«Жертвой» первого, учебного, взрыва членов организации «Жамаат Ансару-д-дин» стало обычное старое ведро: посудину разорвало на куски. Вторая мишень – негодный холодильник: взрыв был такой силы, что агрегат взлетел на несколько метров. Самым громким оказался взрыв № 3 – тот самый, который прогремел в фойе здания ДКНБ по Актюбинской области в исполнении шахида-смертника Рахымжана Макатова, известного в религиозных кругах под именем Абдурахман. В декабре 2011 года члены этой группы и те, кто содействовал её деятельности – всего 12 человек, были осуждены, в том числе дагестанец Марат Палтоев, который до того, как попасть за решётку, планировал… защищать честь Казахстана на чемпионате мира по боевому самбо.

«МОРПЕХ» ПРОТИВ РАДИКАЛА

Фигура Марата Палтоева сразу бросается в глаза. Хотя бы потому, что он гражданин России. Будучи легионером и представляя Актюбинскую область, в 2010 году стал чемпионом Казахстана по боевому самбо. Планировал взять вид на жительство и участвовать в ЧМ-2011 уже под бирюзовым флагом. А во-вторых, служил он морским пехотинцем в ВМФ Российской Федерации. Более того – участвовал в боевых действиях на Северном Кавказе в составе правительственных войск. В октябре 2001 года Марат Палтоев награжден медалью «За воинскую доблесть» II степени.

Словом, человек, который в России воевал с бандформированиями и рисковал собственной жизнью, через десяток лет, по версии казахстанских органов следствия и правосудия, вдруг занялся пособничеством терроризму и экстремизму. С чего вдруг? Можно предположить, что все этапы «большого пути» являются отличным прикрытием, и «скрытый террорист» Палтоев использовал биографию героя лишь для того, чтобы его не заподозрили в переправке то ли 14, то ли 16 тысяч долларов США – в деле фигурируют разные суммы – из западного региона Казахстана в Дагестан для джихада.

Один штрих. Зачастую религиозные радикалы жён выбирают с такими же взглядами или же, сея в их головах идеи джихада, в будущем склоняют их к такому же фанатизму. Некоторые верные жёны после такой обработки становятся шахидками. И тут нестыковка: жена у Марата Палтоева, надо полагать, чтит веру мужа. Только она – русская по национальности. И ведёт вполне себе светский образ жизни, то есть лица своего за мусульманскими одеждами не прячет.

ЧУТЬ-ЧУТЬ КОНФИДЕНЦИАЛЬНО

О том, кто есть эти 12 «террористов» и чем они занимались, писали многие СМИ. Оглашение приговора было открытым, в отличие от процесса, который прошёл за закрытыми дверьми. Но, как известно, на его оглашении никаких вопросов следствию уже не задают, а вопросов в ходе процесса возникало немало.

Из материалов дела ясно, что обвинение Палтоеву построено на двух моментах: во-первых, на оперативных данных российских спецслужб о гражданине РФ Марате Палтоеве, во-вторых, на показаниях некоего Жанболата Сарсенбаева – одного из осуждённых вместе с Маратом. Вот и всё. Но – обо всём по порядку…

Начнём с оперативных данных ФСБ. 17 июля 2011 года казахстанские чекисты направили в компетентные органы Российской Федерации ходатайство об оказании правовой помощи за № 9/2860. Комитетчики попросили российских коллег прояснить информацию по длинному списку вопросов касаемо фигурантов дела. По Палтоеву, в частности, запросили информацию о его недвижимости и его супруге. О том, имеет ли он проблемы с законом на территории России, кто его родственники, и чем занимался Палтоев, будучи в Махачкале? В общем, задают все те вопросы, которые и должны интересовать следствие. При этом, как подчёркивается в поручении жирным шрифтом, «Следственный департамент КНБ РК гарантирует, что информация, полученная в рамках исполнения настоящего поручения, будет носить конфиденциальный характер, составит тайну следствия и будет предназначена исключительно для служебного пользования в рамках расследуемого уголовного дела». Кто именно вытащил сей документ из «тайн следствия», сказать сложно. Однако текст этот уже давно тайной не является. На него, к примеру, ссылается сам Марат Палтоев, когда пишет жалобу на имя прокурора Республики Дагестан Андрея Назарова. Впрочем, сам запрос не так интересен, как ответ на него.

КТО МОЯ ВТОРАЯ ЖЕНА?

15 сентября, то есть примерно через 2 месяца, российские спецслужбы ответили: «По имеющимся оперативным данным, Палтоев М.М. придерживается экстремистских взглядов в исламе, активно занимается распространением религиозного экстремизма, выступает в поддержку членов бандподполий». Столь «выгодного» для стороны обвинения ответа не ждали, наверное, и сами казахстанские чекисты, не то что подследственный. Но и это ещё не всё. Сотрудники ФСБ прилагают внушительный список близких родственников Палтоева. Первая в списке – супруга Татьяна Михайловна Фёдорова, а под вторым пунктом значится: «2-я жена – Идрисова Лариса Супьяновна, 06.09.1966 г., на территории РД не установлена». Марат Палтоев, напомним, – 1978 года рождения. Никто не спорит: любви, как говорится, все возрасты покорны, тем более и Татьяна Федорова старше мужа на 3 года – проблема в том, что сам «многожёнец» Ларису Супьяновну в глаза не видел. Во всяком случае, так он сам утверждает и недоумевает во всё той же жалобе на имя прокурора Дагестана: «Кто эта женщина? Да ещё в таком возрасте».

Кстати, если в списке официального документа у Палтоева откуда-то появилась вторая жена, почему о матери Марата вообще ни слова?! Хотя Сапият Алигаджиевна, 1940 года рождения, живёт и здравствует. И дажеФ с 1964 года по сегодняшний день заведует Бежтинским детским ясли-садом.

Но и это ещё не всё. В списке родственников указаны 2 сестры Марата: Патимат и Эльмират. Так вот, в своем поручении российские спецслужбы расписываются в собственном бессилии: «Обеспечить явку Палтоевых Патимат и Эльмират не представляется возможным вследствие того, что они временно выехали за пределы республики на сезонные работы». Создаётся впечатление, что сёстры Марата штукатурят стены где-нибудь в квартире Ксении Собчак вместе с Джамшутом и Равшаном, то есть являются гастарбайтерами. Однако старшая сестра Марата – Патимат – ещё с 1998 года трудится бухгалтером Управления социальной защиты населения Цунтинского района Дагестана и уверяет, что ни в каких сезонных работах не участвовала. Слова её подтверждает и руководство. Вторая сестра, которую спецслужбы не смогли отыскать – домохозяйка. Эльмират воспитывает трёх детей и ни в чём не нуждается, благо муж Шамиль Курбаналиев – офицер полиции и, между прочим, начальник ГАИ по Цунтинскому району Дагестана. То, что спецслужбы прошли мимо и не смогли отыскать жильё главного гаишника района, как-то сомнительно, не так ли?

Критический настрой

Словом, семья Палтоевых из «секретного» документа узнала о себе много нового. Как столь неточный, мягко говоря, документ за подписью вр.и.о начальника
1 отдела Службы защиты конституционного строя и борьбы с терроризмом Управления ФСБ по РД подполковника Мехтиева мог выйти из кабинетов спецслужбы – вообще не поддаётся объяснению. Можно, конечно, предположить, что сей текст «сдуру», как говорится, ляпнули: мол, всё равно его никто, кроме казахстанских коллег, не увидит – он ведь «конфиденциальный». Но предполагать можно сколько угодно, а что было в реальности? Будем надеяться, ответы на этот и другие вопросы найдут надзорные органы, то есть российские прокуроры. Во всяком случае, соответствующее заявление от Марата Палтоева прокурорам было направлено. Тем не менее, пока мы ждём итогов этих разбирательств, в обвинительном заключении по уголовному делу
№ 11150004100005 так и сказано: «Предварительное следствие к показаниям обвиняемого Палтоева относится критически (здесь и далее выделено редакцией), так как он даёт ложные показания с целью уйти от уголовной ответственности. Вина Палтоева полностью доказана собранными материалами уголовного дела. Кроме того, согласно международному поручению, поступившему из ФСБ Российской Федерации, Палтоев М.М. по имеющимся оперативным данным придерживается экстремистских взглядов в исламе, активно занимается распространением идей религиозного экстремизма, выступает в поддержку членов бандподполья. (том 30, л.д. 157-162)». Насколько критически относиться к «оперативным данным из ФСБ РФ» и обвинительному заключению следствия в этой его части, решать читателю.

Чьё слово дороже?

Из обвинительного заключения следствия: «Сарсенбаев Жанболат Нургалиевич, помощник руководителя и старший Шалкарской группы, в обязанности которого входило: вербовка новых членов; пропаганда терроризма и публичные призывы к совершению актов терроризма, а также распространение материалов указанного содержания и пропаганда джихада; приобретение, хранение и перевозка огнестрельного оружия и боеприпасов, строгое соблюдение методов конспирации; планирование, организация, подготовка (спортивные тренировки, обучался стрельбе и морально-психологическая подготовка на религиозной основе) к совершению террористических актов и их непосредственное исполнение, финансовое обеспечение террористической группы, финансирование террористической деятельности, выполнение других заданий и поручений руководителя».

Только через Жанболата Сарсенбаева, по версии следствия, Марат Палтоев и поддерживал связь с «Жамаатом». Об этом говорит сам Сарсенбаев, об этом говорят в своих показаниях другие члены «Жамаата», да и спецслужбы в своих документах. «Из числа террористической группы Махуова М.Палтоев поддерживал контакты только с Ж.Сарсенбаевым», – докладывает следственной группе КНБ начальник 3 управления ДКНБ РК по Актюбинской области, подполковник Сенгербаев. То есть то, что Палтоев из всей группы был знаком лично лишь с Сарсенбаевым, ни у кого сомнений не вызывает и, что важно для нас, не вызывает сомнений у следствия.

В итоге получается, что, кроме показаний Сарсенбаева, что он якобы передавал деньги для отправки на Кавказ именно через Палтоева, в материалах дела других доказательств просто нет. Вот, к примеру, что пишут следователи во всё том же обвинительном заключении: «Сарсенбаев, действуя по предварительному сговору в группе лиц и по поручению Есета Махуова, в декабре 2010 года передал Палтоеву 16 000 долларов США из казны террористической группы «Жамагата Ансару-д-дин», из которых 10 000 долларов предназначались членам НБФ, 6000 долларов – для приобретения оружия и обмундирования на территории г.Махачкалы членам террористической группы. В свою очередь Палтоев при неустановленных следствием обстоятельствах указанные денежные средства переправил в Дагестан для финансирования террористической деятельности (…)». Примечательно, что по другим фактам отправки денег на Кавказ, там, где всё обошлось без содействия Палтоева, у следствия на руках имеются номера банковских переводов, другие финансовые «следы», а также показания тех, кто помогал переправить деньги. Тут же никаких доказательств нет. Есть только показания Сарсенбаева. По сути, показания одного подследственного противоречат показаниям другого. Однако следователи почему-то больше верят словам Сарсенбаева, а не Палтоева?

Впрочем, если дружить с логикой, то в показаниях самого Сарсенбаева можно найти кучу ляпов. К примеру, из протоколов допроса других членов группы следует, что Сарсенбаев объяснил возникшие трудности с отправкой группы на Кавказ тем, что якобы его знакомый дагестанец, который должен был помочь, был задержан на границе спецслужбами. Однако никаких проблем с органами правопорядка Марат Палтоев на тот момент не имел, и на границе его никто не задерживал.

Или вот ещё престранный факт. По словам Сарсенбаева, его с Палтоевым познакомил некто Сабитбай Аманов. Причём, по словам Сарсенбаева, сам Аманов познакомился с Палтоевым буквально за день до этого. Сабитбай Аманов позже доберётся до Дагестана для ведения джихада, однако будет убит в ходе спецоперации российского спецназа. Так вот, Сарсенбаев утверждает, что именно Марат Палтоев помог Аманову перебраться в Россию. Причём Аманов обратился за помощью к Палтоеву не напрямую, а почему-то через него, то есть Сарсенбаева, о чём последний и поведал следствию. И ему вновь поверили. На слово!

Согласитесь, для человека, который собирается ехать на джихад и все свои действия совершает в условиях строжайшей конспирации, – прямо-таки полная халатность и неразборчивость в знакомствах, учитывая, что Палтоев когда-то воевал с бандформированиями в Чечне. Самое интересное, что в момент, когда Сарсенбаев с его же слов получил из рук Марата (июнь-июль 2009 года) номер телефона человека, который и устроил переход Аманова (!), сам Марат находился в России, куда отбыл по делам, а когда вернулся (середина августа), Аманов уже находился на территории соседнего государства. Так каким образом Палтоев мог встретиться с Сарсенбаевым и помочь Аманову перебраться через границу, если тот уже был там? Эти факты нетрудно проверить по распечатке пересечения границы Палтоевым.

Не смутил судей и следователей и тот факт, что в показаниях на очной ставке, во время допроса и уже в ходе суда Сарсенбаев называет разные суммы. То он говорит, что передал Палтоеву 14 тысяч долларов, потом вдруг говорит о 16 тысячах. И все эти нестыковки присутствуют в официальных материалах дела. Но на них почему-то, кроме Палтоева и его защитников, никто не обращает внимания. Более того, на суде на вопрос, почему он называет иную сумму, Сарсенбаев говорит: «Не помню, сколько передал. Думал, 14 тысяч, посмотрел в деле – 16 тысяч. Значит, 16 тысяч». В этом месте, как говорится, без комментариев. В общем, несмотря на кучу ляпов в показаниях Сарсенбаева, в приговоре будет сказано: мол, показания его «стабильны и сомнения не вызывают».

ЕСТЬ НАДЕЖДА

Генеральная прокуратура Казахстана, куда обратилась сторона защиты Марата Палтоева, никаких нарушений не обнаружила. Тем не менее остаётся ещё одна надежда – Верховный суд, куда адвокаты Марата намерены вскоре обратиться. Складывается впечатление, что по гражданину России Марату Палтоеву и по нескольким другим осуждённым обвинение притянуто «за уши». Для чего? Чтобы придать обезвреженной террористической группе массовость и статус международной?

И последнее: лидера группы «Жамаат Ансару-д-дин» Есета Махауова, а также нескольких её членов арестовали ещё 4 мая 2011 года. В их числе – и Рахымжана Макатова, которого комитетчики отпустили после того, как он «слил» своих соучастников. Но спустя 13 дней именно Рахымжан подорвёт себя самодельным взрывным устройством в здании ДКНБ. После взрыва 17 мая в Актобе будут арестованы и другие члены «Жамаата». Марат Палтоев, изначально проходивший по делу лишь в качестве свидетеля, не был ограничен в передвижении и до ареста 2 июня, то есть за более чем 2 недели запросто мог выехать в Россию, которая своих граждан просто так не выдаст. Почему он этого не сделал?..

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter