Двадцатитысячная купюра до обретения официального статуса пережила трех председателей Национального банка. Все началось с Григория Марченко еще в 2013 году. Банкнота была выпущена именно при нем. Григорий Александрович тогда связал это событие с 20-летием национальной валюты, мол, по тысяче тенге за год. Келимбетов, занявший пост Марченко, объявил, что выпускать купюру в оборот рано. Он связал это с высокими девальвационными ожиданиями граждан. Вслед за этим, как мы уже знаем, действительно последовала девальвация и уход Келимбетова.

И вот при Данияре Акишеве двадцатитысячной купюрой уже можно расплачиваться в магазинах. На новой банкноте при этом стоит подпись Григория Марченко. В Нацбанке это объясняют тем, что купюра была выпущена два года назад. А перевыпуск банкноты обошелся бы государственной казне в миллиарды.

Informburo.kz провёл опрос среди экономистов и политических деятелей РК, спросив у них, насколько обоснованно введение двадцатитысячной купюры спустя два года после ее выпуска и уместна ли, по их мнению, подпись экс-председателя Нацбанка на ней?


Пётр Своик, экономист

Пётр Своик, экономист

Политолог и экономист Пётр Своик видит некий ироничный символизм в том, что на новой купюре осталась старая подпись.

"В 2013 году было 150 за доллар, сейчас – 300, - говорит Пётр Своик. - Так что наша десятитысячная купюра сейчас превратилась в двадцатитысячную. Что касается подписи Марченко: купюры подписывает все-таки председатель Нацбанка. И вряд ли это должен быть бывший председатель. Если даже не брать чисто юридическую основу, тут есть элемент некой насмешки, прежде всего, над населением. Тут множество нехороших аллюзий. В свое время некая длань, пропечатанная на купюрах, вызвала нездоровый интерес к себе. Теперь банкноты с этой дланью изымаются из оборота, что тоже интересно. А тут еще и подпись председателя Нацбанка третьей свежести, потому что после Марченко был, как мы знаем, Келимбетов. В общем, все это похоже на злую насмешку над тем, что происходит.
Я вообще противник всего, что называют колебательным поведением тенге. Я считаю, что можно и нужно поддерживать неизменный курс той валюты, которая обслуживает внутреннюю экономику к той валюте, которая отвечает за внешнеэкономические операции Казахстана!".


Ораз Джандосов, финансист

Ораз Джандосов, финансист

Финансист Ораз Жандосов считает, что выпуск новой купюры вполне обоснован.

"Эта купюра сейчас фактически равна 65 долларам. Нужна стодолларовая купюра, ну, значит, и 65 пригодится с точки зрения крупных купюр. Если бы была купюра, эквивалентная 6500 долларам, или 650 долларам, тогда еще можно было бы об этом говорить. То есть, двадцатитысячная – не такая уж крупная. Это нормальная экономическая необходимость. На печать этих купюр уже истратили много миллиардов, так что пусть уже они будут. Размеры купюр не влияют на инфляцию и обменный курс".


Олжас Худайбергенов, финансист

Олжас Худайбергенов,

финансист


Глава центра макроэкономических исследований Олжас Худайбергенов, напротив, уверен, что большой экономической потребности в выпуске этой двадцатитысячной купюры не было.

"На инфляционные процессы и рост курса доллара это никак не влияет. Это следствие таких процессов, а не причина. А ссылки на то, что в стране высший номинал купюры должен быть равен половине средней заработной плате по Казахстану, здесь неприменим. Официально средняя зарплата по РК - 120 тысяч тенге. Тогда давайте выпустим купюру номиналом 60 тысяч тенге! Или у нас средняя зарплата 40 тысяч?", - сказал Худайбергенов.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter