Эволюция лошади, животного, которое в деле развития человеческой цивилизации входит в первую пятёрку четвероногих помощников человека, уже не первое столетие волнует умы тех, кто умами пользуется. Множество палеонтологических фактов свидетельствует, что большая часть доисторической биографии конского племени связана с Центральной Азией и, в том числе, казахскими степями.

О гиппарионе, маленькой лошадке, обитавшей на мягких увлажнённых почвах, я уже как-то упоминал ("Кладбищу", на костях которого построен Павлодар, уже 25 миллионов лет"). Гиппарион не был классическим скакуном и не цокал копытами по такырам, об этом свидетельствует отсутствие у него этих самых копыт как таковых. Вместо этого у него была изящная трёхпалая лапка с тремя копытцами, благодаря ей он не проваливался в вязкую грязь лугов, на которых кормился. Судя по всему, гиппарион, как и привычные нам копытные степей и саванн, обитал большими табунами. Во время быстрого бега по сухой степи он использовал лишь центральный "палец" своей лапы. А два боковых играли свою роль тогда, когда лошадка заскакивала в топкие речные поймы, богатые сочными травами.

Однако вместе с гиппарионом-крошкой ростом с пони (гиппарионом элегантным) в Прииртышье (по современной географии) существовал куда более похожий на настоящих лошадей – гиппарион длинноногий. Высокорослый и длинноногий.

"Есть основания полагать, – писали Б.С. Кожамкулова и Н.Н. Костенко в книге "Вымершие животные Казахстана", – что гиппарионы были более длинноухими, чем современные лошади и обладали так называемой зеброидной расцветкой… Эти стадные животные, по исследованиям В. С. Бажанова, совершали сезонные перемещения по пастбищам с севера на юг и обратно."

Постепенно количество видов гиппарионов становилось всё значительней и разнообразней. Однако все они вымерли, и не им суждено было стать предками современных скакунов.

Как любая эволюция, насчитывающая десятки миллионов лет поисков и свершений, тонко реагирующая на все перемены окружающей среды, приспосабливающая к условиям жизни и успешной борьбе за эту свою жизнь, эволюция лошади – дело тёмное и незавершённое. Когда дело касается таких непредсказуемых свидетельств как палеонтологические доказательства, очередная находка может легко перечеркнуть все господствовавшие до того представления.

Хотя история лошади "хорошо прослеживается по ископаемым, которые показывают, как небольшое, размером с собаку, лесное животное пропалеотерий, обладавшее пальцами вместо копыт, за 50 миллионов лет превратилось в крупных копытных обитателей открытых пространств", никто из специалистов не сможет поклясться на Библии, что истина установлена раз и навсегда.



Считается, что предки лошади появились в Америке в те времена, когда Америка была ещё соединена континентальным мостом и сходными условиями со всем остальным миром. Однако это лишь обоснованная и подкреплённая версия в контексте наших нынешних знаний, не более. Как на самом деле шла эволюция – одному Богу известно.

Любопытно, что довольно лошадиный облик имели палеогеновые обитатели наших степей, которых систематики относят… к носорогам. Как известно, оба основных представителя непарнокопытных (третье семейство из десятка существовавших, дожившее до нашего времени, – тапиры) произошли от одного предка. К таковым относится аллоцеропс, останки которого впервые нашли ещё 100 лет назад в Приаралье. Если бы не носорожьи зубы, его вполне можно бы было причислить к примитивным лошадям. Как писал, осматривая ископаемые кости, один из отцов-основателей советской палеонтологии Юрий Александрович Орлов:

"В то же время остальной скелет – лёгкий, стройный, во многом почти лошадиного облика, особенно плечевые и бедренные кости (и некоторые другие). Очевидно, аллоцеропс ещё не так далеко ушёл от общих с лошадьми предков, как более типичные носороги с их массивным, тяжеловесным скелетом."

Ещё один подобный примитивный носорогообразный, известный по находкам в Казахстане, – гиракодонт, скелет которого – "ещё большая смесь черт строения носорога, тапира и лошади", а конечности "почти как у древнейшей лошадки типа эогиппуса". К чему я это? К тому, что в былые времена эволюция и прогресс наблюдались на Земле повсеместно, а не в одной только Америке. Кстати, открытая в Карагандинской области первобытная лошадь анхитерий с мудрёным латинским названием кызылкакхипус (современник тех самых носорогоконей), вызвала дискуссию о самостоятельном эволюционном центре лошадиных в центре Евразии.

Но всё это – преданья старины глубокой. И современный племенной жеребец отличается от своих пращуров так же, как нынешний гаджет от дискового телефона. Хотя нынешняя лошадь и появилась в Америке, она перешла оттуда по Берингову мосту в Старый Свет, где и распространилась повсеместно. И это было благоразумно – в самой Америке те прародительные кони почему-то сгинули безвозвратно. Доколумбова Америка оставалась безлошадной до тех пор, пока там не появились испанские каравеллы с несущими смерть всадниками-конкистадорами.

После исхода из Америки самым благоприятным регионом для обитания однокопытных, стали сухие казахские степи, возникшие несколько миллионов лет назад, после того как к югу вздыбились величайшие горы, перекрывшие тёплое и влажное дыхание Индийского океана. Недаром последние дикие кони планеты – тарпаны и лошади Пржевальского – долее всего сохранялись именно в центральноазиатских степях.

Кстати, о лошади Пржевальского, ближайшем прямом пращуре цивилизованных помощников человека. Известный в СССР специалист по ископаемым лошадям Вера Громова ещё в 1949 году высказывала мысль о том, что дикая лошадь, открытая известным путешественником, может происходить от местного, азиатского корня.

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter