Аккредитационные карточки закончились за четверть часа до начала Общественных слушаний (ОС): сообщать на регистрации своё ФИО и сотовый телефон было уже бессмысленно. Символ приобщённости – голубой прямоугольник с номером от 1 до 500 уже получили самые информированные: те, кто прибыл к месту событий к 9 утра, а не к 10, как звали организаторы. Но даже и с этим документом у "зелёных" нет шанса принудить власти Алматы к "нулевому варианту" (никакого строительства). Организаторы не будут сегодня спрашивать, кто за и кто против застройки урочища Кок-Жайляу. Голосование карточками пройдёт лишь по процедурным вопросам.

"Со всей ответственностью заявляю…"

Максат Кикимов, глава Управления туризма и внешних связей, открыл историческим экскурсом Общественные слушания.

"Идее строительства горного курорта на плато Кокжайлау уже более 40 лет. В 1978 году по заказу Комитета по делам спорта было разработан проект строительства спортивной базы и первого роликодрома на плато Кокжайлау. В 1985 году по поручению Алматинского горисполкома проектным институтом "Алматыгипрогор" был подготовлен проект детальной планировки всесезонного рекреационного комплекса на плато Кокжайлау, который предусматривал чёткое разделение функций: Чимбулак – это спорт высших достижений, а курорт Кокжайлау это массовое катание. В 2006 году привлечённые зарубежные эксперты также единодушно определили плато Кокжайлау как наиболее удачное во всех отношениях место для строительства нового горного курорта.

На основании техрекомендаций в 2013-2014 гг. Управлением туризма и внешних связей Алматы был разработаны технико-экономическое обоснование и далее проектно-сметная документация курорта международного класса "Кокжайлау". ТЭО и ПСД прошли через Общественные слушания по разделам ПредОВОС и ОВОС, а также получили положительное заключение государственной экспертизы, и уже было выделен 1 млрд тенге на начало строительно-монтажных работ. Однако в 2015 году указанный проект был временно приостановлен. Мы взяли тайм-аут на 3 года и приняли взвешенное решение. Почему акимат в итоге не поддержал в дальнейшем реализацию проекта 2014 года?"

Отвечая себе на этот вопрос, чиновник перечисляет, что гостиниц хватает и в самом городе – так много новых койко-мест открывать ещё и в урочище нет необходимости. Нынешний проект сокращает значительно и площадь застройки, и количество вырубаемых деревьев. Вместо трёх искусственных озёр-накопителей для оснежения склонов в нынешнем варианте – только одно, на 80 тысяч кубометров. Расположение накопителя в изголовье города, в зоне 9-10 балльной сейсмичности и даже на тектоническом разломе "зелёные" часто ставили в укор авторам проекта.



И здесь уже наконец на сцену в буквальном смысле выступил непосредственно генеральный проектировщик. В отличие от всех предыдущих встреч с общественностью, пресс-завтраков, эксклюзивных интервью для СМИ европейских лоббистов горно-лыжных курортов нынешние Общественные слушания впервые предоставили возможность высказаться по этому вопросу тем, кто непосредственно составлял проект и несёт ответственность за его качество.

И в прошлом, и в нынешнем проекте ключевую роль играла компания "ГеоДата Плюс" ("ГДЛ"). У компании в активе 17 разработанных нормативных документов в области градостроительства и архитектуры. Её руководитель Людмила Кузнецова является также консультантом и экспертом в области ЕНР (единых нормативных расценок), у неё есть лицензия на природоохранное проектирование и нормирование, лицензия на проектные работы І категории, на изыскательскую деятельность. Собственно говоря, именно опыт и наработки ГДЛ в первом проекте и сделали её ключевым игроком в консорциуме c ТОО "Almaty Mountain Resorts" (гендиректор Нуров Н.Ф.), стопроцентной "дочкой" управления туризма и внешних связей. AMR (в прошлом – "Кокжайлау") создали незадолго до старта очередного проекта застройки заповедного урочища.

"В предыдущем проекте у нас было три озера на 250 тысяч (я уже не помню точно) кубов. Тогда было тоже очень много не только сомнений. Мы очень большое внимание уделили этому вопросу. И было сделано моделирование прорыва плотины, моделирование при сейсмике и так далее. Поэтому я со всей ответственностью как проектировщик заявляю, что никакой опасности от искусственного водоёма на 80 тысяч кубов для города нет. И прошу, пожалуйста, голословно это не обсуждать. Если вы верите тем специалистам, которые проектировали, которые строили, которые сопровождают плотину на "Медео", на Большом Алматинском озере, так я вам скажу, что они были консультантами по этому вопросу. И не забывайте, у нас сейчас стадия ТЭО. Если будет стадия ПСД, то там будут сделаны расчёты, моделирование, и все риски вам будут доложены".

Как генеральный проектировщик Людмила Кузнецова подчёркивает, что ей за свой объект не стыдно. Она надеется, что проект будет реализован. Ей хочется, чтобы в дальнейшем на объекте работал достаточно грамотный подрядчик с достаточными квалификационными требованиями со стороны заказчика, которые подрядчик будет выполнять. Ей также хочется, чтобы было квалифицированное управление и проектом и квалифицированная же его эксплуатация.

После выступления разработчиков проекта организаторы предоставляют слово общественности города. Для начала разработчики желают услышать от общественности вопросы: но в зале уже полыхают страсти, их утихомирить пытается с разным успехом то председательствующий, то модератор. Противники и сторонники застройки урочища пытаются перекрикивать друг друга. Наконец на трибуну поднимается Ермек Турсунов, известный казахстанский режиссёр и глава Союза кинематографистов. Вместо вопроса разработчикам он пытается поделиться с залом воспоминаниями о съёмках кинофильма "Шал". Потом всё же берётся задавать вопросы, но не разработчикам ПредОВОС. Назидательно воздев указательный палец к небесам, Турсунов пытается прочитать назидание наиболее эпатажным участникам Общественных слушаний. Председательствующий наконец убеждает его покинуть трибуну. Вопросы задать удаётся не всем, но отважная девушка успевает всё же поинтересоваться, будет ли ценник Кокжайлау всё же ниже, чем на Чимбулаке. Её успокаивают и обещают доступные цены.

Выступления строго регламентированы тремя минутами. По истечении 180 секунд включается предупредительная сирена, которая забивает полностью звук. Потом она замолкает, давая спикеру шанс на две-три финальных фразы и микрофон "умирает".



"Ржавый гвоздь" для ГЛК

Защитник Кокжайлау Ажар Жандосова поблагодарила акимат за то, что слушания провели всё же в центре города, а не в Алгабасе. Однако она заметила, что ОС начались не в 10, как было заявлено, а в 9. К 10 часам посадочные места для 50 защитников Кокжайлау уже были поделены среди совсем других людей. Разработка проекта, напомнила она, велась под строительство горно-лыжного курорта (ГЛК), под это были выделены государственные деньги, но теперь организаторы отказались от ГЛК и делают якобы горный курорт. Эти разночтения Жандосова отметила даже и в презентации разработчиков: казахская версия обещает горно-лыжный курорт, русскоязычная – горный. Ажар напомнила, что заявка Алматы на проведение Олимпийских игр была отклонена как раз из-за того, что в заявку был включён ГЛК "Кокжайлау". В 2014 году проект ГЛК "Кокжайлау" на международной туристической ярмарке в Берлине был отмечен призом "Ржавый гвоздь": его назвали "самым неустойчивым проектом".

"Изначально была подана для людей неправильная информация: говорилось о том, что ГЛК "Кокжайлау" планируется строить ещё с 80-х годов и это лучшее место в Алматинском регионе. Это абсолютная неправда. В 80-е годы учёные из Франции, Испании исследовали весь Алматинский регион. Лучшим место для международного ГЛК был назван Тургень, на втором месте – Каскеленское ущелье. Кокжайлау как ГЛК был наихудшим выбором".

Эту же оценку иностранных экспертов уже и в нынешних реалиях подтвердил журналисту Informburo.kz Владимир Вуколов, директор НИИ туризма, доктор, профессор Университета "Туран". По его словам, в прошлом году в ходе разработки проекта застройки Кокжайлау на вертолётный облёт группы французских гостей было потрачено несколько тысяч долларов. Своими впечатлениями и оценками французы поделились с чиновниками акимата Алматы. Тогда-то он, г-н Вуколов, как член уже Общественного совета спросил о перспективных локациях для ГЛК: европейские эксперты отдали приоритет Каскелену и Тургеню.

Эксперт по водным ресурсам Анара Тлеулесова (она занимала в своё время пост директора бассейновой инспекции) также составила своё заключение. Она считает низким качество подготовки документов по проекту в связи с тем, что там не проведены определённые исследования и нет понимания, чем отличаются гидрогеология и геология. Заключительная часть её оценки звучит так: "Без серьёзного подхода к имеющимся водным объектам на выделенной под курорт территории будут нарушены режимы водных объектов, что приведёт к непредвиденным чрезвычайным ситуациям и истощению водных ресурсов на источниках. Необходимо помнить, что все малые реки являются притоками крупных. Одновременно информирую, что у города Алматы имеются питьевые водозаборы от обоих Алматинок. Любое вмешательство в их притоки с изменением их режима может привести к негативным последствиям для населения города Алматы". Этот документ передала разработчикам ТЭО Елена Ерзакович.

Известный политик Мухтар Тайжан призвал всех слушать друг друга, чтобы прийти к чему-то. "Нужно относиться с уважением к другому мнению, каждый имеет право высказаться. Поэтому когда говорим, давайте оставим эмоции при себе. Нам надо научиться слушать, наши предки хорошо слушали друг друга. Я здесь вижу недоверие".

Тайжан предложил акимату включить в комиссию, работающую над проектом, тех активистов, кто профессионально работает над темой. Общественники должны быть допущены к контролю за проектом. (И такая комиссия действительно существовала – в виде Общественного совета, где трудился упомянутый Владимир Вуколов.) Никакой деревни для богатых, никаких коттеджей там быть не должно, настаивает Тайжан: должен быть построен именно горно-лыжный курорт.

"Я слышу аргументы против такие: если будет построен курорт, нарушатся флора, фауна. Исходя из этой логики, нужно закрыть все ГЛК – не только в Казахстане, в Алматы, но и в Европе, в Кыргызстане, Узбекистане, в Грузии, в Сочи. Это не аргумент", – считает Тайжан.

Особо не вникал. Изучил. Понял, что многие не разбираются

Известный шоумен Мурат Мутурганов похвалил тенденции в городе, ему есть с чем сравнить, он много гастролирует в разных странах. По его словам, в Алматы всё происходит быстро, точечно и взвешенно. "Что касается темы Кокжайлау, я помню презентацию этого самого проекта. Я, кстати, был на слушаниях, когда поднялась вся эта шумиха, и с того самого момента я за проектом только наблюдал со стороны, особо не вникая. Но в начале этого года проект вновь был возобновлён, и поднят вопрос строительства. Появился сайт с описанием, я изучил. Посмотрел. И, к сожалению, понял, что многие, не разбираясь, просто по инерции подхватили тему, не разбираясь в ней изначально. Я в первую очередь за развитие нашего города как места туризма. Я очень люблю свой город, потому что в этом городе я женился, в этом городе у меня родился сын, в этом городе живёт моя семья, и после длительных гастролей я с большим удовольствием возвращаюсь в свой любимый город. Я всегда за развитие нашего города".

Клоун посетовал, что люди у нас забывают о необходимости изучать английский язык, хотя в Послании президента говорится, что он нужен для того, чтобы туристы, приезжающие к нам в страну, могли нас понимать. "Я, конечно же, за строительство "Кокжайлау", но в том виде, в котором он сегодня обсуждается. Я считаю, что приедет больше туристов, город начнёт преображаться, появятся новые рабочие места, где смогут наши с вами дети работать и получать зарплату. Кто-то из вас скажет: зачем строить новый курорт, когда у нас их много? Поверьте мне, я часто бываю на Шымбулаке, и на Шымбулак уже просто невозможно приехать и подышать, потому что он уже переполнен довольно-таки большими нашими туристами".



Пять минут, а не три

Сирену для исследователя темы строительства ГЛК "Кокжайлау" Вадима Борейко сдвинули на две минуты после его персонального обращения к организаторам Общественных слушаний: это было компромиссное решение, ибо журналист просил изначально шестьсот секунд. Но и за пятиминутку журналист успел сообщить, что считает ПредОВОС неполным, неготовым, поскольку акимат Алматы не провёл те исследования, которые должен был провести. В ТЭО есть анализ рисков, но он не опубликован. По трём причинам Борейко считает проводимые слушания нелегитимными и незаконными. Во-первых, не предоставлено ТЭО. Во-вторых, у ПредОВОС и ТЭО нет всех правоустанавливающих документов на землю, которые должны были быть готовы до начала всех работ. В-третьих, ПредОВОС, как и всё ТЭО, не переведена на казахский язык.

Наиболее эмоциональные защитники Кокжайлау, отчаявшись получить доступ к микрофону, курсировали между первыми рядами и президиумом, безуспешно пытаясь перекричать динамики. Получалось не очень, но допущенных к трибуне трёхминутных спикеров им всё же удаётся порой вывести из себя.

Выбравшая себе дресс-кодом агрессивно-красное Евгения Таранова ответных эмоций сдержать не смогла. Она решительно сообщила участникам Общественных слушаний, что ей небезразлична судьба города, она собирается здесь жить, растить своих детей, у неё здесь родители и ей есть что сказать. 10% ВВП Франции, по её оценке, – это только туризм. Забирая ноту повыше, Евгения рассказала про Италию, которая зарабатывает 10 млрд в год. И уже срываясь буквально на крик, она сообщила участникам про 1 миллиард, который итальянцам приносит туризм.

Тут вмешался модератор встречи Ержан Сулейменов: "Прекратите, пожалуйста, орать. Я вас очень прошу. Я ещё раз хочу сказать: если будет такой шум и ор, ни ваши предложения, ни противников, ни сторонников ни в какие протоколы не попадут. Писать, опротестовывать будет очень сложно вам же".

"Вы нарушаете дисциплину, вы оскорбляете тех, кто говорит, и я предлагаю таких людей просто ВЫ-ВО-ДИТЬ", – прогремело из динамиков предложение спикера Тарановой. Выводить, впрочем, никого не стали, а передали слово Айдосу Сарыму, известному общественному деятелю. Женская перепалка продолжилась уже без усилителей и потому быстро сошла на нет.

"На самом деле у меня не было своего мнения. Я считал, что рабочие места нужны, курорты нужны, они во всём мире есть, они приносят деньги. С другой стороны, я как в том варианте: если Евтушенко за колхозы, то я против них. На самом деле давайте иметь культуру, потому что благодаря противникам проект стал лучше. Там нет бешеных коттеджей, там нет застроек. И если защитники и противники объединятся, то проект может стать лучше – и в процессе строительства, и в процессе эксплуатации. Я думаю, очень хорошие мнения прозвучали в части экспертиз тоже. Если акимат на самом деле примет это во внимание и проведёт эти экспертизы, я думаю, от этого общее дело только выиграет. Наш город станет богаче, он станет безопаснее, он станет экологичнее. Давайте на самом деле уважать друг друга", – резюмировал Айдос Сарым.

Телерадиоведущая, сценарист, продюсер и даже журналист Екатерина Краснова приоткрыла аудитории тайну своего рождения: на свет она появилась не в Казахстане, но вот уже десять лет как переехала "в эту страну". Зачем? "Поддерживать, развивать её и сделать всё, чтобы она процветала". Часть аудитории была явно воодушевлена такими планами и вдохновенно аплодировала гостье. Но Екатерина с сожалением отмечает, что проще собрать ребёнка и пойти в торговый центр, перемещаясь из одной коробки в другую коробку. "Мы тут считаем деньги, которые мы будем тратить или не будем тратить на горнолыжном курорте Кокжайлау, но почему-то мы не заботимся об обогащении торговых центров, да? А тем временем, дорогие друзья, я предлагаю наших детей растить в экологически чистых районах, которые помимо того что будут красивыми, могут быть ещё и цивильными".

"Cамое страшное – никто не хочет слушать"

В ходе обсуждения предыдущего проекта застройки урочища Кокжайлау проект проходил также и через обсуждения на Общественном совете. Досье по вопросам безопасности на месте обещанной туристической жемчужины выросло до фолианта толщиной в ладонь, говорит Владимир Вуколов, директор НИИ туризма, доктор, профессор Университета "Туран". Нынешнее обсуждение проекта идёт уже без анализа Общественного совета: теперь его попросту нет. Фамилию профессора дважды вносили в списки (как вопрошающих, так и выступающих), группа поддержки выкрикивала её с места, сам эксперт отстоял длинную очередь "на микрофон". Но в отличие от звёзд "Инстаграма" и прочего "шоубиза" ни спросить, ни выступить профессору не удалось. С Общественных слушаний мастер спорта международного класса по спортивному туризму уходит глубоко расстроенным: потерял полдня.

– Проблема Кокжайлау многолетняя, я уже шесть начальников городского управления по туризму пережил, – рассказал Владимир Вуколов корреспонденту Informburo.kz. – Существовал проект, который все ругали, и сейчас представители говорят: предыдущий проект был плохой, дорогой, а вот этот – хороший. Но тогда хоть был Общественный совет, и в нём была группа экспертов, которая занималась разными сторонами вопроса. Я своим коллегам тогда говорил: вот вы говорите, что деньги украдут. Но это ещё надо доказывать, что украли. Вы говорите, что животные умрут и растения пропадут, – это тоже надо посмотреть. Но есть вопрос, который доказан уже давно: в этом месте, где северный склон Кумбеля двуглавой вершины (а мы его утюжим каждый год учебными походами со студентами), постоянно сходят лавины. Группа скал "Три брата" выходит прямо в большой жёлоб, очень мощно аккумулирует вокруг себя снег. В самом жёлобе, поскольку его загораживают гребни с востока и с запада, снег не выдувается. Мы живём в сейсмоопасном районе: стоит только чуть-чуть тряхнуть – от Трёх братьев сразу сходит ком. Эта лавина начинает идти до такой степени, что выкатывается туда, где тропа проходит, вниз уже идёт.

В феврале 1975 года несколько человек катались на лыжах в пять утра, ещё солнца не было. Лавина сошла в этом лотке, где маршруты, и убила их: она выкатилась конусом до самой тропы, высота конуса была 5 метров. Откопать трупы тогда не удалось, хотя копало много людей. Только когда трупы вытаяли, мы их достали.

Тогда из трагедии 1975 года сделали выводы. Людей наказали. Спохватились: в том месте, где перегиб идёт, насадили сосновый бор: ему 20 лет, его начали сажать как раз когда лавины начали сходить. Если лавина ударит, бор загородит, спасёт людские жизни. А здесь речь идёт о том, чтобы вырубить всё под корень. А зачем его тогда сажали? Ведь не дураки были люди! И самое страшное – никто не хочет слушать. Не хотят слушать – и всё. Сейчас в интернете есть несколько видео, где люди наснимали, как лавина их гоняет в этом месте. Вот два гребня, которые жёлоб загораживают, вот Три брата, вот они по гребню спускаются, лавину грохнули – и она уже по гребню за ними бежать начала. Они еле ускакали от неё. И она выкатывается до самого места, где основные горнолыжные маршруты там (по проекту. – Авт.). Всё это важно – и рабочие места, и деньги. Но когда погибнут люди, – всё это окажется чепухой по сравнению с человеческой жизнью. Сегодня обсуждалась экология, растения, животный мир. А про людей кто-нибудь сказал? Что, у нас горы изменились? Землетрясений не стало? Лавины не идут? Каждый год идут.

Мне говорят, что я "заинтересован". Расскажи мне, в чём я заинтересован? В том, что я болею за то, что погибнут люди? Знаешь, почему я болею? Потому что я вот этими руками выкапывал трупы. И потом разговаривал с родителями. Хотя я не виноват был в их гибели. Они (сторонники строительства – Авт.) этого не понимают: когда ты труп выкапываешь, он у тебя на руках, и ты начинаешь думать: "Как же так? Почему так случилось?"...

Запланированные к завершению на 13 часов Общественные слушания в итоге закончились в 15 часов. Организаторы сами отметили свою терпеливость и готовность выслушать самый широкий спектр мнений. Впрочем, глава общества "Зелёное спасение" Сергей Куратов привёл в пример немецкую деревушку, где Общественные слушания шли в течение четырёх суток.

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter