Казахстан – это одна из тех стран, где нефтегазовый комплекс занимает основную долю в структуре национальной экономики, и чей высокий экономический рост был обусловлен увеличением нефтедобычи и ростом цен на нефть. Всё это подвергает экономику страны высоким, связанным с внешними факторами рискам. Тем не менее её зависимость от такого внешнего фактора как мировые цены на нефть продолжает возрастать.

"Лёгкие" сырьевые деньги развращают правительства многих стран, и Казахстан не стал исключением. "Ресурсное проклятие", накрывшее власти Республики, отнюдь не способствовало развитию таких базовых отраслей как машиностроение, нефтехимия, электроэнергетика, лёгкая и пищевая промышленность. За годы независимости в структуре промышленности доля обрабатывающего сектора снизилась почти в 3 раза (с 87 до 31%). При этом удельный вес продукции машиностроения и металлообработки сократился более чем в пять раз, химической и нефтехимической промышленности – в семь, лёгкой промышленности – в 50 раз!

С каждым годом в структуре ВВП неуклонно снижается доля сельского хозяйства. Если в 1990 году она составляла 34%, то в сегодня не превышает пяти. Вместе с тем за этот же период мы получили 8-кратный рост в горнодобывающей промышленности (с 8 до 64%), в которой на долю нефтегазового сектора (весомый кусок которого принадлежит иностранным компаниям) пришлось 86%, что отражает природу роста ВВП.

По сравнению с 1999 годом доля нефтегазового сектора в ВВП страны увеличилась с 6 до 25%, а в общем экспорте страны – с 33,5 до 60%. Сокращение же в последнее время доли нефтегазовой отрасли в ВВП до 17,6% обусловлено не развитием других отраслей, а падением цен на нефть и сокращением объёмов её добычи.

Ещё недавно чиновники уверяли: Республика к 2015 году выйдет на уровень нефтедобычи в 150 млн тонн, из которых на экспорт пойдёт 86 млн. Однако "нефтяная картина" Казахстана оказалась далеко не такой, как тогда её рисовали в Астане. Достигнув в 2013 году максимума в 81,8 млн тонн, объёмы добычи нефти и газового конденсата стали сокращаться и в 2015 году составили 79,5 млн тонн (уровень 2010 года). Казахстан в прошедшем году экспортировал 60,9 млн тонн нефти и газового конденсата (97,7% к 2014 году), при этом выручка просела вдвое: с 53,6 до 26,7 млрд долларов. В текущем году ожидается добыча 74 млн тонн (из которых на "КазМунайГаз" придётся 22,4 млн). Причинами столь резкого падения объёмов производства стали снижение цен, истощение самих месторождений, сокращение буровых работ и высокая себестоимость добычи.

Все ожидания улучшения в экономике власти по-прежнему связывают с увеличением нефтедобычи. Восстановление объёмов и дальнейший рост производства нефти зависит от реализации проекта будущего расширения на Тенгизе и начала добычи на Кашагане. Проект расширения на Тенгизе должен довести добычу с нынешних 27 млн тонн до 39. Однако он требует серьёзных инвестиций (37 млрд долларов), в том числе и со стороны КМГ. С учётом нынешней конъюнктуры рынка участники ТШО не торопятся приступать к его реализации – получение первой нефти по проекту планируется к 2022 году.

Правительство, представляя проект бюджета на 2017-2019 годы, заложило следующие объёмы добычи на Кашагане: в 2016 году – 0,5 млн тонн, в 2017 году– 4 млн, в 2018 году –7 млн, в 2019 году –11 млн тонн нефти. Вместе с тем, будучи министром нефти, Сауат Мынбаев в 2013 году заявил, что "нижний порог окупаемости добычи нефти на месторождении Кашаган составляет 90-100 долларов за баррель". Дорогостоящие работы по устранению проблем с трубопроводами, остановивших проект три года назад, повысили этот порог. При нынешних котировках добыча нефти на этом месторождении убыточна.

В Правительстве, безусловно, понимают опасность существующего серьёзного сырьевого крена и необходимость ухода от него. Власти постоянно декларируют различные стратегии, программы и проекты, направленные на диверсификацию и модернизацию промышленности. Ими переполнены шкафы бывших и ныне существующих министерств и ведомств. Тем не менее ни одна из этих программ полностью не выполнена. Как правило, реализовываются лишь те части программ, которые "вписываются" в добычу и экспорт сырья

В итоге основой отечественной экономики остаётся отбирающая инвестиции у всех прочих отраслей добывающая промышленность. Страна же продолжает находиться в глубочайшей зависимости от нефти, и сегодня очень сложно выйти на другой уровень технологического уклада.

Все эти годы основной задачей Правительства было выполнение бюджетных поступлений и искусственное сдерживание инфляции, что не имеет ничего общего с ростом экономики и благосостояния населения. Неудивительно, что технологические сдвиги в экономике Казахстана приобрели откровенно регрессивный характер, выражающийся в хронической деградации как промышленных предприятий, энергетики и транспорта, так и системы подготовки квалифицированных кадров для них. Результат закономерен: по экспертным оценкам только для прекращения деградации основных фондов требуется ежегодно инвестировать не менее 8 млрд долларов. А ведь ещё нужны вложения в модернизацию и развитие производящих мощностей.

Для качественного изменения структуры экономики необходима её реальная, а не бумажная модернизация и реформирование. Следует создавать все условия для развития собственной высокотехнологичной промышленности, конкурентоспособного аграрного сектора, современной инфраструктуры. Однако те подходы и принципы, на основе которых сегодня государство участвует в экономике, неэффективны. В текущей ситуации кардинальные структурные реформы можно осуществить только запуском обещанной ещё в 2000 году политической либерализации. Формула "сначала экономика, а потом политика" не только давно не работает, но и тормозит экономическое развитие страны.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter