Советский Союз собирался закрепить за собой ещё один приоритет в освоении околоземного пространства и отправить на орбитальную станцию "Мир" первого космонавта-журналиста.

Спешный отбор и лихорадочная подготовка были мотивированы тем, что "Главкосмос" подписал соглашение с японской телевизионной корпорацией TBS о коммерческом полёте чужого репортёра. Однако это было как-то не по-нашему. Коллеги по цеху не на шутку всполошились. И вскоре в стране первого спутника и первого космонавта появилась Космическая комиссия Союза журналистов СССР.


Космонавты-журналисты

К отбору кандидатов приступили немедленно. Можно было ожидать, что свои заявки подадут все представители пишущей братии из всех братских (тогда ещё) советских республик. Тогда и вправду фигурировала цифра в полторы тысячи. Однако реально набралось всего 130 желающих, от которых после скорой на расправу медкомиссии осталось всего треть. А к тренировкам в центре подготовки были допущены лишь шестеро.

История сохранила нам их имена. Юрий Крикун из Киева, представляющий студию "Укртелефильм", Павел Мухортов из рижской газеты "Советская молодёжь", москвичка Светлана Омельченко из газеты "Воздушный транспорт", Александр Андрюшков и Валерий Бабердин – представители военной "Красной Звезды" и Валерий Шаров – собкор по Дальнему Востоку "Литературки", культовой газеты тогдашней интеллигенции.


Космонавты-журналисты

Я встретил всю эту братию на Байконуре, в августе 1991-го. Ребята (и девушка) серьёзно готовились к схватке за единственное место в кабине космического корабля и были необыкновенно горды по поводу своего избранничества. Любопытно, но простые космонавты, а в то время кроме нескольких обычных кандидатов на Байконуре присутствовали такие космические асы как Волков и Викторенко, были куда более доступными для общения, нежели братья по цеху.

Главной целью байконурского этапа для них было знакомство с космодромом и специфичные тренировки по приземлению, самостоятельной эвакуации из спускаемой капсулы и выживанию в условиях жаркого казахстанского лета. Спускаемая капсула была самая настоящая – она лежала на боку недалеко от "Гагаринского старта" и использовалась для подобных тренажей. Настоящим было и казахстанское лето, превращавшее эту капсулу в кастрюлю для пастеризации.


Космонавты-журналисты

Самым колоритным и широко известным персонажем был Паша Мухортов – зачинатель славного жанра "аномальщины" в советской журналистике и "открыватель" знаменитого "Пермского треугольника" близ деревни Молёбка, где в те мутные времена основательно пошаливали всякие недоношенные братки по разуму. Впрочем, в компании журналистов и космонавтов мало кто интересовался всякой надуманной чушью. И те и другие знали цену подобным откровениям.

Крикун из Киева был абсолютно уверен, что полетит именно он (в качестве самого достойного аргумента возникал "дядя-маршал"), и что ради этого Крикалёв задержится на орбите ещё на полгода. Убеждённые в победе своего кандидата киевляне даже начали снимать фильм о космическом восхождении земляка.


Космонавты-журналисты

Но кто-то предполагал, а кто-то… Шёл август 1991-го. Журналисты-кандидаты только закончили свои байконурские тренировки, а в Москве появился и исчез ГКЧП. А вслед за ним развалился и Советский Союз.


Космонавты-журналисты

Правда, не про какие приоритеты не вспоминали уже тогда, в августе 91-го. Потому что ещё 2 декабря 1990 года, на корабле "Союз ТМ-11" в качестве космонавта-исследователя в составе экипажа восьмой основной экспедиции орбитальной станции "Мир" (совместно с командиром корабля Виктором Афанасьевым и бортинженером Мусой Манаровым) в космос отправился японский журналист Тоёхиро Акияма.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter