Кашаган снова в центре внимания. Началась закачка в трубопроводные системы КТК и АО "КазТрансОйл" первых партий сырья, добытых на месторождении в рамках пуско-наладочных работ.

С момента официального открытия в 2000 году обещающее разработчикам и стране сверхприбыли нефтегазовое месторождение Кашаган стало надеждой и гордостью властей Казахстана. Благодаря добыче с этого месторождения ими планировалось вхождение Республики в число крупнейших мировых производителей нефти. С учётом доходов с этого месторождения разрабатывались проекты по развитию экономики страны, составлялся её госбюджет. Так, с добычей кашаганской нефти реальный (за вычетом инфляции) рост ВВП Казахстана в 2014 году должен был достичь 6,1%, в 2015-м – 7,6%, в 2016-м – 6,6%, в 2017 году – 6,7%. По факту же в 2014 году рост ВВП составил 4,3%, а по итогам 2015 с 1,2% роста Казахстан (по данным Bloomberg) попал в список худших экономик мира.

С самого начала проект Кашагана стал жертвой несоответствия технологических возможностей, геологических условий и политической целесообразности. Несмотря на то что на месторождении работали одни из самых крупных и опытных энергетических компаний мира, это не спасало проект от ошибок и просчётов. Кашаганскую нефть ожидали и в 2005, и в 2007, и в 2011, и в 2013 годах. Не случилось.

Достигнув в 2013 году максимума в 81,8 млн тонн, объёмы нефтедобычи в стране стали сокращаться, и чиновникам пришлось корректировать планы в сторону снижения. Амбициозные планы нефтедобычи, как и многие другие, остались на бумаге. Более того, обвал нефтяных котировок привёл к тому, что выручка от экспорта сократилась вдвое: с 53,6 млрд долларов в 2014 году до 25,7 млрд долларов в 2015 году.

И вот новая дата. Запланированный на декабрь 2016 года очередной старт добычи нефти на Кашагане летом текущего года был перенесён на октябрь. Первую партию добытой нефти отгрузили 14 октября. На экспорт ушло 26 500 тонн нефти, из них 7 700 тонн – через инфраструктуру КТК, остальное – по системе АО "КазТрансОйл". И если в текущем году объёмы добычи с 74 млн повышены до 75 млн, то на следующий год они прогнозируется на уровне 79,5 млн тонн. Правительство, представляя проект бюджета на 2017-2019 годы, заложило следующие объёмы добычи на месторождении Кашаган: в 2016 году – 0,5 млн тонн, в 2017-м – 4 млн, в 2018-м –7 млн, в 2019-м –11 млн тонн.

По утверждениям властей, его запуск позволит серьёзно изменить ситуацию с экономикой и бюджетом страны. В частности, вице-министр энергетики Магзум Мирзагалиев на брифинге в рамках прошедшей в начале октября 24-й Казахстанской международной конференции "Нефть и газ" KIOGE 2016" заявил, что "для государства этот проект в любом случае рентабельный, потому что, понятно, мы будем получать роялти, налоги. Поэтому для государства это рентабельно при любой цене на нефть". Попробуем оценить, насколько оправданы ожидания властей.

Будучи министром нефти, Сауат Мынбаев в 2013 году заявил, что "нижний порог окупаемости добычи нефти на месторождении Кашаган составляет 90-100 долларов за баррель". В свою очередь инвестиционный банк Goldman Sachs, анализируя ситуацию вокруг Кашагана, отмечал, что для получения Казахстаном прибыли от продажи нефти с этого месторождения она должна стоить в пределах 120-130 долларов за баррель. Таким образом, при нынешних котировках – около 50 долларов за баррель – добыча нефти на этом месторождении убыточна.

Сегодня ежесуточное мировое перепроизводство составляет 1-2 млн баррелей, и по факту нефть Кашагана на рынке не требуется, следовательно, покупатели выстраиваться за ней в очередь не будут. Возможная заморозка уровня добычи нефти, безусловно, обеспечит рост мировых цен на неё, но он будет несущественным из-за накопленных запасов.

Но главное, Кашаганский проект реализуется на условиях Соглашения о разделе продукции. А это значит, что доходы (на которые чиновники уповают, как на манну небесную) Казахстан начнёт получать только после того, как инвесторы за счёт продажи добытой нефти возместят все свои затраты. Когда они окупят эти затраты при текущих ценах, сказать сложно. В Минэнерго, комментируя рентабельность проекта, отметили, что "эксплуатационный цикл первого этапа проекта освоения Кашагана составляет десятки лет. Необходимо рассматривать его в долгосрочной перспективе, а не в контексте кратковременного периода текущих экономических условий". Но и с учётом этой ремарки энергетического ведомства можно уверенно утверждать, что достижение окупаемости проекта в нынешние сроки действующего до 2041 года контракта невозможно, а его участники стали заложниками вложенных инвестиций. Ведь по последним сведениям проект оценивается в 136 млрд долларов.

Вместе с тем, проблемы есть не только с самим Кашаганом, но и таким членом консорциума как НК "КазМунайГаз". Ряд "сделок века", совершённых нацкомпанией, похоже, завёл компанию, набравшую по состоянию на июнь прошлого года долгов на 18 млрд долларов, в финансовый тупик. Для снижения долговой нагрузки "КазМунайГазу" пришлось за 4,7 млрд долларов уступить половину своей доли участия в Кашаганском проекте своей же материнской компании – ФНБ "Самрук-Казына".

Кроме этого, часть ещё не добытой нефти (на которую НК "КазМунайГаз" как участник проекта имеет право в счёт возмещения затрат) в начале августа уже продана международному трейдеру VITOL S.A. за 1 млрд долларов, которые пойдут на выплату внешних долгов нацкомпании. Отметим, что в декабре 2015 года по такой же схеме за 3 млрд долларов "КазМунайГаз" продал этой же компании нефть, причитающуюся ему в ближайшие три года в рамках 20% доли в СП "Тенгизшевройл".

Ещё один факт. С момента промышленной добычи на Кашагане "КазМунайГаз" должен начать погашать кредит на 2,4 млрд долларов, который с января следующего года будет выплачиваться тремя траншами по 800 млн долларов. Таким образом, чиновникам от экономики и финансов считать по осени кашаганских "цыплят" придётся ещё не скоро, и ввод Кашагана не принесёт казахстанской экономике столь необходимых ей финансовых вливаний.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter