Что останется от острова

Всплеск агрессивных центробежных устремлений наблюдается даже на такой всегда считавшейся благополучной территории, как Британские острова.

"Что касается британцев, то у них когда-то была империя. Теперь же у них есть остров. Остаётся посмотреть, удержат ли они его весь, учитывая мощь шотландского национализма", - заметил по этому поводу основатель "Теневого ЦРУ" - аналитического агентства "Стратфорд" Джордж Фридмен в своей статье: "Вторая мировая война, или Почему американцам не по себе".

Эта тема сейчас очень широко обсуждается во всех мировых СМИ, в том числе и в статье, вышедшей в издании Аль Жазира под названием: "Великобритания - теперь провальное государство: почему сокрушительная победа Шотландской национальной партии означает конец Содружества?"

Автор этой публикации Алистейр Крайтон – глава Особого проекта при Фонде "Блумсбери Катар" –  перед тем как отправиться на Ближний Восток, работал журналистом в своей родной Шотландии, в ряде газет издательства Sunday Times.

"Сторонники Шотландской национальной партии весьма бурно отреагировали на результаты подсчёта голосов после недавних парламентских выборов в Глазго, принёсших этому политическому объединению оглушительный успех, – подчёркивает автор. – И подобная реакция неудивительна! Ведь такого поворота по логике вещей не должно было произойти. Около года назад, когда Соединенное Королевство  оказалось перед лицом развала, поскольку шотландские националисты продвинулись намного ближе, чем ожидалось, к победе на референдуме о независимости, Вестминстерские большие шишки примчались на север, чтобы посулить шотландцам любые блага, если они предпочтут сохранить единство империи".  

Печенька из Вестминстера

Если же учесть, что в Шотландии имеется свой собственный парламент, заседающий в Эдинбурге и самостоятельно решающий большинство экономических, финансовых и социальных проблем, которые заботят электорат, то неудивительно, что усилия лондонских кормчих повлиять на результаты референдума оказались достаточно эффективны.

Однако то, что нация предпочла остаться частью Соединённого Королевства Великобритания, стало, возможно, большим праздником лишь для узкого круга политических функционеров. Но великое множество людей в остальном Соединённом Королевстве, которым не пришлось участвовать в референдуме, стали рассматривать итоги плебисцита как доказательство, что шотландцы просто захотели получить свою печеньку и удовлетворились, съев её.

Так что после провала референдума Шотландская национальная партия (ШНП) по логике должна была стать в Вестминстере израсходованной политической силой, способной лишь, засев в родном медвежьем углу, номинально управлять своим  депутатским охвостьем в Соединённом Королевстве из шотландского парламента в Холируде. Предоставив другим, более энергичным партиям заниматься реальным правлением внизу, на юге.

Причём давний лидер ШНП Алекс Салмонд даже ушёл со своей должности в день объявления результатов референдума: его мечты о независимой нации разбились вдрызг. Судя по всему, до возмужания следующего поколения шотландцев.

Тектонические сдвиги политического ландшафта

Но какие потрясающие изменения принесли последующие восемь месяцев! Сегодня Соединённое Королевство оказалось в окружении совершенно иного политического ландшафта. ШНП удалось завоевать 56 из 59 шотландских мест, став третьей по величине партией в Вестминстере.

Худшие опасения англичан, подогреваемые всё более нетерпимыми и ура-патриотическими заголовками публикаций в британских крайне правых СМИ – что ШНП станет делателем королей в  зависшем парламенте, каббалой в килте от нечистого шотландца, диктующего будущее страны – не слишком уверенно опровергались консерваторами, кое-как обретшими в парламенте незначительное большинство.

И эта, ещё вчера никем не прогнозировавшаяся победа ШНП, продолжает оказывать сейсмическое воздействие на политическую сцену нации. Тогда как лейбористскому меньшинству нет особой необходимости прилагать усилия для официального объединения в парламенте с шотландцами, их даже не формальный, совместный блок с ШНП в стане оппозиции весьма усложнит правление для Дэвида Кэмерона. 

Остальные национальные партии в Шотландии к настоящему времени не столько в беспорядке, сколько полностью развалены. Лидер шотландских лейбористов Джим Мэрфи провёл просто катастрофическую для его соратников выборную кампанию, кульминацией которой стала унизительная потеря в парламенте его собственного места. Либерал-демократы понесли ещё большие потери, лишившихся таких своих прежних представителей в Вестминстере, как бывший секретарь казначейства Данни Александр и бывший лидер либерал-демократов Чарльз Кеннеди. Зато все эти и другие "шотландские" места в парламенте достались ШНП.

Семена гнева и плевелы лжи

Каким же образом  это произошло? Как могла партия, что менее года назад находилась на политических задворках, выступить так хорошо? Ответ заключается в том, что её оппоненты из числа соплеменников в ходе подготовки к референдуму о независимости и проведения плебисцита, сами весьма легкомысленно посеяли семена неизбежного грядущего раскола нации.  

По мере того как дата референдума приближалась, и экспресс-опросы всё настойчивее предсказывали победу сторонников независимости, главные политические партии страны всё шире разворачивали массовую кампанию за сердца и умы шотландцев. В крайне редкой демонстрации единства лидеры лейбористов, либерал-демократов и тори ринулись на север, чтобы излить неизбывную любовь на своих шотландских соседей и пообещать шотландцам всё что угодно, если они останутся в составе Союза. Местные наиболее авторитетные политические партии клюнули на эту грубую наживку и поддержали эмиссаров из Центра. ШНП же до конца стояла на позициях национального сепаратизма.

Говорят, что обещания,  поспешно данные в чрезвычайной ситуации, отменяют, когда наступает спокойствие. На этот раз они были дезавуированы с еще большей поспешностью, чем были даны – и позже шотландцы наказали все эти партии за то, что вполне справедливо расценили как вопиющий и циничный обман.

После этого переход наиболее радикализированного электората в стан ШНП можно считать политическим прагматизмом чистейшей воды. Шотландские избиратели, потянувшиеся за особо политически грамотной и активной частью соплеменников в наиболее подходящее для этого время, просто доказали на этот раз, что у них - наилучшее представительство в Вестминстере, которое можно только иметь: блок, готовый биться за то, чтобы получить обещанное на референдуме или вернуться к вопросу о праве на самоопределение.

Смутные перспективы Туманного Альбиона

Но что предстоит в будущем? Функционеры ШНП, хитрые политоператоры, каковыми они являются, уверяют, что другого референдума они не планируют. Не верьте этому ни секунды: единственная причина и цель существования партии – независимая Шотландия. Никола Стаджен – нынешняя лидерша ШНП, настроила электорат на эту не столь отдалённую цель так умело, как её предшественник не мог даже и мечтать.

Шотландцы, возмущённые тем, как их демонизировали в период проведения плебисцита истеричные государственные СМИ, озлобленные на предательство со стороны ключевых партий и распалённые "эффектом Стаджен" будут стремиться вперёд и всё равно победят на другом референдуме, лет через 5-10.

Тем более что главные политические партии, скомпрометировавшие себя в глазах электората и фактически уже удалённые с арены общественной жизни в Шотландии, не смогут в ответ развернуть контрпропаганду под девизом "Нет сепаратизму!" столь же эффективным образом, как в 2014 году. А английский электорат, разозлённый чрезмерным влиянием шотландцев-парламентариев на его дела, будет рад сказать "до свидания" своим непокорным кузенам.

Так называемый Западно-Лотианский вопрос - весьма сложная проблема для Вестминстерского члена парламента, сидящего в Шотландии, Уэльсе или Северной Ирландии с правом голоса только по вопросам, касающимся лишь Англии, в итоге будет окончательно решён, раз и навсегда, с роспуском Соединённого Королевства.

Так что килт и волынка сегодня позиционируют себя как некий символ смутного будущего туманного Альбиона.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter