Борьба с малярией носила в Казахстане характер войсковой операции

Вряд ли кто-то из казахстанцев задумывается, что традиционные тропические болезни, такие, как малярия, ежегодно уносят жизней в сотни тысяч раз больше, нежели полумифические "животные" гриппы и другие атипичные заболевания, с которыми доблестно борются фармацевтические компании и ВОЗ с ними. И вряд ли кто-то помнит, что в дореволюционном Казахстане эта самая тропическая малярия была одной из самых распространённых смертельных напастей, летальность от которой в иных районах достигала 12%.

Советы путешественникам, как уберечь себя от страшной заразы, ещё столетие назад выглядели довольно наивно. Это свидетельствовало о бессилии противостоять заражению. Вот характерная выдержка из популярного "Путеводителя по Туркестану" (под редакцией графа Дмитриева-Мамонова), издававшегося в начале прошлого века в Петербурге-Петрограде.

"В особенности лихорадка (малярия) поражает часто пришлое население в местностях, расположенных в речных долинах и где наиболее развита оросительная сеть арыков.

В предупреждение от тягостного заболевания лихорадкою (маляриею) европейскому уроженцу и вообще туристу, в Туркестан, советуется:

1. Носить шерстяное платье прямо на теле…

3. Не сидеть в садах близ прудов и арыков…

4. Избегать большого утомления в работе и ходьбе…

6. Нанимать квартиру в более высокой местности…

7. Не позволять прислуге в жаркое время сильно поливать водою двор и улицу…

8. Окна в жилых помещениях, в особенности в спальне, в весеннее, летнее и осеннее время закрывать густою проволочною сеткою от насекомых, в особенности от комаров, укус которых переносит малярию.

9. Возможно меньше употреблять крепких напитков. Избегать жирной и вообще тяжёлой пищи. Не набрасываться на фрукты, в особенности на абрикосы (урюк)…"

Судя по этим советам, источник заражения хотя и был к тому времени известным – маленький комарик Anopheles (нескольких видов), но его не считали единственным, а потому признавали лишь одним из факторов распространения заразы. Любопытно: притом что механизм заболевания уже был известен, продолжал бытовать средневековый миф про "mala aria" – "плохом воздухе".

То, что причина страшного заболевания, Plasmodium, крохотные паразиты, проникающие в кровь человека с укусом комара, французский врач Шарль Луи Альфонс Лаверан выяснил только в 1880 году. За это ему, кстати, присудили Нобелевскую премию. Хотя саму болезнь к тому времени уже лечили знаменитым хинином, выделенным в начале позапрошлого века из "иезуитской коры" хинного дерева, завезённого в Европу ещё в 1632 году. Однако лишь обнаружив, что смертельное заболевание переносится привычным кровососом – комаром (внешнее отличие малярийного комара от обычного – в его "косой" посадке), тотальная борьба с малярией начала давать плоды. Самым эффективным методом искоренения напасти и стала непримиримая война с переносчиками заразы – малярийными комарами Anopheles.

Переломным годом для Казахстана считается 1934-й, когда Наркомздрав Казахской ССР ассигновал на борьбу с малярией десятки миллионов рублей (деньги в те годы ещё принято было тратить по назначению). В республике была организованна Тропическая станция (её возглавил врач Андреев) с сетью филиалов по всей территории.

Кампания напоминала войсковую операцию. В течение нескольких лет велась "разведка" – подготовительная работа по изучению и оценке основных очагов распространения малярии в республике. Параллельно готовились кадры "бойцов" – специалистов-маляриологов. Всё это в конечном итоге и предопределило успех "боевых действий".

По мнению известного специалиста академика И. Г. Галузо, была построена система массовой борьбы с малярией в Казахстане, которая оправдала себя и которая вошла как научное достижение в общую систему борьбы с малярией в Советском Союзе.

Ряд массированных гидротехнических операций, среди которых такие, как "нефтевание" и опрыскивание "парижской зеленью" водоёмов, авиаопыление химикатами населённых пунктов и поголовная "хинизация" населения в районах массовых заболеваний, дал свои результаты. Уже к концу 1940-х годов одним "народным бедствием" в Казахстане стало меньше. Как с гордостью сообщал в 1946 году член-корреспондент Академии медицинских наук Г. Н. Удинцев, в Казахстане в настоящее время уже не приходится говорить о малярии как о народном бедствии.

Можно расслабиться? Не думаю. Малярия коварна и мобильна до сих пор. Недаром она сопутствовала нашему виду Homo sapiens с самого начала нашего существования. По некоторым данным, именно на неё приходится основное количество летальных потерь человечества от внешних факторов. Ещё и ныне в мире ежегодно умирают от малярии несколько миллионов человек (называется количество от полутора до трёх миллионов). А болеют около полумиллиарда. Это вам не какой-нибудь очередной мифический вирус, порождённый заинтересованными в дотациях медиками и распространённый неразборчиво падкими средствами массовой информации. Здесь – всё по-настоящему.

Понятно, что основа контингента страждущих – жители жарких стран. Жарких и бедных. Известен всплеск заболеваний малярией в постсоветском Таджикистане во время тамошней гражданской войны в конце минувшего века.

Однако не всё так однозначно. От напасти не застрахован никто – даже в благополучных Штатах нет-нет да зафиксируют новый случай, а то и смерть. Важно не расслабляться – хотя целые регионы планеты сегодня считаются избавленными от этой напасти (среди них и Казахстан), малярийные комары вовсе не относятся на нашей планете к исчезающим видам. Они – летают. Как, впрочем, летают и люди – отдыхать в тропические страны, где война с комарами-переносчиками перманентна и всё ещё далека от завершения.