Экран общественного доверия

Иллюстративное фото с сайта pixabay.com
Иллюстративное фото с сайта pixabay.com

Журналист Зарина Касенова считает, что привычка смотреть чужое ТВ составляет серьёзную угрозу информационному суверенитету государства.

Почему на тридцатом году существования суверенного Казахстана наша страна продолжает пребывать под информационным "зонтиком" соседней России? Этим вопросом уже не первый год упорно продолжают задаваться многие казахстанцы – от "диванных" национал-патриотов до социологов и медиа-экспертов. На самом деле есть основания полагать, что актуальная на рубеже веков проблема сегодня – с каждым новым годом 21-го столетия – только прибавляет в остроте.

Действительно, аудитория казахстанских телеканалов существенно уменьшилась за последние 7-8 лет – согласно данным Общественного фонда ЦСПИ "Стратегия" , только с 2013 по 2017 год казахстанская телезрительская аудитория сократилась на 43% – "молодняк" от 18 до 40 лет практически полностью ушёл в интернет (где, кстати, можно найти и все "традиционные" телеканалы). В то же время большинство тех, кто остаётся верен "зомбоящику", согласно существующим замерам, предпочитает российское ТВ. На это могут возразить: данные представляются не совсем корректными, поскольку не учитывают стремительного роста численности населения, для которого единственным языком общения (а значит, и телесмотрения) является казахский. Эти телезрители по понятным причинам не могут считаться аудиторией российских телеканалов. В то же время они редко становятся участниками соцопросов, поэтому их требования к качеству казахскоязычного телевещания остаются, так сказать, за кадром.

Традиционно недовольны этим качеством жители столицы и крупных городов страны, которые одинаково свободно владеют и казахским, и русским. Они, согласно тем же соцопросам, предпочитают российские аналитические и научно-познавательные программы, а также западные сериалы. При этом казахстанские телеканалы опрошенные оценивают как недостаточно профессиональные в плане развлекательных и познавательных программ, а также ток-шоу. Информационным же передачам, по мнению респондентов, не достаёт честности и объективности в освещении как оперативных событий, так и трендов и тенденций политического и экономического развития.

Отдельная тема – объективность замеров и рейтингов популярности телеканалов. Очевидно, что у завсегдатаев социальных сетей и у тех, кто редко гостит в интернете или совсем не прибегает к услугам Всемирной паутины, абсолютно разные требования к качеству телевизионных программ. Многие представители первой группы телевизор практически не смотрят, но именно их экспертное мнение нередко становится определяющим. На запрос в Google "российское информационное влияние в Казахстане" выпадают десятки интервью и аналитических статей известных и не очень журналистов, политологов и политиков, высказывающих радикальные рецепты – вплоть до полного запрета ретрансляции всех российских телеканалов на территории республики. Очевидно, что это неплодотворный подход.

В то же время приходится признать вторичность казахстанских телеканалов, большинство "оригинальных" программ которых – всего лишь кальки соответствующих российских. Хотя справедливости ради стоит сказать: после 2014 года, когда произошло присоединение к России Крыма и начался гибридный конфликт на юго-востоке Украины, уровень доверия казахстанцев к российским телеканалам ощутимо снизился. Но казахстанское телевидение за прошедшие годы так и не смогло заполнить образовавшуюся нишу.

Почему так произошло? Большинство экспертов и медиа-менеджеров сходится в том, что причина – нехватка на отечественных телеканалах профессионалов, проблемы с финансированием и многочисленные запреты – как писаные, так и принятые по умолчанию. Очевидно, что последнего хватает и в России, но за счёт более высокого профессионального уровня телевещатели из соседней страны продолжают доминировать на нашем информационном пространстве. Не стоит забывать и о том, что от смотрибельности напрямую зависит приток рекламы. Рекламодатель охотнее клюёт на российские ток-шоу и сериалы, собирающие в прайм-тайм у экранов миллионы зрителей.

Правда, в последнее время многие специалисты говорят о том, что казахстанское телевидение рано хоронить. К примеру, Тарас Бойченко, генеральный директор рекламного агентства Optimum Media Eurasia, полагает, что рейтинги казахстанских телеканалов будут расти в силу хотя бы увеличивающейся доли казахов в общей численности населения и, соответственно, – роста казахскоязычного контента. "Думаю, этот процесс идёт, и этот процесс естественный. У нас есть телеканалы, вещающие на государственном языке. Появляется всё больше программ на казахском также на других каналах. Это нормальный процесс, связанный с развитием общества. Поэтому, мне кажется, мы недооцениваем казахскоязычную аудиторию. Более того, меня радует то, что и большое количество молодёжных программ появляется на казахском языке. И это не зависит от политических моментов, это объективная данность. При этом в ближайшее время вещания только на государственном языке не будет, население всё-таки двуязычное, но то, что будет больший процент контента на казахском – думаю, так и произойдёт".– такой прогноз этот специалист давал ещё в 2017 году.

Другой вопрос: можно ли говорить о достойном качестве этого контента? Абсолютное большинство аналитических программ, развлекательных передач и ток-шоу на государственном языке не могут претендовать на популярность в молодёжной казахоговорящей среде – это уже давно общеизвестный факт. Возможно, именно по этой причине в последнее время бурно развивается казахский сегмент в социальных сетях в том же Facebook, например.

Но, с другой стороны, хотя социологи из года в год отмечают падение зрительского интереса к телевидению, стремительный уход вчерашних фанатов голубого экрана в интернет, в соцсети, для Казахстана эта общемировая тенденция ещё долгое время не будет определяющей. Во всяком случае для сельчан и жителей малых городов. По данным президента ОФ "Центр социальных и политических исследований "Стратегия" Гульмиры Илеуовой с 2004 года доля телевидения на отечественном информационном рынке сократилась менее чем на десять процентов, тогда как читателей печатных СМИ стало меньше в несколько раз. К примеру, в 2017 году картина получения казахстанцами информации, по данным ЦСПИ "Стратегия", была такая: ТВ – 64%, интернет – 39%, через разговоры с родственниками и знакомыми – 31%, печатные издания – 6%, радио – 7%. Чаще всего люди смотрят ТВ спонтанно (71% по стране). Но старшее поколение (35+) смотрит вдумчиво, от начала до конца, а потребители среднего возраста "фоново" и "клипово", переключаясь с канала на канал (от 18 до 34 лет). 52% респондентов (люди до 54 лет) не верят тому, что говорят по ТВ и радио, пишут в газетах. В большинстве казахстанцы предпочитают собирать свою картину мира из разных источников по частям, и важную роль в этом играет личное общение, а чаще всего информацию из интернета перепроверяют через новости по ТВ.

Тем тревожнее представляется многолетняя тенденция падения интереса и, стало быть, доверия казахстанцев именно к отечественному телевидению. Ведь это по большому счёту несёт потенциальную угрозу информационной безопасности и, если угодно, информационному суверенитету нашего государства – со всеми, как говорится, вытекающими…

Вот почему у многих сегодня на повестке дня необходимость создания общественного телевидения, базирующегося на принципах свободного получения информации, подаваемой с разных точек зрения, но прежде всего – с позиции государства Казахстан. Это будет лучшим воплощением идеологемы, ставшей одной из ключевых в предвыборной риторике президента Касым-Жомарта Токаева: "Мнения разные – страна одна". В наблюдательный общественный совет такого, принципиально нового для страны телевидения могли бы войти, в том числе, и участники Национального совета общественного доверия. Это, кстати, существенно укрепило бы авторитет НСОД, несколько девальвированный в последнее время.

Ведь главное условие, позволяющее в будущем вернуть казахстанскому телевидению зрительскую аудиторию, – стопроцентное доверие общества ко всему, о чём говорят и что показывают с телеэкранов.

Читайте также