Проект Университета Дж. Вашингтона "Цифровой ислам в Центральной Азии" стартовал около года назад. Сотрудники программы мониторят Интернет на предмет распространения исламских и псевдоисламских идей, изучают влияние цифровых СМИ и соцсетей на рост религиозного радикализма.

- Это актуальная проблема для Центрально-Азиатского региона, особенно с учётом высокого уровня миграции. Подавляющее большинство боевиков "Исламского государства" (ИГ) из стран СНГ – вчерашние трудовые мигранты Таджикистана, Кыргызстана, Узбекистана. Сначала в поисках лучшей жизни они уезжают в Россию, где их ожидает не менее тяжёлое, чем на родине, положение. Без семьи, друзей, привычного окружения они становятся более уязвимы перед радикальными идеями и в итоге уезжают в Сирию, - говорит Ноа Тукер.

По последним данным, которые у нас имеются, в рядах ИГ воюют 35 тысяч человек, в том числе из Центральной Азии – 1500, из стран СНГ – порядка 3000.

Исследователь отмечает, что из стран Центральной Азии наибольшую активность религиозного толка в соцсетях проявляют узбеки, в том числе из Южного Кыргызстана, откуда после трагических событий 2010 года были вынуждены уехать многие молодые люди.

И хотя число соответствующих акканутов пока не критично, ситуация не может не вызывать беспокойства.

- Например, у узбекской группировки "Катибат аль-Имам Бухари", воюющей в сирийской провинции в Алеппо и насчитывающей в своих рядах 700 человек, есть свой профайл в "Фейсбуке". И если год назад у "Катибата" было 200 друзей, то сейчас их уже тысяча, – сообщает эксперт.


Кадр с видео, опубликованного боевиками группировки "Исламское государство".

Стоп-кадр с YouTube
Кадр с видео, опубликованного боевиками группировки "Исламское государство"

Тренд радикализации взглядов, акцентирует Ноа Тукер, не связан с исламом или в целом с религиозной жизнью людей.

- Я бы сказал, что это социальный тренд, который можно проследить по страницам молодых людей в социальных сетях, - отмечает Тукер и приводит в качестве примера историю молодого узбекского парня.

- Он проживал на юге Узбекистана, около Самарканда. В 21 год открыл страницу в "Фейсбуке". Как можно понять по первым постам, изначально парень преследовал два интереса: познакомиться с девушками и найти работу в Америке. Я сам долго жил в Узбекистане, и могу сказать, что это типичная мечта местных молодых людей, которые думают, что в Америке смогут устроить для себя и семьи лучшую, чем на родной земле, жизнь, - рассказывает исследователь.

Однако через 6 месяцев после открытия страницы молодому мечтателю  пришлось ехать на заработки не в США, а в Россию - во Владивосток.

- С этого момента не было никаких постов про девушек, сообщения – только  о жизни на чужбине, о таких же, как он сам, трудовых мигрантах. Постепенно молодой человек начинает проявлять интерес к исламским сайтам, ставит "лайки" на соответствующих ресурсах. И после шести месяцев у него появляется 200 новых друзей в "Фейсбуке", в то время как в первый год его присутствия в сети их было всего 25, - отмечает Тукер.

Вскоре в профайле молодого человека можно было наблюдать активную пропаганду вербовщиков с призывами уехать в Сирию и в рядах "Исламского государства" сражаться с "неверными".

- Насколько можно судить, им это удалось. Последний раз аккаунт молодого человека обновлялся шесть месяцев назад. Как мы видим на этом примере, изначально парень искал возможности для социальной реализации, однако в итоге нашёл новую идентичность – в процессе общения с вербовщиками, которые внушили ему необходимость стать частью "Исламского государства", - говорит Ноа Тукер.

Видеоролики "Исламского государства" с казнью "неверных" американский специалист называет одной из эффективных мер контрпропаганды.

Мы поинтересовались у эксперта, какие методы борьбе с "цифровым" религиозным экстремизмом он считает наиболее эффективными.

- Здесь, наверное, нет чёткого ответа. Самый первый подход – это не онлайн-пропаганда, а создание реальных благоприятных условий, для того чтобы люди не уезжали из своих городов, не покидали махаллы (кварталы в Узбекистане. – Авт.) либо создавать в России и других странах  возможности для организации сообществ мигрантов, джамаатов, чтобы они могли поддерживать друг друга и чтобы поездка в Сирию более не была привлекательным вариантом, - считает Ноа Тукер.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter