Альтернатива или императив?

В минувшую пятницу в Алматы завершил работу XVI Евразийский медиафорум. Его кодой стала дискуссия "Нелегальное легально: марихуана в открытом доступе!" Прямо скажем, событие для наших краёв небывалое.

Я сразу обратил внимание, что из семи панельных дискуссий форума названия трёх были вопросительными: "Цифровая реальность масс-медиа: мы принимаем вызов?", "Эра AI (artificial intelligence, искусственный интеллект. – Авт.): закат или расцвет человечества?", "Блогеры: новые рок-звёзды виртуального мира?" То есть они подразумевали сомнения, неокончательный ответ.

И лишь тему марихуаны, единственную из всех, венчал торжествующий восклицательный знак. Было в этом нечто категоричное и жизнеутверждающее. Не подразумевающее вариантов.

К тому же в английской версии названия сессии предполагалась альтернатива: "Illegal or legal" ("нелегальное или легальное"). А в русской почему-то императив – "Нелегальное легально". Как "невозможное возможно".

Ещё заметил, что из уст спикеров и в синхронном переводе ни разу не прозвучали такие слова, как "анаша", "план", "чуйка", "трава", даже "конопля": только корректные синонимы "каннабис", "марихуана", "психоактивные вещества".

Марихуана для медицины и для развлечений

Не все знают, что марихуана подразделяется на два типа – "медицинскую" CBD (КБД, или каннабидиол, не имеет психоактивных свойств, но имеет целебные) и "общеупотребительную" TНС (ТГК, или тетрагидроканнабинол, имеет психоактивные свойства). То есть первая, в отличие от второй, наркотиком не является.

Спикеры согласились в том, что легализация марихуаны неизбежна, но разошлись во мнениях, нужно ли легализовать оба вида или только медицинский. Пожалуй, единственное, в чём они были едины: криминализация употребления марихуаны недопустима. Преследования заслуживают лишь те, кто продаёт её несовершеннолетним.


Модератор Андрес Ильвес, журналист, генеральный директор компании Ilves International (ЮАР)

Модератор Андрес Ильвес, журналист, генеральный директор компании Ilves International (ЮАР) / Фото eamedia.org

Модератор Андрес Ильвес, журналист, генеральный директор компании Ilves International (ЮАР), посетовал, что трудно собрать статистику потребления каннабиса в мире из-за его запрета во многих странах, и привёл те данные, что доступны: "В прошлом году каждый седьмой человек в США употреблял каннабис, а половина жителей этой страны пробовали его когда-либо. То есть это не пустая тема, и точно не только американская... Это тема, которая может принести очень много денег".


Джеррол Томпсон, доктор медицины, глава Управления медицинского каннабиса (Сент-Винсент и Гренадины)

Джеррол Томпсон, доктор медицины, глава Управления медицинского каннабиса (Сент-Винсент и Гренадины) / Фото eamedia.org

"Медицинская польза от каннабиса реальна, – сказал Джеррол Томпсон, доктор медицины, глава Управления медицинского каннабиса (Сент-Винсент и Гренадины). – И вопрос сегодня стоит, как его продавать, как использовать и как сделать доступным, безопасным и эффективным". Продемонстрировав слайд, он рассказал, какую пользу каннабиноиды приносят организму для нормального сна, аппетита, снятия боли. "Мы можем извлекать различные ингредиенты из растения (конопли. – Авт.) и использовать их, – продолжил д-р Томпсон. – Это не обязательно курение, это может быть таблетка под язык, крем, лейкопластырь или даже что-то съедобное, типа кексов. Доказана польза от каннабиноидов для снижения скорости размножения раковых клеток". По его словам, научные исследования продолжаются, а медицинский каннабис легализовали уже более 40 стран.


Борут Штрукель, профессор кафедры фармацевтической биологии Люблянского университета (Словения)

Борут Штрукель, профессор кафедры фармацевтической биологии Люблянского университета (Словения) / Фото eamedia.org

Борут Штрукель, профессор кафедры фармацевтической биологии Люблянского университета (Словения), сконцентрировался на двух аспектах – легализации и регулировании: "Есть два очень мощных эффективных лекарства – CBD и TНС. Их получают из разных сортов (конопли. – Авт.), и оба полезны в руках врача. Что важнее с точки зрения здоровья: безопасность или эффективность? В прошлом веке фармакологические компании производили аспирин и героин. Сегодня героин запрещён, а аспирин ещё с нами. Ответ на мой вопрос один – безопасность".

Сейчас лекарства на основе каннабиса используются при лечении рака, эпилепсии и рассеянного склероза, рассказал профессор. Он призвал продолжать исследования и облегчить доступность этих препаратов, но только по рецепту врача. А "восстановительное" использование каннабиса (то есть "для отдыха и развлечения", по выражению спикеров) – вопрос для парламентов каждой из стран, считает г-н Штрукель.


Ангус Тэйлор, основатель розничной сети New Leaf Cannabis (Канада)

Ангус Тэйлор, основатель розничной сети New Leaf Cannabis (Канада) / Фото eamedia.org

Ангус Тэйлор, основатель розничной сети New Leaf Cannabis (Канада), не без гордости заявил: "Канада – первая страна из G7, которая в прошлом году легализовала потребление марихуаны, в том числе для развлечения и отдыха, но к этому мы шли очень долго, 10 лет. Был принят закон, позволяющий выращивать коноплю и продавать. Каннабис – это и казахская история. Более 12 тысяч лет назад эта культура появилась в Центральной Азии и даже культивировалась. Она давно растёт повсюду в мире, но только в последние 100 лет каннабису были приданы зловещие черты".


Уилл Джоунс III, партнёр по коммуникациям и международным связям Альянса Smart Approaches to Marijuana (США)

Уилл Джоунс III, партнёр по коммуникациям и международным связям Альянса Smart Approaches to Marijuana (США) / Фото eamedia.org

Уилл Джоунс III, партнёр по коммуникациям и международным связям американского Альянса Smart Approaches to Marijuana ("Разумные подходы к марихуане"), изложил своё кредо: "Наша компания, с одной стороны, против того, чтобы кого-то преследовали и сажали за употребление марихуаны, а с другой – против хищнической индустрии, которая зарабатывала бы миллиарды долларов, вызывая у потребителей привыкание. В алкогольной и табачной отраслях 70-80% денег зарабатывается на людях, которые злоупотребляют их продукцией. То есть они используют привыкание для получения прибыли". Точно так же может быть, по его мнению, и с коммерциализацией производства каннабиноидов: "Нужно разграничить медицинское и восстановительное использование марихуаны, считает он. – Никто же не говорит, что нужно легализовать опиум, хотя из него извлекают необходимый в медицине морфин".

Мнения зарубежных игроков этого рынка были познавательны. Но мне была интереснее точка зрения отечественных экспертов. Поэтому их выступления я расшифровал практически без купюр.

Каннабис лишь убирает симптомы болезни

Единственным представителем Казахстана среди спикеров оказалась Жибек Жолдасова, кандидат медицинских наук, психотерапевт, руководитель Центра лечения неврозов и болезни Альцгеймера.

"У этой медали две стороны, – начала она своё выступление. – С точки зрения медицины, каждое лекарство, которое принимает человек, чётко регламентировано и дозировано. Если мы легализуем медицинский каннабис, то должны его дозировать, руководствуясь тем, какая доза помогает пациенту при наличии того или иного симптома.

Есть несколько уровней воздействия лекарства. Один из них – симптоматический. Это эффект, который даёт каннабис: он убирает симптомы того или иного заболевания. Есть ещё несколько уровней: например, патогенетический, когда лекарство воздействует на механизм развития болезни. И есть этиотропное лечение, когда устраняется причина и человек выздоравливает. Как при гриппе: назначаются антибиотики, они воздействуют на инфекцию – и больной здоров.

Статьи, которые рассказывают о действии каннабиса на механизмы заболевания, не имеют хорошей доказательной базы, исследования ещё ведутся, поэтому мы пока говорим о симптоматическом лечении.


Жибек Жолдасова, кандидат медицинских наук, психотерапевт, руководитель Центра лечения неврозов и болезни Альцгеймера (Казахстан)

Жибек Жолдасова, кандидат медицинских наук, психотерапевт, руководитель Центра лечения неврозов и болезни Альцгеймера (Казахстан) / Фото eamedia.org

Eсть три стадии интоксикации марихуаной. Первая – эйфорическая, которая происходит в результате одной глубокой затяжки сигаретой. Но на одной затяжке кто останавливается? Да практически никто. Все продолжают курить дальше. Следующая стадия – седативная (успокаивающая. – Авт.). И на этих первых двух стадиях проявляются и медицинские эффекты. А затем идёт третья стадия – передозировка, когда появляются галлюцинации. Вот здесь возникают риски – например, для психических заболеваний. Если человек имеет предрасположенность к шизофрении, то симптомы психоза появятся намного раньше от употребления каннабиса. Поэтому доза очень важна, особенно с учётом того, что каннабис когда-то будет употребляться и в развлекательных целях.

Приобщение к каннабису идёт у нас в подростковом возрасте. "Поисковый период" длится у молодёжи до 21 года, когда молодые люди пробуют все психоактивные вещества – и табак, и алкоголь, и наркотические средства. В том числе и каннабис.

На сегодняшний день в Казахстане считается, что 80% всех зависимых – это люди, употребляющие каннабис. Поэтому есть над чем задуматься. Есть такая позиция: если человек до 21 года не употреблял психоактивные вещества, то риск того, что он станет зависимым, снижается во много раз. А значит, нужно ограждать, прежде всего, подростков от приобщения к веществам. И рассматривать их как алкоголь: до 21 года нельзя выписывать каннабис и употреблять его и все его производные.

Нужно ли сажать за употребление марихуаны? Думаю, нет. Этот человек болен, и его надо лечить, а смысла сажать нет никакого. Скорее, надо рекомендовать приобщить его к реабилитационной программе.

Если мы легализуем каннабис полностью, то получим очередное психоактивное вещество типа алкоголя, которое человек волен употреблять или нет. То есть ответственность при этом ложится на самого человека: как он употребляет каннабис. Что нужно для того, чтобы была эта ответственность? Правильно информировать население о том, что их ждёт. У нас разные страны и разный менталитет, и надо говорить о том, готово ли население к этой ответственности: употреблять или не употреблять. Передозировка, которая приведёт к гашишному психозу, очень тяжёлая, и лечить эти психозы крайне трудно. И не все из них выйдут благополучно. Многие уйдут в хронический психоз. И будут постоянно на учёте у психиатра. Вот почему осознанность последствий злоупотребления должна быть у каждого человека.

Легализация марихуаны в широком смысле, то есть для общего употребления, возможно, снизит юридическую нагрузку (имеется в виду преследование за продажу, хранение и курение анаши. – Авт.). И при этом увеличит нагрузку на здравоохранение. Это как сообщающиеся сосуды: если в одном жидкости станет меньше, то в другом больше.

Наркоман – не преступник, а пациент

Модератор предложил микрофон сидевшей в зале Бахыт Туменовой, руководителю фонда "Аман Саулык".

"Для Казахстана это важная тема, потому что у нас транзитная страна, через которую идут наркотики, – сказала Бахыт Ниязбековна. – Страна, в которой есть Чуйская долина и та самая конопля. Политика борьбы с наркотиками на протяжении всей истории человечества ничего не дала. Моё отношение как правозащитника: право выбора остаётся за человеком. Почему человечество не может это победить? В организме человека есть такие точки (ферменты. – Авт.), которые сон дают, ощущение благополучия. Но если сегодня мир несовершенен, идут войны, есть бедность, безработица, большие проблемы, человек будет искать успокоение в наркотических препаратах. И ничего мы не можем с этим сделать.

Если так, то относиться к ним ни коем случае нельзя как к преступникам. Вина в этом не только этого человека, а всего общества. И подход здесь должен быть не запрет. Прежде всего, мы должны говорить о том, что это за наркотики: сигареты, алкоголь, каннабис и т.д. Но если это с человеком случилось, то нужно относиться нему не как к преступнику, а как к пациенту.


Бахыт Туменова, руководитель фонда "Аман Саулык"

Бахыт Туменова, руководитель фонда "Аман Саулык" / Стоп-кадр с YouTube-канала ЕАМФ

Сегодня наша организация, которая занимается защитой прав на здоровье, пропагандирует концепцию "снижения вреда". У нас в Казахстане более 120 тысяч инъекционных наркоманов, для них предлагается метадоновая заместительная терапия. Для тех, кто зависим от никотина, дать дорогу электронным сигаретам, айкосу и т.д.

Кроме того, должен быть глубоко научный подход к этой проблеме. И в центре её должен стоять человек".

От имени профсоюза будущих коноплеводов

Кирилл Павлов, сочетающий увлечение двумя, казалось бы, взаимоисключающими занятиями – фермерством и блогерством, выступил от имени, как он выразился, "профсоюза будущих коноплеводов". Он задал вопрос доктору Джерролу Томпсону, предварив его длинной прелюдией:

"Три года назад я впервые начал поднимать на открытых площадках тему легализации марихуаны. И многие публичные личности меня поддержали. Например, со знаменитым модератором Рахимом Ошакбаевым у нас сложилась традиция: на любом форуме – экономическом, инвестиционном, профессиональном – мы старались затронуть эту тему хотя бы чуть-чуть. Спустя три года мы видим, что на таком значимом событии, как Евразийский медиафорум, целая панельная сессия посвящена этому вопросу. Я понимаю, что государство должно пройти определённые бюрократические процедуры, прежде чем разрешить нашим фермерам культивировать коноплю хотя бы в медицинских целях. Исходя из вашего опыта, сколько нам нужно времени, чтобы в нашем сельском хозяйстве появилась такая отрасль, как коноплеводство, которая была бы не только высокоэффективной, но и экспортоориентированной?"


Кирилл Павлов, фермер и блогер

Кирилл Павлов, фермер и блогер / Стоп-кадр с YouTube-канала ЕАМФ

"Прежде всего, нужно начать с публичной дискуссии, как мы сейчас это делаем, – ответил д-р Томпсон. – Я хотел бы поаплодировать, что вы начали этот процесс. Будет кто-то справа, кто-то слева, нужно всех объединить и достичь компромисса. Пусть люди научатся, узнают то, что им необходимо. Затем есть Международный совет по контролю за наркотиками в Вене, и нужно установить контакты с ним, чтобы начать процесс. После этого надо оформить своё законодательство, этот процесс может быть кратким, другие страны прошли через него, и нужно не изобретать велосипед, а адаптировать к конкретной ситуации.

Затем регулирование. С одной стороны, вы должны продумать коммерческий аспект, чтобы всё было безопасно и надлежащим образом выполнялось в соответствии с аграрной практикой. Есть стандарты, которые вы можете принять, чтобы эта индустрия работала эффективно. В Сент-Винсенте мы смогли всего лишь за год всё пройти, но на то была политическая воля. И мы занимались публичными консультациями. Многие были не согласны. Но мы их убедили. Может быть, вам потребуется больше времени. Но вы сами должны будете искать компромиссы, оказывать давление, говорить с вашими лидерами. Мне кажется, они имеют волю, чтобы на основании дискуссии продвинуть этот процесс вперёд".

Запрет убил целую отрасль

Модератор предоставил слово "мужчине из четвёртого ряда", который оказался Денисом Кривошеевым. Он представился экономическим обозревателем.

"Я думаю, что нам не хватает шестого кресла (среди спикеров. – Авт.) и ещё одного человека, который должен здесь сидеть и на самом деле первым внёс в большую повестку вопрос легализации. Дарига Нурсултановна, я хочу поблагодарить вас, – сказал он. – Несколько лет назад вы первой его подняли, после чего и Кирилл, и я начали поддерживать. Давайте поблагодарим (Д. Кривошеев обратился к залу. – Авт.). И сейчас мы можем официально обсуждать эту тему открыто. И нам очень интересно ваше мнение сейчас, спустя несколько лет (Д. Кривошеев обратился к Д. Назарбаевой. – Авт.). Если возможно, мы хотели бы его услышать".

Несколько фамильярная просьба выступавшего осталась без ответа, но он продолжил:


Денис Кривошеев, экономический обозреватель

Денис Кривошеев, экономический обозреватель / Стоп-кадр с YouTube-канала ЕАМФ

"Всё-таки надо отметить следующее: у половины Казахстана единственный способ преодолеть боль – это чаще всего, к сожалению, марихуана. И ничего тут не поделаешь, здесь я поддерживаю. При этом слепой запрет, при нежелании разбираться в деталях, в некоторых странах убил целую отрасль сельского хозяйства. Это то, о чём вы не говорили, – о технической конопле (для производства верёвок, канатов, тканей и т.д. – Авт.), которая позволяет работать вообще без каннабиноидов. А силовики, в принципе, не разбираются, какая конопля, о чём идёт речь. Они просто её сжигают, не допуская появления этого растения как источника опасности и возможности определить, что же всё-таки растёт в поле. При этом государство пытается каждый раз контролировать моё право, какой именно наркотик мне покупать легально: будь это алкоголь, никотин или каннабиноиды".

"Борьба с наркотиками – это всё-таки большие деньги. И выигрывают от этой борьбы чаще всего силовики и лоббисты, которые представляют собой так называемый "здоровый образ жизни", – заключил Денис Кривошеев.

Дискуссия требует простора

За четыре десятилетия жизни в Казахстане я умудрился не выкурить ни одного косяка анаши. О том, что в СССР есть наркомания, узнал... из газет в эпоху перестройки. В компаниях, где я вращался, в основном старорежимно пили. Собственный наркоманский опыт ограничился тремя уколами промедола в день, когда по юности лежал в больничке со сломанным позвоночником. Помню блаженство, когда отступала боль. А когда она возвращалась, я молил сестричку о четвёртом уколе.

Наверное, тогда испугался на всю оставшуюся жизнь, поняв, что наркота – дорога в один конец, без возврата. Но, хоть сам хранил психоактивную непорочность, трагедий насмотрелся. У десяти моих друзей-ровесников умирали дети от "герыча". И все они начинали с того, что "дули траву".

Это я к тому рассказываю, что моя неискушённость в теме легалайза означает если уж не полную объективность, то личную незаинтересованность. Но в то же время и равнодушным здесь трудно остаться.

В чём я полностью согласен со спикерами – уголовную ответственность за употребление анаши необходимо из УК убирать как можно скорее. Даже без легализации. Желательно вместе с декриминализацией такого "преступления", как клевета. Никакая это не борьба с распространением наркотиков, меньше их не становится. А возможность для полиции "закрыть" вообще любого человека, подкинув ему коробок с травой. Когда против него нет улик или ментурионам просто хочется поправить своё материальное положение.

На мой взгляд, на сенсационной сессии медиафорума почти не говорили о главном – о последствиях легализации именно в Казахстане. О том, что пришедшие с Запада самые здравые идеи, будучи привиты здесь, чаще всего вырастают в свою извращённую противоположность.

О том, что эффект от принятия нормативно-правовых актов у нас не просчитывается порой даже на ход вперёд. Примеры под рукой. Попытка повышения пенсионного возраста для женщин в 2013 году, в сухом остатке – вето президента и отставка министра Патамушта. Правила регистрации внутренних мигрантов 2016 года, после их вступления в силу в ЦОНах начались "битвы с джунгарами". Обязательное социальное медицинское страхование (ОСМС), введённое в 2017 году и подготовленное настолько тяп-ляп, что его пришлось переделывать уже на ходу.

Да если даже примут "правильный" закон, учитывающий все афтершоки (во что верится с трудом), он будет по традиции чреват необязательностью исполнения. К тому же законы, как водится, пишутся у нас не для всех.

Словом, вопросов масса. Кто главные выгодоприобретатели легалайза? Как быть уверенным, что в аптеке продают CBD, а не ТНС? Как можно полагаться на ответственность граждан, которые не отвечают за свои слова в соцсетях, выезжая на природу, оставляют после себя горы мусора и которым по барабану всё, включая собственное здоровье? Легализация – это мода или социальная потребность? Готово ли общество к снятию запрета не только медицинской марихуаны, но и каннабиса "для отдыха и развлечения"? Вы и сами можете продолжить этот ряд вопросов.

...Казахстанские журналисты привыкли, что на Евразийском медиафоруме не обсуждаются их "местечковые" проблемы. И потому год от года всё меньше им интересуются.

А тут вдруг возникла тема, способная повлиять на ситуацию не столько в отечественной медиасфере, сколько вообще в стране. И это хорошо, что она прозвучала.

Теперь логично вынести камерную дискуссию на общенародное обсуждение. С участием всех – врачей, фармацевтов, зависимых пациентов и независимых экспертов, молодёжи и родителей наркоманов, полиции, журналистов, экономистов, чиновников, депутатов и т.д. И, конечно же, будущих коноплеводов во главе с Кириллом Павловым. Причём на всех возможных площадках – как виртуальных, так и реальных. Такая полемика должна занять, по моему мнению, минимум год. Неплохо бы провести референдум по теме легалайза. Или хотя бы неангажированные социологические опросы.

Худшее, что могут сделать лоббисты легализации, – без публичной экспертизы протащить законопроект о легализации через парламент, который после стремительного голосования за переименование столицы нотариально заверит что угодно, хоть закон о борьбе с марсианами.

Если же это всё-таки случится, даже не берусь гадать, во что выльется коктейль из радости одних и возмущения других.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter