У нас в стране при постоянной критике Таможенного союза и ЕАЭС вопрос о вступлении в ВТО почти не обсуждался. А ведь времени для встреч учёных и экспертов, представителей власти и бизнеса, чтобы в деталях провести комплексный анализ экономических возможностей и последствий этого шага, было более чем достаточно.

Тем более что, несмотря на заявления чиновников, уже в конце 1990-х годов о практическом выполнении почти всех подготовительных работ, включая изменения в законодательстве страны, сроки вхождения в ВТО постоянно сдвигались: называли и 1999 год, и 2005 год, и 2012 год, и 2014 год. Причина такого затягивания переговоров известна только их участникам. Но главное другое.

На каких условиях республика станет членом ВТО, что найдёт и что потеряет, - не ведают ни эксперты, ни бизнесмены, ни простые граждане.

Таким образом, "костюмчик" от ВТО шили для Казахстана долгих 19 лет, но о том, насколько ладно и по каким лекалам его скроили, мало что известно. Количественной и качественной оценки выгод и потерь, которые получит республика от ВТО, как не было, так и нет.

Нас утешают тем, что "членство в ВТО открывает перед нашей экономикой новые горизонты… обеспечивает нашим предприятиям доступ к зарубежным рынкам, а потребителям – большой выбор товаров и услуг… Казахстан становится ещё более привлекательным как для иностранных, так и для отечественных инвесторов… получает возможность создания новых производств и рабочих мест".

Однако Казахстан вступает в ВТО, не имея на руках тех "козырей", которые в 2001 году были у Китая. В Поднебесной за 15 лет переговоров сумели преобразовать свою экономику, и на пороге ВТО Китай уже был промышленно развитой страной, продукция которой (текстиль, одежда, обувь, электроника, бытовая техника, электроприборы) могла конкурировать на мировом рынке. Китайский экспорт вырос с 10 млрд долларов в 1978 году до 278 млрд в 2000 году, обеспечив Поднебесной  третье место по объёмам международной торговли.

Казахстану же, кроме сырья (а это 78% нефти и 8% металлов), имеющего устойчивые рынки сбыта и без ВТО, на экспорт поставлять практически нечего. Продукция высоких переделов (машины, оборудование, приборы и аппараты) составляет всего около 2% экспорта. Из-за неразвитости перерабатывающих отраслей промышленности возможности для расширения номенклатуры экспортной продукции крайне малы.

Казахстанские производители на внутреннем рынке не могут конкурировать с дешёвым импортом из России и Белоруссии и требуют от властей защитить их от конкурентов из ЕАЭС путём введения квот на импорт товаров и восстановления таможенных барьеров. Что уж говорить о ВТО, членство в которой требует полного открытия экономических и торговых границ, устранения всех методов "принуждения к инвестициям". В частности, такой нормы как "казахстанское содержание".

Открытие рынков для иностранцев не учитывается ни в одной из отраслевых госпрограмм. Власти оптимистично надеются за несколько лет переходного периода (видимо, "по щучьему велению, по моему хотению") преодолеть проблемы, с которыми не могли разобраться 20 лет!

Следует помнить, что ВТО лишь формально предоставляет государствам равные условия. На деле же наблюдаются двойные стандарты: одни для США и стран Западной Европы, другие – для всех остальных. Требуя от последних полной отмены ограничений по свободному доступу своей сельхозпродукции на их рынки, США на государственном уровне открыто поддерживают своих фермеров, но ВТО "застенчиво" не применяет к ним положенных за это санкций.

Другой пример. В 2004-2005 годах вразрез с правилами ВТО  Вашингтон ввёл "защитные меры", ограничивающие на 11-летний период импорт китайских текстильных товаров. Аналогичные меры принял и ряд европейских стран. Санкционная война с Россией также не вписывается в правила этой торговой организации. Таким образом, ВТО, призванная максимально либерализовать и упростить систему международной торговли, не является независимой и непредвзятой организацией: де-факто она защищает интересы стран с сильной экономикой.

Не стоит питать иллюзий, что членство в ВТО откроет шлюзы, и в Казахстан хлынет щедрый поток инвестиций и современных технологий, которые могут быть использованы для возрождения промышленности и подъёма сельского хозяйства. Этого не случилось ни в странах Балтии, ни в Киргизии с Грузией, ни в России с Украиной. Не станет исключением и Казахстан. Свободный ввоз товаров на наш внутренний рынок сделает бессмысленным вложение иностранных капиталов в казахстанское производство с его изношенными на 70-80% основными фондами. Инвесторам гораздо выгоднее вкладываться в "ножки Буша" и аргентинскую или китайскую говядину (которая пойдёт на рынок Казахстана без всяких таможенных барьеров), чем в не имеющий ни специалистов, ни техники, ни дорог, ни породистого стада казахстанский агросектор.

Республика всё ещё не готова противостоять иностранной конкуренции, и вступление в ВТО губительно скажется на отечественном производстве с его изношенной производственной базой и отсталыми технологиями.

Более всего пострадают машиностроительная, лёгкая, химическая промышленность, фармацевтика, сельское хозяйство.

Разорение казахстанских производителей приведёт к падению реальных доходов населения, что породит рост социального напряжения. Организовать работникам пострадавших предприятий переподготовку, обучение, а при необходимости и переезд для работы на новых предприятиях власти не смогут за отсутствием таковых. Да и как-то сложно представить, что нашим чиновникам есть до всего этого дело. Писать различные программы развития они могут, а вот их реализовывать, как показывает практика­, ­– нет.­

Вместо того чтобы заботиться о развитии промышленности, сельского хозяйства, стимулировать повышение качества научных разработок и уровня образования населения, власть пытается стать "ближе к миру", присоединяясь к возможно большему числу международных организаций и всё больше передавая контроль над экономикой страны транснациональному капиталу.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter