важные вопросы. Наше с братом воспитание было такое, что всегда надо думать о других. Мы научились тому, что нужно искать людей, которым нужна наша помощь. Потому что не всегда они ищут нас сами, а иногда могут просто не знать, что это возможно.


В алматинской синагоге

В алматинской синагоге / Фото Informburo.kz

Главное – не нарушить правила Торы

В любой организации, в любом институте есть ограничения. Когда нам запрещают притрагиваться к электричеству, к розетке, это спасение нашей жизни. Поэтому если Бог запретил еврею есть некошерное мясо, а он его ест, он просто вредит себе, он как бы стреляет себе в ноги. Запретов на самом деле очень много, для их изучения существуют книги.

В субботу мы не должны включать никакие бытовые приборы, потому что нельзя создавать огонь. Все эти предметы, если мы их включаем, создают огонь. Мы не пользуемся по субботам телефонами, видеокамерами. Есть вариант, что можно кое-что включить: например холодильник. Но там есть нюансы, если при открывании двери включается лампочка, я должен сделать так, чтобы она не включилась. Её можно заклеить. Главное, не нарушить правила Торы.

Сегодня человека топят идеи

В нашем современном мире есть очень большие испытания. Сегодня очень много информации, люди постоянно находятся в своих телефонах. Возможно, это может привести к чему-то хорошему, но, к сожалению, люди изучают и очень много плохого через это. Люди видят по телевизору воровство, прелюбодеяние, убийство и привыкают к мысли, что в этом мире нет хозяина. Люди сегодня не стесняются сняться и показать себя в том виде, в котором никогда в прежние поколения никто бы не решился себя показывать. А сейчас люди смотрят и показывают друг друга и скидывают в соцсети. Это гробит нашу жизнь, мы забыли, что есть закон, который выше нас, божественный закон. Это семь правил, семь заповедей Ноя. Мы должны знать и придерживаться их. Это касается каждого человека, мы все – потомки Ноя. Соблюдение заповедей помогает человеку не попасть под угрозу этого мира. Мы называем это "потоп". Точно так же, как во время Всемирного потопа, сегодня человека топят со всех сторон разными идеями, и ему тяжело выбраться из этого потока и быть честным человеком.

Буддисты не представляют опасности

Татьяна Наливайко представляет группу последователей тибетского буддизма традиции "Карма Кагью, Алмазный путь".


Татьяна Наливайко

Татьяна Наливайко / Фото предоставлено героем материала


В группе последователей тибетского буддизма традиции "Карма Кагью, Алмазный путь" я с 2006 года. В масштабах страны нас, буддистов, довольно небольшой процент. Поэтому мы не особо интересны нашим религиоведам. Даже когда мы пытались зарегистрироваться как религиозная организация, нам так и сказали, что мы неинтересны, угрозы мы никакой не представляем, численность небольшая, поэтому к нам ни вопросов. ни претензий нет. Что нас, в общем-то, устраивает.

Я всегда была антирелигиозно настроена, буддизм по сути близок к атеизму, потому что он не подразумевает бога-творца и служения ему. Ты понимаешь, что любое живое существо обладает такими же качествами, как ты сам, как твой учитель. Это немножко меняет твоё отношение к миру.Ты уже воспринимаешь какие-то ситуации не как опасные, а как ситуации, с которыми можно и нужно работать. Суть в том, что у любого живого существа природа как у Будды. Поэтому смысл не в служении какому-то создателю, а в раскрытии своего потенциала, его абсолютных качеств. Нет дуалистического разделения на создателя и его раба. Буддизм – это очень длинный путь, но мне кажется, что методы, которые мы практикуем, работают. Во всяком случае, общаться с внешним миром стало значительно легче. Когда-то давно я прочитала буддийскую книгу, которая меня очень сильно впечатлила. Ну и так случилось, что мне часто попадались специальные книги, например, Тибетская книга мёртвых с комментариями Юнга. Наверное, я искала в этом направлении. Я прочитала книгу, и меня впечатлило то, о чём говорит школа тибетского буддизма. И я нашла последователей этой школы в Москве. Там мне также подсказали человека в Алматы. Моя встреча с группой произошла по моей инициативе, никто меня не уговаривал.

Мало просто верить


Татьяна Наливайко

Татьяна Наливайко / Фото предоставлено героем материала

Мир – он такой, какой есть. И проблемы человека часто возникают из-за того, что он реагирует не так, как требует ситуация, а так, как он привык. Буддизм, как известно, поддерживает идею реинкарнации, с какими-то привычками человек уже приходит в этот мир, потом добавляются образование, семья, друзья.Часто, когда мы растём, у нас формируются какие-то привычки реагирования на внешний мир, и это основной наш враг. Я не могу сказать, что уже стопроцентно могу всегда реагировать так, как этого требует ситуация, но в большинстве случаев это удаётся. Начинаешь понимать, что это твои эмоции и можно сидеть и смотреть на них, а можно действовать так, как этого требует ситуация. Стало легче контролировать свои эмоции. Когда ты работаешь со своими негативными эмоциями, они уходят: тот же страх или гнев, жалость к себе – всё, что угодно, тогда ты можешь работать с этим же и у других людей. Буддизм – это религия практики, а не религия веры. То есть мало просто верить в правила дорожного движения, нужно ещё уметь их применять. У вас есть инструктор, который вас учит. В буддизме также есть теория, книги, философия, которую мы изучаем. И есть практики, которые помогают это знание опустить из мозга на уровень реакции.

С кришнаитами не путать

С непониманием наших взглядов в Казахстане нам сталкиваться не приходилось. Во-первых, мы не ходим и не кричим, что мы буддисты. Если вы встретите буддиста на улице, то вы о его взглядах не догадаетесь. Точно так же я езжу на работу в сарафане и в башмаках, с мобильным телефоном и на машине. Конечно, если я буду на улице ко всем приставать и говорить: я буддист, а почему ты не буддист, то, наверное, я справедливо схлопочу по физиономии. Конечно, у меня было некоторое непонимание со стороны папы, который считал, что так как у нас в семье все православные, то и я должна быть православной, а не буддисткой. Но вражды или неприязни друг к другу из-за этого у нас никогда не было.

Вообще в Казахстане очень мало знают о буддизме. Очень примитивный и упрощённый подход: часто путают с кришнаитами, думают, что раз буддист, то должен ходить в этих розовых тряпках. Буддизм – это больше, чем философия, это отчасти и психология, потому что он достаточно глубоко проникает в сознание. Буддистские практики идут за пределы одной жизни, это всё шире: то, что я делаю, повлияет и на мою следующую жизнь. Буддизм – это наука о том, как быть счастливым.

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter