На эти две явно приехавшие из Европы пары с детьми внимательно смотрели алматинцы на улицах. Особенно на Клауса и Клаудию Зайлер, рядом с которыми, что-то рассказывая, шёл маленький казахский мальчик, бегло болтающий по-немецки. В прошлом – Алибек, а теперь Элиас был усыновлён семьёй специалиста по IT-технологиям и фармацевта из Германии.

"Почему он с вами, он же казах?" – спрашивали самые непосредственные прохожие.

Элиасу девять лет, когда ему было 17 месяцев его забрала из детского дома в Усть-Каменогорске немецкая семья. Росшего вместе с Элиасом 11-летнего Михаила также усыновили супруги из Германии – Андреас и Керстин Бэр. Тогда Мише было всего два с половиной годика.

Теперь два мальчика, попавшие в новые семьи, приехали в Казахстан, чтобы увидеть свою родину. Они ничего не помнят, для них эта страна как другое измерение.


Элиас с новыми родителями

Элиас с новыми родителями / Фото Informburo.kz

"Мы сознательно решили привезти их сейчас, пока они дети. Дети более восприимчивые, без всяких задних мыслей и критики, – считает новая мама Элиаса Керстин Зайлер. – Когда друзья их спросят, были ли они в Казахстане, они смогут сказать, что да, были, и там круто. Это расширит их горизонт".

Две пары из Германии, приехавшие в Усть-Каменогорск, чтобы пройти нелёгкий путь по усыновлению детей, познакомились на полу в игровой комнате в детдоме. Так как их истории во многом схожи, они нашли общий язык и вместе приехали в Казахстан с уже подросшими детьми.


Михаил (слева) и Элиас (справа)

Михаил (слева) и Элиас (справа) / Фото Informburo.kz

Я буду искать маму

Клаудия и Клаус абсолютно ничего не знают о биологической матери Алибека, которому они дали новое библейское имя – Элиас.

"Мы вообще ничего о ней не знаем, полагаем, что его мама - деревенская казашка, которая сразу отдала его в детдом", – предположила Клаудия Зайлер.

Элиас теперь – европейский мальчик с азиатскими корнями. У него были довольно смутные представления об исторической родине.


Элиас в магазине сувениров

Элиас в магазине сувениров / Фото Informburo.kz

"Я представлял, что в Казахстане не так много больших домов, что тут всё, как в маленьких деревушках. И когда я всё это увидел, то у меня просто дыхание спёрло, у меня просто нет слов", – блестя глазами, бойко рассказывает мальчик.

В Казахстане Элиас быстро почувствовал себя своим.

"Здесь многие выглядят, как я", – отметил мальчик.

На алматинском базаре Элиас сразу заметил домбру. Прежде национальный музыкальный инструмент он видел в каком-то фильме. Домбра вызвала у ребёнка восторг, теперь он не расстаётся с ней.

"Когда я зашёл в этот магазинчик и увидел домбру, то сразу сказал: "Вот это и ничего другого", – рассказывает Элиас. – Теперь я играю на ней".

Прогуливаясь с Мишей и родителями по Коктобе, Элиас интуитивно подмечал всё с национальным колоритом. Увидев летящую в небе птицу, мальчик неожиданно сказал: "Он как свободный, парящий орёл". В магазине сувениров на Коктобе Элиас с интересом разглядывал больше похожие на концертные платья, которые продают иностранцам как традиционно казахские наряды девушек.

Элиас уже решил, что вернётся в Казахстан взрослым. Но не как турист. Мальчик мечтает найти свою первую маму.

"Я с удовольствием учил бы казахский язык. Потому что потом я буду искать свою первую маму и хотел бы говорить с ней на казахском. Я ничего не знаю о моей первой маме, но я всё равно её люблю", – сказал мальчик.

Клаудия – новая мама Элиаса абсолютно не против того, что её приёмный сын интересуется родной культурой и поддерживает его в желании найти женщину, которая его родила.

"Это хорошо, это же его корни и он хочет знать их, – считает Клаудия Зайлер. – Я часто думаю о том, что первую маму Элиаса жалко, он такой хороший ребёнок, а она всё это пропустила. Поэтому, я считаю, что это хорошо, что он хочет её искать. Это будет сложно, потому что мы ничего о ней не знаем, но всё может случиться".

Любовь с первого взгляда

Новые родители Михаила – инженер-электротехник Андреас Бэр и в данный момент неработающий биолог Керстин Бэр. Все вместе смотрятся довольно гармонично. Андреас говорит, что Михаил сразу стал для него и его супруги родным.


Михаил с приёмными родителями

Михаил с приёмными родителями / Фото Informburo.kz

"До процесса усыновления у меня были сомнения, – поделился с нами Андреас Бэр. – Понравится ли ребёнок, привыкну ли. Но когда я его увидел, то сразу понял: да, это тот самый. Это такая любовь с первого взгляда. Миша сразу был как дома, он приехал в Германию, тут же освоил дом, это всё было его, ему сразу стало комфортно. Поначалу мы закрывали некоторые шкафы, потому что поняли, что что-то может быть для ребёнка опасно. Мы поняли, что усыновлять ребёнка – это больше чем то, что мы себе представляли".


Херстин Байр с Михаилом

Керстин Бэр с Михаилом / Фото Informburo.kz

Прежде чем усыновить Мишу, Андреас и Керстин, как и полагается, провели с ним некоторое время в детском доме. Супруги приносили ребёнку его любимую еду, общались с ним. После этого Андреас и Керстин вернулись в Германию, чтобы подумать, готовы ли они к усыновлению. Такова процедура. Когда решение окончательно было принято и пара прилетела за Мишей, он бросился им навстречу и начал обнимать.

"Эмоциональные отношения, привыкание начинаются в детском доме, – говорит Андреас. – И когда вы возвращаетесь, и ребёнок вас узнаёт, – это ключевой момент, это такой мостик. И вы его потом заберёте. У нас процесс привыкания начался в детдоме, и когда мы вернулись, и ребёнок нас узнал, стало понятно: это мой ребёнок. Мы очень рады, что приняли решение усыновить ребёнка. У нас очень хороший сын, я не могу себе представить, чтобы был кто-то другой, это абсолютно мой ребёнок. Это наш сын и точка".

Керстин сейчас не работает, она занимается воспитанием Михаила. Она знает, что начало жизни мальчика было не самым благоприятным. Его родители живы, но они не смогли дать ему необходимое внимание. Керстин говорит, что хочет восполнить для Михаила то, чего он был поначалу лишён. Приёмные родители поддерживают контакт с бабушкой и дедушкой мальчика, а также с его братом. Они навестят родственников мальчика в Усть-Каменогорске.

"Для нас важно, чтобы у Миши было развито самосознание, – сказала Керстин. – Мы хотим, чтобы он знал свои корни и гордился ими. И поэтому мы сказали ему, откуда он. Ведь есть люди, которые не говорят детям, что они усыновлённые. Родители Миши не были в состоянии его воспитывать, и им пришлось отдать его в детдом. И ему пришлось первые два с половиной года жить без человека, который уделял бы внимание только ему, без родительской любви. А это нехорошо для ребёнка, это тормозит его развитие, и мы стараемся сейчас восполнить для Миши ту любовь, которую он не получал первые годы".

Михаил более задумчивый и спокойный чем Элиас. Ребёнок, как и его новая мама, любит природу. В Казахстане его привлекли местные пейзажи, которые он с удовольствием фотографировал.


Фото Informburo.kz

"Собираясь в Казахстан, я думал о том, что будет другой ландшафт, чем в Германии, я думал о природе Казахстана, я знал, что здесь будет степь, – поделился впечатлениями Михаил. – Я очень много фотографировал здесь. Мои ожидания оправдались, здесь действительно очень разнообразная природа. И мне уже даже жаль, что мы скоро уезжаем".

Михаил не увидел особой разницы между людьми в Германии и в Казахстане. Но немного сожалел о языковом барьере.

"Я фотографировал каньоны, цветочки, даже снял несколько роликов, – говорит Михаил. – Люди тут такие же, как у нас, просто немного по-другому выглядят. Мне очень жаль, что я не могу с ними разговаривать. Но в целом мне тут с людьми легко".

Процесс усыновления

Обе семьи с улыбкой говорят, что их беременность длилась дольше чем девять месяцев. Процесс усыновления занял четыре года. Обоим парам было необходимо доказать соответствующим органам и в Германии, и в Казахстане, что они здоровы, в достаточной мере состоятельны материально, чтобы воспитывать детей, и смогут нести за них ответственность.


Фото Informburo.kz

"Было много бюрократических препятствий, которые надо было преодолеть, – вспоминает Клаудия Зайлер. – За очень короткий срок до усыновления стало известно, какой именно ребёнок. Вы едете в детский дом, проводите четыре недели с ребёнком, а потом принимаете решение".

По установленному порядку, до усыновления потенциальные родители проводят четыре недели в детдоме, чтобы пообщаться с ребёнком. Потом им даётся некоторое время на раздумье.


Фото Informburo.kz

"Вы должны правильно пройти этот процесс. Эмоции со временем развиваются, – рассказывает Андреас Бэр. – Вы видите этого ребёнка, и эмоции с каждым днём усиливаются. Вы же каждый день встречаетесь с ребёнком, играете, привыкаете. Он тоже привыкает, и эмоции растут с каждым днём. А после четырёх недель вы должны улететь домой. И это странно".

Клаудия Зайлер вспомнила как одновременно радовалась и волновалась, усыновляя Алибека-Элиаса. Пройдя через много испытаний, прежде чем было принято окончательное решение, она чувствовала, что теперь на ней большая ответственность.

"Это очень сложный комплекс эмоций, конечно: вы радуетесь, когда видите ребёнка, и возможно, вы сразу же его полюбите, – говорит Клаудия Зайлер. – Но на фоне всего пережитого это ещё и очень много волнения: сможете ли вы оправдать это доверие, волнение, радость, – это очень сложное сочетание эмоций".

Почему Казахстан

Обе семьи по-разному объясняют, почему при усыновлении их выбор пал именно на Казахстан. Приёмные родители Михаила предварительно изучили множество литературы.

"Керстин любит Азию, и когда мы получили список стран, откуда можно усыновить ребёнка, мы взяли литературу, очень много читали о культуре, о стране. И выбрали Казахстан. Это было решение и из головы, и из души одновременно", – рассказал Андреас Бэр.

Новый папа Элиаса говорит, что при выборе страны, из которой был усыновлён ребёнок, думал о той среде, в которой родился его приёмный сын.

"Ребёнка желательно брать из приближенной культурной среды, – считает Клаус Зайлер. – Южная Америка, например, это совсем другая культура, нежели в Европе. Африка и Юго-восточная Азия – тоже. Именно Евразия нам ближе, мы всё-таки довольно похожи. Это тоже важно. Внешность ребёнка тоже важна, усыновлять из Африки – это всегда будут вопросы. Ребёнку потом может быть нелегко. Это всё надо учитывать".

Немецкие родители с казахстанскими детьми побывали в алматинских горах, в национальных парках Алтын-Эмель и Чарын, теперь они держат путь в Усть-Каменогорск, где планируют посетить родных Михаила и детский дом, где росли оба мальчика. Правда, пока они не уверены, что их пустят в детский дом. С удивлением семьи узнали, что для того, чтобы получить доступ в детдом, теперь им нужно получить разрешение акимата.

Несмотря на бюрократию, у пар осталось положительное впечатление о казахстанских детских домах. Но они говорят о том, что дети всё же должны жить в семьях.


Фото Informburo.kz

"У нас сложилось впечатление, что детям в детских домах Казахстана достаточно хорошо, мы никого не хотим хаять, – прокомментировала Клаудия Зайлер. – Но по всему миру детям в детдомах всё-таки не может быть так же хорошо, как в семьях. Просто ничто не заменит родительскую любовь".

Из Усть-Каменогорска путешественники отправятся в Астану, чтобы посмотреть столичные достопримечательности перед возвращением в Германию. Немецкие гости говорят, что очень рады, что показали детям их родину.

"У нас в Германии говорят, что детям нужны корни, чтобы у них выросли крылья, – говорит Керстин Бэр. – Поэтому это важно, дети должны знать свои истоки, чтобы потом уверенно лететь, когда они станут взрослыми".

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter