А как иначе, если с фото на тебя смотрит красавица, смахивающая на принцессу Диану, в роскошных одеяниях и томным взором? В действительности Ольга абсолютно лишена пафоса, невероятно открыта и весела, что совершенно не соответствует ни содержанию её книг, ни образованию краеведа. Такая женщина не станет тихо стареть в пыльной шали где-то в запасниках музеев. Спокойствие – это не для Володарской! Она с равным азартом хватается за любую авантюру, вплоть до ловли покемонов, стихийной поездки в тропики и новый роман, коих в её багаже уже около трёх десятков.

– Ольга, пару лет назад я читал в сети такой пренебрежительный плевок от некоего критика в ваш адрес, при этом сложилось абсолютное впечатление, что он ваших книг не читал. Однако определённая доля правды в его словах есть. Как же так получилось, что детектив, написанный женщиной, по сути, погубил мужской детектив?

– Не виновна, ваша честь. Мужской детектив смертельно ранили до меня. Я всего лишь наблюдаю за его агонией! Что до критики… Все "некие критики" – несостоявшиеся авторы. Потому что состоявшиеся – друг в друга не плюются. Последний отзыв на свою книгу я прочла лет восемь назад на "Озоне", и он так меня впечатлил, что я раз и навсегда решила больше отзывов не читать. Содержал он, кроме всего прочего, следующую фразу: "Ознакомилась с очередным романом Володарской, восьмым по счету, он такой же дрянной, как и все предыдущие…" Надо же так над собой издеваться. Как те мыши, что плакали, кололись, но продолжали жрать кактус. Что же касается вашего последнего вопроса, то это не ко мне. Я всегда говорила, что в моих детективах… мало детектива.

– В выборе жанра достаточно многим приходится ориентироваться на кого-то. После кого вы решили: буду писать детективы?

– Все просто: когда я начинала, это был самый востребованный жанр. А то, что писала я, то есть сюрреалистические притчи, издателей не интересовало. Пришлось переквалифицироваться.

– Есть ли какие-то корифеи жанра, на которых писательнице Володарской не стыдно равняться?

– Моё любимое детективное произведение – это "И заплакал палач" Фредерика Дара. Если б я написала подобное, то могла бы с чистой совестью уйти на покой. Пока же МОЙ роман не написан.

– Если мы говорим о детективе, то часто в книгах отечественных авторов видим стандартный набор. Если это женский детектив, то героиня – обаятельная дура, вляпывающаяся в неприятности с завидным постоянством и с завидным же постоянством из них выпутывающаяся, либо женщина-следователь с непростой судьбой. Если герой – мужчина, то он непременно крутой спецназовец в прошлом, и теперь, когда братва попросила его о помощи, он бежит, ломая преграды. Либо он – правильный мент. В западной литературе всё совершенно не так. Почему же наши издатели в основном печатают книги, так сказать, о доярках и ментах?

– Не знаю. Честно сказать, я не читаю детективов. Когда-то, да, с удовольствием это делала. Но это были классики. Так что я не очень хорошо знакома с тенденциями. Мои романы не о доярках и ментах, хотя и эти персонажи в них присутствуют. Я вообще пишу обо всех. Мне люди интересны.


Ольга Володарская

– Поправьте меня, если ошибаюсь, но мне кажется, что в России не приживаются книги определённого жанра. Если мы зачитываемся, скажем, Стивеном Кингом, или его сыном Джо Хиллом, или Дином Кунцем, то российская земля своего короля ужасов не родила до сих пор. То же самое и с детективными романами. Почему же у нас так и не появилось ни своего Стига Ларсона, ни Ю Несбё, ни Тесс Геритсен с настоящим интеллектуальным романом, достойным мощных экранизаций? По-моему, последним, кто смог на этом поприще чего-то добиться, был Акунин. Ну, Лукьяненко ещё.

– Тоже неплохо. Уже двоих назвали. И давайте начистоту, Кинга мощно экранизировали лет сто назад. За последние же годы сняли "Голодные игры" и "Лабиринт". Я читала книги этих серий, сидя в аэропорту в ожидании рейса. Но разве это интеллектуальное чтиво?

– А что тогда интеллектуальное чтиво?

– То, которое нас не просто развлекает, а заставляет размышлять. Хороший пример удачной экранизации интеллектуального романа – фильм "Полёт над гнездом кукушки" по одноимённому роману Кена Кизи.

– Как часто вы ловите себя на мысли, что для описания той или иной сцены или ситуации вам не хватает образования?

– Если я по образованию историк-краевед, то должна писать исключительно книги о нижегородских купцах-миллионщиках и Максиме Горьком (я родилась и живу в Нижнем)? А Александр Друзь – обо всём на свете? Естественно, я многих вещей не знаю. Впрочем, как и Друзь. Но даже Дэна Брауна щёлкали по носу за "Код Да Винчи". Хотя он, я уверена, изучал вопрос досконально. Придраться всегда есть к чему, было бы желание.

– Кто вас консультирует? Наверняка ведь приходится обращаться к специалистам.

– У меня есть роман "Неслучайная ночь". В нём главные герои – кайт-серферы. Я написала одному из них на специальном сайте, и он любезно согласился меня консультировать. Кстати, мы собирались снимать по этой книге фильм, но не нашли инвесторов.

– В ваших книгах то и дело мелькают темы маньяков-убийц. Если пролистать содержание книг большего числа отечественных писательниц, маньяки – тема плодотворная, встречающаяся у каждой второй, если не первой. Как вы считаете, почему тема сексуального насилия используется писательницами так часто? Ходовой товар?

– Маньяки нам просто интересны. Мне лично – совершенно точно. Мой любимый сериал – "Декстер". Он про маньяка, убивающего маньяков. "Хауса" тоже люблю. И "Шерлока". Но и эти герои, прямо скажем, не самые нормальные парни на планете.

– Ещё одна составляющая ваших книг – гламур и богема: актрисы, богачи, красавицы, кража роскошных драгоценностей. Но в последнее время, как мне кажется, читатели от красивой книжной жизни подустали и вернулись к простым смертным. Редакторы не просят вас писать о чем-то ещё?

– Меня просят писать помягче. Избегать некоторых запретных тем, хотя книги выходят в серии "нет запретных тем". В общем, это нелогично. Но что поделать. Хозяин, то есть издатель – барин. Я, к примеру, десять лет назад хотела написать книгу о садо-мазо культуре. Даже с основателем нижегородского клуба БДСМ познакомилась, но мне не то чтобы запретили… отговорили. Якобы среднестатистический читатель не примет эту тему. Сейчас, когда весь мир уже проглотил "Пятьдесят оттенков серого" с его продолжениями, я тяжко вздыхаю.

– Если расширить предыдущий вопрос, складывается впечатление, что все ваши книги – о Золушках, о красивой жизни, недоступной простым людям. Вы решили создавать сказку для читателей или же в этом есть что-то личное?

– Я решила создавать сказку для себя… И в этом нет ничего личного. Или есть, тут с какой стороны посмотреть. Я не откажусь от "принца", но вряд ли он мне попадётся. Но почему бы не помечтать? А Золушка – прекрасный персонаж. Гораздо лучше Емели.


Ольга Володарская

– Если же затронуть тему гламура и красивой жизни, то от писательницы Володарской и в личной жизни ждёшь светских фото, бриллиантов и как минимум "Ламборгини Диабло". Но в действительности, насколько я знаю, всё гораздо скромнее, а сейчас и подавно. Как на вас отразился кризис и отразился ли вообще? Я имею в виду тиражи и гонорары.

– У большинства тех, кто выкладывает фото в социальных сетях в "Ламборгини", тоже нет этой крутой тачки. Да что там, вообще никакой нет! В лучшем случае арендуют на сутки, а то и просто просят у посторонних в ней попозировать. И мы сейчас не о глупых девочках с надутыми губками, а о вполне зрелых, известных людях. Меня они забавляют. Я же пыль в глаза не пускаю: смогла заработать на более-менее комфортную жизнь –уже хорошо. Для счастья здоровому человеку нужно не так много денег на самом деле. А гонорары – да, не радуют. Вот уже два года я не балую себя: не покупаю часов и украшений. Донашиваю старые шубы, благо, их три, пусть одна и из мутона. И в Португалию, о которой мечтаю, похоже, опять не попаду в этом году.

– Порой в общении с писателями возникает довольно грустный разговор на тему: "Уж сколько их упало в эту бездну". Появляются какие-то проекты, а потом, после громкой рекламы, от них ничего не остаётся. Вы же продолжаете стабильно выпускать три книги в год. Существует ли рецепт писательского успеха, или же нужно просто попасть в нужную струю?

– Нужно быть работоспособной и дисциплинированной в первую очередь. Одну-две книги написать легко. Даже три-четыре. А тридцать-сорок – очень сложно. Мне, увы, не хватает времени, чтобы романы довести до ума. Иногда сдаю "сыроватыми", потому что сроки. Но я не виню издателя, у него чёткий план, а виню себя. Значит, надо работать больше и лучше.

– Когда в последний раз вы испытывали настоящий восторг от написанного другим писателем? Что это была за книга?

– Как это ни печально, давно не испытывала. Но я и читаю сейчас немного. Две-три книги в месяц. Последнее, что понравилось – это "Манюня" Нарине Абгарян.

– Сделало ли ваше творчество вас счастливой?

– Безусловно. Я занимаюсь любимым делом и получаю ещё деньги за это. О чем ещё можно мечтать? Разве что о Португалии, потому что "Ламборгини" мне без надобности.

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter