Не думал, что любимая поговорка моего батяни-комбата ещё далёких советских времён: «В армии нет больных, в ней есть живые и мёртвые» так актуальна и по сей день. Правда, популярна она с одной небольшой, но очень существенной, на мой взгляд, оговоркой: «Нет сейчас в армии ни больных, ни 100% здоровых». Даже группы сформированы как-то странно: «здоровые», «практически здоровые», «имеющие хронические заболевания»...

Больше месяца «Мегаполис» бомбил звонками главного военного медика МО РК полковника Азижана Уразалина, приглашая его как военного профессионала к конструктивному разговору по «больной теме» – состояние здоровья военнослужащих казахстанской армии. И журналистам газеты, и её многочисленным читателям очень интересно было знать из первоисточника,что на самом деле происходит в сфере медобслуживания населения военных городков. Что конкретно делается для сохранения здоровья военнослужащих? Каковы цели тотальной медпроверки в вой­сках? Каковы результаты первого осмотра? Не шокировали ли они начальника ГВМУ, а вместе с ним и министра обороны, и начальника Генштаба, и всех главкомов?

Как обеспечены на сегодняшний день ВС РК медпрепаратами, современным оборудованием, лекарствами? Какие, возможно, новые приёмы используются в лечении заболеваний военнослужащих и членов их семей? Как обстоят дела в госпиталях? Каков персонал? Какие задачи стоят перед специалистами? Какая профилактика в войсках проводится и что надо делать солдатам и офицерам в казармах, чтобы не заболеть? Какова, наконец, динамика развития выявленных заболеваний? Что больше всего волнует начальника ГВМУ полковника Азижана Уразалина?!

Промолчал начальник Главного военно-медицинского управления МО РК. Вместо него на вопросы редакции почему-то ответил начальник департамента по работе со СМИ и связи с общественностью Михаил Чирков. Спасибо ему, конечно. Но «откровенные» ответы ГВМУ не просто расстроили – удручили. Отписка получилась. Причём конкретная.

Что касается главного военного медика МО РК полковника Уразалина, то, похоже, его мучает по-настоящему только одно «мощное обстоятельство» – как бы с должности его не сняли. За несанкционированный диалог с журналистом «Мегаполиса» Владимиром Северным и непреднамеренное раскрытие каких-либо иных «секретных данных». Невдомёк полковнику, что об этих тонкостях бедные пациенты жалуются и министрам, и премьеру, и президенту...

– Газету вашу и вас лично уважаю очень, но на все журналистские вопросы у нас в министерстве имеет право отвечать исключительно департамент по работе со СМИ во главе с Михаилом Чирковым, – сказал полковник медицинской службы Азижан Уразалин и убыл сначала в зарубежную командировку, затем в отпуск.

Исполняющий обязанности начальника ГВМУ Анатолий Тютюев тоже посчитал, что присланные в редакцию выдержки из Уставов ВС РК и Кодекса «О здоровье народа и системе здравоохранения» могут на 100 % утолить информационный голод читателей «Мегаполиса».

– Мне нечего сейчас добавить вам к написанному ранее, – сказал господин Тютюев в коротком телефонном разговоре, – ответы на ваши редакционные вопросы подготовлены специалистами, они вполне исчерпывающие. Над текстом работали профессионалы.

– Господин полковник, эти ответы расплывчаты. Никакой конкретики. В них, кроме чиновничьего равнодушия, и почерпнуть-то нечего. Каково в целом состояние здоровья военнослужащих? Кто занимается медобслуживанием военных пенсионеров, ветеранов войны и труда? Что вас волнует лично?

– Повторяю, я не имею права отвечать на подобные вопросы.

– Хорошо, не надо личных суждений. Устраивает ли Главное медуправление, которое сейчас возглавляете вы, работа медкомиссий при отделах и департаментах по делам обороны?

– Без комментариев.

Анатолий Евгеньевич, приближается зима. Какова проведённая работа по подготовке к холодам? Как в гарнизонах ваши подчинённые себя чувствуют? Готовы ли к проведению операций?

– Готовы.

– В прошлом году и текущем в ВС РК были ли выявлены случаи гибели военнослужащих из-за фурункулов, иных заражений или не оказания своевременной медицинской помощи? Каковы вообще небоевые потери в армии?

– Не уполномочен отвечать на эти вопросы.

– По результатам обследования военнослужащие могут быть направлены в санатории для прохождения санаторно-курортного лечения?

– Могут.

– С какими санаториями Министерство обороны имеет договоры, где военнослужащие могут на бесплатной основе пройти санаторно-курортное лечение? Кто там уже успел побывать?

– Наши специалисты направили вам письменный ответ на двух с половиной листах. Там и ищите ответы на свои вопросы. Зачем меня снова переспрашивать?

ОТВЕТ ГВМУ ПОНЯТЕН ОДНОМУ ЕМУ...

Разговор с таким «осторожным» военным управленцем, как полковник Тютюев, получился пустым. Досадно.

Что касается официальных ответов из МО РК, то они таковы:  «За счёт государства в санатории направляются военнослужащие, получившие ранения, контузии, травмы, увечья или заболевания при исполнении обязанностей воинской службы, а также лица, уволенные с воинской службы, имеющие выслугу двадцать пять и более лет при наличии показаний по перечню заболеваний, определённых правительством РК. В 2013 году санаторно-курортное лечение проводилось лицам с заболеваниями желудочно-кишечного тракта в санатории-профилактории «Каратал»; с заболеваниями мочеполовой системы, системы кровообращения, органов дыхания в санаторий «Зелёный бор»; с заболеваниями костно-мышечной системы в реабилитационном центре «Алтын Емель».

Но как функционирует в Капшагае санаторий «Алтын Емель»? Как ГИС центр МО РК во главе с Ермеком Исмагуловым вообще справляется со своими военно-медицинскими обязанностями? Какие решены вопросы в этой области? Какое взаимодействие налажено?! Каковы результаты?!

На эти вполне конкретные вопросы пока нет вообще никакого ответа из МО РК. Так же, как и по другим двадцати редакционным вопросам, касающимся жизнедеятельности военных госпиталей и медслужб.

РУКОВОДСТВУ ГВМУ ЕСТЬ ЧТО СКРЫВАТЬ?!

Лень на эту тему чиновникам вести с корреспондентом разговор или им уже давным-давно всем, как говорится, «по барабану»?! Главное – чтобы у самих начальников со своим драгоценным здоровьем было хорошо? А как же рядовые бойцы?! Труженики-офицеры? Командиры отделений, взводов и рот, днями и ночами пропадающие на полигонах?! Каково им?

Смею напомнить: в военно-лечебных учреждениях Казахстана стационарное лечение получают ежегодно болеее 27 тысяч человек. Об этом упоминал в одном из разговоров с корреспондентом «Мегаполиса» министр обороны Адильбек Джаксыбеков. Как обходятся с пациентами в госпиталях? Как лечат, кормят, одевают, оздоравливают, наконец, эти массы людей в погонах? Куда и на какие цели уходят бюджетные деньги?! Планируется ли внедрение научных исследований военно-медицинской направленности, системы программно-технических средств телемедицины, информационной системы мониторинга за состоянием здоровья военнослужащих и оказания им медицинской помощи?

Если об этом говорил министр обороны Адильбек Джаксыбеков, то почему тогда об этом молчит его ГВМУ? И специалист в области СМИ Михаил Чирков почему скромничает? Сам ведь довольно часто бывает в госпиталях и собственными глазами видит, как и чем они укомплектованы в действительности. Или у начальника департамента по работе со СМИ вход в медицинский храм с какой-то другой, скажем, подветренной стороны?!

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter