27 марта Касым-Жомарт Токаев дал поручение акимам активнее работать в социальных сетях. Будучи сам давним пользователем сети Twitter, он решил личным примером показать важность взаимодействия с людьми, открыв аккаунт ещё и в Instagram.

В следующие дни руководители городов и районов действительно начали открывать аккаунты в социальных сетях, что было воспринято пользователями с воодушевлением. Ещё бы, ведь теперь стало можно тегнуть не только такого далёкого Исекешева, но и своего родного акима Сарани. И всё же не следует обольщаться – вам предлагают не более чем муляж или голограмму.

На крыльях многих бабочек можно увидеть так называемые ложные глаза – яркие пятна, действительно напоминающие зрачки. Некоторые учёные считают, что задача ярких пятен на крыльях бабочек отвлекать внимание от самых уязвимых частей тела. Нападающий бросается на яркое пятно, как бык на тряпку, за которой пусто. А бабочка, пусть и помятая, ускользает от неминуемой гибели. Аккаунты акимов в социальных сетях – это и есть те самые "ложные глаза", которые необходимы для того, чтобы отвлечь внимание от самой уязвимой точки чиновника – требования следовать процедурам.

"А вы не спрашивали"

Говоря о государственной машине, важно понимать одну вещь: чиновник – это не человек, это функция. Это лишь должность, которая описана нормативными правовыми актами, правилами, инструкциями, и совершенно неважно, какой именно человек будет её занимать. Могут меняться имена, но то, что остаётся без изменений, так это набор функций, определяемый должностью, – его полномочия и ограничения, права и обязанности. А это значит, что государственный служащий не будет делать меньше, нежели предписывают процедуры, но и ни в коем случае не будет делать больше. На бытовом уровне граждане могут сталкиваться с этим при оформлении различных справок – чиновник отвечает только на те вопросы, которые вы задаёте.



Собственно, поэтому редко кому удаётся оформить все бумаги за один раз, каждый раз выясняется, что нужна какая-то новая справка. На вопрос, почему служащий не предупредил о ней сразу, вы получаете вполне резонный ответ: "А вы не спрашивали". Служащий не особо переживает, что вы придёте снова – его работа в принципе бесконечна: не может быть такого, чтобы все граждане столкнулись со всеми жизненными ситуациями и оформили на их счёт все соответствующие документы. Поэтому ему неважно, видит ли он вас в последний раз или встретится с вами ещё раз в приёмные часы другого дня.

Итак, чиновник не станет брать на себя больше работы, чем того требуют процедуры, установленные нормативными правовыми актами. Как же это связано с поручением Касым-Жомарта Токаева? Для того чтобы ответить на этот вопрос, нужно рассмотреть его через призму нормативных правовых актов.

Поручение, которого нет

Согласно Конституционному закону "О президенте Республики Казахстан" президент может давать акимам поручения по вопросам своей компетенции. Интересно, что в базе информационно-правовой системы Министерства юстиции Adilet.zan.kz за подписью Касым-Жомарта Токаева документа, обязывающего акимов создавать аккаунты в социальных сетях, нет. Нет его и на официальном президентском сайте Akorda.kz в разделах "Указы", "Распоряжения", "Законы", "Приказы". Можно предположить, что поручение может быть устным, однако в Законе "О правовых актах" можно найти только лишь упоминание о поручениях в нормативных правовых актах.


Скриншот с аккаунта акима города Караганды

Скриншот с аккаунта акима города Караганды

Любое устное распоряжение, обязательное к исполнению, должно быть облечено в письменную форму. А в случае президента, это должны быть либо указ, либо распоряжение – уже упомянутый Закон "О президенте" позволяет главе государства выпускать только эти два типа актов.
Таким образом, мы можем с большой долей уверенности сказать, что поручение Токаева носило рекомендательный характер, а значит, ни к каким действиям не обязывало. Но что самое главное – так как аккаунты акимов никаким образом не урегулированы нормативными правовыми актами, то и любое взаимодействие с ними также не влечёт никаких обязательных последствий.

Об этом знают акимы, но об этом не знают граждане. Приученные к эффективным практикам коммуникаций в соцсетях с частными структурами, они полагают, что теперь достаточно лишь тегнуть чиновника в описании проблемной ситуации, как будет запущен механизм по её решению. В случае с коммерческими структурами это нередко действительно так и работает. Например, достаточно написать гневный комментарий на странице мобильного оператора или банка или даже упомянуть бренд в посте, как через некоторое время появляется официальный представитель компании, который начинает исследовать вопрос. Нередко регламенты менеджеров предписывают даже регистрировать жалобы в социальных сетях для их обязательной обработки. Но всё, что мы описали, не является обязательной практикой даже для бизнеса – лишь для тех компаний, которые прописали это своей внутренней документацией.

А это вообще законно?

Что же касается государственных органов, то не существуют таких правовых процедур, которые бы обязывали рассматривать обращения граждан через соцсети. Если честно, я даже не уверен, насколько законно то, что обращения граждан обрабатываются аккаунтами некоторых акиматов на Instagram или Facebook. Ведь не существует закона, который бы определял, что такое "официальный аккаунт государственного органа в социальных сетях", какова процедура его верификации, а также каковы последствия взаимодействия граждан и государственных органов на иностранных развлекательных платформах.


Читайте также: Касым-Жомарт Токаев зарегистрировался в Instagram


То, как граждане могут обратиться к государственным органам, в частности, к акимам, исчерпывающе описано в Законе "О порядке рассмотрения обращений физических и юридических лиц". Именно в этом законе описано, как можно пожаловаться чиновникам так, чтобы они были обязаны реагировать на обращения людей. Максимум, на что может быть похожа жалоба в социальных сетях, так это на обращение "по общедоступным информационным системам", но критическое требование к такому обращению заключается в том, что оно обязано соответствовать требованиям об электронной цифровой подписи (ЭЦП). Совершенно очевидно, что аккаунты в социальных сетях ЭЦП не верифицируются.

Дружба без последствий

Если для казахстанцев и казахстанок личные аккаунты акимов в соцсетях не имеют никакой практической пользы, то имеют ли они значение хотя бы для самих чиновников? Скорее всего, нет. Однако они имеют значение для защиты государственного аппарата в целом.

Уязвимое место государственной службы – это необходимость следовать процедуре. Одной из таких обязанностей является гарантированный ответ на обращения граждан, оформленные надлежащим образом – в виде зарегистрированного бумажного обращения или через систему электронного правительства с помощью ЭЦП.



Граждане имеют право задавать вопросы, жаловаться, писать заявления по любым вопросам любое количество раз, и чиновник обязан реагировать на такие обращения. Но только, если речь идёт об установленном законом порядке. В случае же с социальными сетями граждане сколько угодно могут писать комментарии, личные сообщения, тегать и призывать акимов разобраться в проблемах – любые ответы не только остаются на усмотрение самого акима (или человека, который ведёт его аккаунт), но к тому же они не имеют никакого официального значения или последствий. В случае серьёзных претензий гражданский гнев будет выражен не в отношении реального чиновника, а в отношении его голограммы в виде аккаунта в социальной сети.


Читайте также: Касым-Жомарт Токаев зарегистрировался в Instagram


Также присутствие государственных служащих в соцсетях создаёт иллюзию открытости, транспарентности, готовности к диалогу, что способствует формированию позитивного образа госслужбы в общественном сознании. Но это лишь иллюзия, на самом деле аккаунты чиновников служат только односторонним интересам самих чиновников.

Чиновники ближе, чем кажутся

Особого внимания требует ещё один нюанс: Касым-Жомарт Токаев на встрече акимов подчеркнул, что их активность в социальных сетях особенно важна в предвыборный период. Дело в том, что как только акимы создают аккаунты, в силу самого их статуса, они тут же обзаводятся большим количеством подписчиков и подписчиц. Например, меньше чем за месяц Facebook-аккаунт акима Караганды Нурлана Аубакирова обзавёлся 4 825 френдами, с акимом Жезказгана Кайратом Бегимовым, у которого всего две публикации, подружились уже 2 263 человека, а, например, за акимом Шымкента Габидуллой Абдрахимовым в Instagram теперь следят более 28 тысяч подписчиков – между тем первая запись в его аккаунте появилась не ранее 2 апреля. Можно предположить, что людей привлекает не контент, а власть, которой обладают эти люди, в частности, власть решать их проблемы.

Однако "дружба" с чиновником и уж тем более подписка на его обновления делают граждан потребителями государственной пропаганды.

На самом деле чиновники ближе, чем кажутся, – они находятся в нескольких шагах от почтового отделения, с которого можно отправить заказное письмо в канцелярию с претензиями, жалобами, вопросами и предложениями, или в нескольких нажатиях клавиш, если у вас есть ЭЦП.

Чиновники не обязаны отвечать в Facebook, но обязаны отреагировать, если вы знаете правила, по которым они живут. Если вы действительно хотите заставить акима работать – пишите письмо за письмом, снова и снова. Если же вы думаете, что вам поможет "дружба" в социальной сети, то не удивляйтесь, что максимум, который вы получите, – это лайк к вашей фотографии с котёнком.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter