Казахстанский писатель Данияр Сугралинов хорошо знаком любителям жанра LitRPG не только в нашей стране, но и за её пределами. Начинал с самиздата. Его серии книг Level up и "Дисгардиум" переведены на английский язык, причём первая недавно вышла на немецкий рынок, где так же стала бестселлером. Это один из успешных казахстанских авторов, книги которого можно купить на Amazon. Казахстанский режиссёр Фархат Шарипов экранизировал роман Данияра "Кирпичи 2.0", этот фильм – "Тренинг личностного роста" – был удостоен гран-при Московского кинофестиваля.


Читайте также: Казахстанский фильм "Тренинг личностного роста" завоевал гран-при ММКФ


Редакция informburo.kz полтора года назад разговаривала с Данияром, тогда он ещё работал в сфере IT, и писательство для него было лишь хобби. Мы решили узнать, что изменилось в жизни успешного казахстанского писателя, почему он уехал в США и собирается ли возвращаться на родину.

"Русскоязычная аудитория активно качает с пиратских площадок"

– Данияр, скажите, пожалуйста, что вы делаете в Штатах? По "Болашаку" уехали?

– Нет, никакого "Болашака". Супруга у меня художник и хочет быть художником по спецэффектам. Я хочу быть сценаристом телешоу, сериалов и кино. Мы нашли университет, в котором мы бы хотели учиться – Full Sail University. На последнем "Оскаре" было представлено более 50 его выпускников. Чтобы туда поступить, нужно хорошее знание языка, поэтому мы последние полгода занимаемся прокачкой английского в языковой школе и уже достаточно хорошо подтянулись, но нужно ещё немного, чтобы добрать по баллам и поступить в университет. Обучение дорогое, оплачивать мы будем сами. Хотим за свои деньги получить максимум знаний – соответственно, чем лучше мы узнаем язык, тем полезнее будет учёба. Кстати, почему я выбрал американский университет, а не казахстанский, – потому что здесь дают стажировку после учёбы в крупнейших компаниях: Universal, Columbia Pictures, Disney. Это очень круто, с таким опытом можно в Казахстане что-то серьёзное уже делать.

– Грантов нет?

– Нет. Там есть international scholarship – это небольшая скидка для международных студентов, мы на неё будем подавать. Но она не покрывает даже половину обучения.

– В Казахстан планируете возвращаться?

– Планируем. Цель – обучение, и у нас есть побочные цели, например, мне как писателю интересно узнать американский образ жизни. Сын, ему 8 лет, учится в американской бесплатной школе, public school, и, соответственно, тоже очень хорошо язык прокачивает. Я думаю, никто не будет отрицать, что знание английского очень важно в будущей жизни. Потом мы вернёмся в страну.


Данияр с сыном

Данияр с сыном / Фото из личного архива Данияра Сугралинова

– Полтора года назад вы уже давали интервью informburo.kz, и тогда вы сказали, что для вас пока писательство – это хобби, потому что оно приносит менее 50% вашего дохода. Сейчас можно ли говорить о том, что писательство стало профессией, и достиг ли доход тех 50%, о которых вы говорили?

– Я могу сказать точно, что мы сейчас живём только с моего писательства, оно полностью покрывает наши оперативные текущие расходы, но пока не в том объёме, о котором можно говорить, что это всё моя профессия, что я буду заниматься этим всю жизнь. Потому что сложно предсказывать успех той или иной книги. Со всем так –с фильмами и сериалами: никто не знает, будет ли успешным фильм, будет ли успешной книга. У меня уже вышло на Amazon пять книг, четыре из них очень хорошо продаются, четвёртая, которая в соавторстве написана с Максимом Лагно из Алматы, чуть хуже. В следующие четыре месяца у меня ещё две книги выйдут, тоже на Amazon – на английском. Месяц назад вышла моя книга Level Up на немецком рынке на немецком языке, и надежда, конечно, есть, что чем больше книг будет продаваться, тем шире будет моя аудитория потенциальных читателей.

– А что такое "хорошо продаётся" в цифрах?

– Я могу сказать только про первую Level Up, так как она продаётся уже почти 9 месяцев. Продано более 20 000 экземпляров, и в сумме у меня за прошлый год продано больше 60 000 копий книг, если считать все форматы (электронка, аудио, бумага).

– Аудитория какая больше скачивает – русскоязычная, англоязычная?

– Русскоязычная аудитория активно качает с пиратских площадок и торрентов бесплатно. С русскоязычной аудитории я практически ничего не зарабатываю. В том числе и потому, что русскоязычные агрегаторы, такие как "ЛитРес" или издательство "Эксмо", очень мало платят авторам – большую часть себе забирают.

– На Amazon другая система?

– Аmazon 70% отдает автору, а "ЛитРес", например, отдает 25%. Такая математика...

– То есть получается, для русскоязычной аудитории писать не очень выгодно…

– Я могу просто привести в пример таких больших коммерческих авторов как Пелевин, Акунин, Лукьяненко – они очень хорошо всегда продавались и коммерчески успешные, даже при этом их тиражи сейчас сокращаются по сравнению с тем, что было 2-3 года назад. Что уже говорить о таких новичках, как я? Сейчас средний тираж новичка, которого выпускает АСТ или "Эксмо", – это 1000-1500 экземпляров. И не все книги продаются. Они не продаются не потому, что книги плохие, а потому что в магазины их либо не берут дистрибьюторы, либо запихивают куда-нибудь на нижние полки, где их никто не может найти. Но это отдельная тема. Просто большинство моих коллег давно перестали надеяться на продажу бумажных книг, многие предпочитают не отдавать права издательствам, а продавать самостоятельно электронные копии.

– Скажите, вы говорили в одном из ваших постов о том, что, перечитывая сейчас ваши первые книги, вы бы их наполовину сократили. Это с чем связано?

– С опытом приходит, наверное, понимание многих вещей своего ремесла, когда ты понимаешь, как лучше подать какую-то сцену и передать мысли, эмоции героев, о чём обязательно нужно писать, что лучше вообще не вписывать в книгу, и просто приходит понимание, как сделать книгу лучше. Я уверен, что я не один такой – любой успешный писатель стыдится своих первых книг.

"Я и не говорю, что я писатель"

– Как вам экранизация "Кирпичи 2.0" – фильм "Тренинг личностного роста"?

– Я неоднократно уже давал оценку работе Фархата Шарипова, мне очень понравился фильм и сценарий, и я нисколько не переживаю и не переживал, что от книги ничего не осталось. Фархат, как любой творческий человек, не хотел заниматься ремесленничеством, он хотел снять свою историю, и у него это получилось, и получилось отлично. Я надеюсь, эта картина добьётся успеха. Я знаю, что прокат не очень хорошо прошёл в Казахстане, картину даже сняли довольно быстро с показов в кинотеатрах. Но мы этого ожидали, Фархат изначально говорил, что это не коммерческий проект. Он надеется, что на фестивалях эту картину успешно примут.

– Почему сами не писали сценарий к фильму?

– Вот как было дело. Мы с Фархатом очень долго писали вместе, продумывали, что переделать, потому что в книге много мыслей героя, которые не передашь в кино, закадровым голосом пользоваться – это моветон, и поэтому месяца три, наверное, я к нему приезжал, он – ко мне, встречались в его студии на "Казахфильме". В итоге перед новогодними праздниками всё завершилось. Какие-то даже съёмки были, кастинг. А потом через месяц Фара выслал мне свой вариант сценария и попросил почитать. Я начал читать где-то в 12 ночи и закончил к двум часам. Мне очень понравилось, я читал запоем, и очень хотелось увидеть, какой из этого фильм получится.

– Вы всю жизнь занимались IT-технологиями. Сейчас вы говорите, что вас кормит писательство. IT вы забросили, или всё-таки есть какие-то проекты, которые ведёте?

– Нет, ничего нет. Я предпочитаю фокусироваться на одной цели. Я сфокусировался. Я уже неоднократно повторял, что когда я решил сменить деятельность, я дал себе по большому счёту три года, чтобы по итогам этого времени посмотреть на результаты. Я не считаю, что человек после 40 завершает свой жизненный путь, едет, грубо говоря, с ярмарки. Сейчас в Америке я насмотрелся, как люди в 40, и 50, и 60 лет учатся в университетах, меняют профессию, кардинально меняют деятельность, живут полной жизнью, и мне это очень нравится.

– Не страшно было менять всё? Ведь уже налажены какие-то связи, есть, соответственно, определённый уровень дохода. И вот так всё бросать и с головой уходить в писательство, которое, непонятно, принесёт или не принесет доход.

– Я лёгкий на подъём, мне всегда всё просто давалось. Решения давались просто, не могу сказать, что все мои решения в жизни были верными, но это большой опыт. Опыт даёт мудрость, мудрость даёт возможность жить успешней и умнее, чем до этого.

– Сколько в день вы тратите времени, чтобы писать книгу? Вы как-то рассказывали в своих постах в соцсетях, что научили себя контролировать и писать, даже когда нет вдохновения.

– Я уже говорил, что писательство – это такая же профессия, как любая другая, как работа журналиста, работа дорожного полицейского, и естественно, что у меня тоже бывает такое настроение, когда неохота. Тот, кто работает где-то, он же не может утром сказать: что-то сегодня не хочется работать, останусь дома. Если он так сделает, то его уволить могут. Писателя уволить не могут, но с ним может разорвать контракт издательство, литературное агентство, читатели могут расстроиться, которые ждут продолжения любимой серии, и, опять же, нужно оплачивать счета.


На презентации книги

На презентации книги / Фото из личного архива Данияра Сугралинова

– Ваши книги в основном связаны с теми же IT-технологиями, компьютерными играми и так далее. После ухода из сферы IT кроме IT-технологий вы пытаетесь в какую-то другую сферу заглянуть и, может, о чём-то другом написать? Вот вы сейчас живёте в Америке. Не было желания написать книгу – сравнение Америки и Казахстана?

– Вот если бы я был художником, я бы очень легко ответил на этот вопрос. Был такой известный художник-маринист – Иван Айвазовский, творчество которого мне очень нравится. Он по большей части рисовал море и флот. Так вот, он как-то поехал в Египет, увидел пирамиды и захотел отобразить на полотне. И нарисовал их за три дня. Книги в отличие от картин, и я не говорю про рассказы, всё-таки требуют больше временных затрат. У меня очень много идей, мне хочется и про казахстанскую жизнь написать, и детектив, и антиутопию, но я сейчас сделал себе имя как писатель в жанре GameLit, LitRPG, и американские читатели ждут моих книг именно в этом жанре. Соответственно, если я напишу сейчас что-нибудь другое – боевик, или детектив, или триллер, – они просто обманутся в ожиданиях, и я, скорее всего, не заработаю столько денег, сколько бы заработал, написав очередную LitRPG-книгу.

Я знаю, очень многие люди считают, что, если писатель пишет ради денег, то это не писатель. Так я и не говорю, что я писатель. Мне нужно кормить семью, у меня мама старенькая, парализованная после инсульта, ей помогать надо, сестрёнке помогать надо, племяннику, папа на пенсию вышел, пенсии у нас сами знаете какие, тоже надо помогать. И когда такая ответственность, то мне уже, честно, не до рефлексии, не до самореализации творческой. Но я точно знаю, что мой предел – это четыре книги в год. И я знаю уже, какие четыре книги я буду писать. То есть две я уже написал и ещё две напишу точно, может быть, три. И вставлять в эти три потенциально коммерчески успешные что-то экспериментальное пока не могу себе позволить.

"Я не хочу критиковать нашу страну"

– Вы говорили о том, что у вас в планах была антиутопия, в прошлом интервью вы отметили, что очень любите свою страну и слишком казах для того, чтобы написать антиутопию про Казахстан. Но если учесть, что вы сейчас живете в Америке и постоянно сравниваете обе страны, не изменилось ли ваше мнение, не появилось желание действительно когда-нибудь написать антиутопию про Казахстан?

– Я не хочу критиковать нашу страну, потому что я всегда очень чётко следую пословице "Не плюй в колодец, из которого пьёшь". Для меня Казахстан – это не какая-то абстрактная власть, для меня Казахстан – это люди, мои родные и близкие, друзья, люди, с которыми я работал, это места, которые я люблю. Я жил в Актобе, я жил в Астане, в Алматы последние три года жил. Каждый из этих городов – это часть меня. В Актюбинске я родился, провёл всё детство, в Астане реализовался как бизнесмен, в Алматы я стал писателем благодаря духу этого города и атмосфере. Какая может быть критика с моей стороны? Я пишу о том, что есть вещи, которые можно было бы сделать лучше. Но чтобы было так, нужно, чтобы все люди этого захотели, а не один Данияр Сугралинов пошёл с транспарантом и сказал: почему вы такие? Американцы такие, потому что у них выхода другого нет. Это совсем другой менталитет. Это как сборная мира, это не русские, это не казахи, не африканцы, – это реально сборная мира. Я живу в многоквартирном доме, здесь кого только нет, из каких только стран: из Новой Зеландии, с Гавайев, из Мексики, Японии, Китая. Южная Америка вообще представлена всеми странами. И у всех разный менталитет, разное понимание вежливости, правил хорошего тона, личного пространства. И понятно, что если не будет взаимного уважения и соблюдения единых правил, будет бардак, поэтому они чётко следят, чтобы всё было правильно. Иногда это до маразма доходит, но про это уже много Задорнов в своё время рассказал.

– Вы можете представить своё возвращение в Казахстан после жизни в Штатах? С чем вы не смогли бы смириться после жизни там?

– Здесь на самом деле преступности куда больше, чем у нас, каждый день по местному каналу показывают: где-то кого-то кто-то убил, застрелил, ограбил. Другое дело, что почти всех ловят очень быстро, потому что везде камеры, все социально ответственные, никто не будет молчать, если кто-то нагадит в подъезде, об этом сразу сообщат и примут меры. Или человек выгулял собаку и не убрал за ней, свидетели сразу же пожалуются на него в администрацию жилого комплекса. Это community, маленькое сообщество соседей, оно само себя регулирует, само создает порядок внутри этого сообщества. Вот этого мне будет не хватать, потому что у нас всё-таки часть людей придерживается принципа: это не моё дело, моя хата с краю. Поэтому в лифтах кнопки выжигают, лампы выкручивают, стёкла бьют. Нет ощущения общности и неотвратимости наказания за содеянное.

"Я очень критично отношусь к тому, что делаю"

– Вы как писатель уже попадаете в американские обзоры, можете себя уже назвать успешным, как вы считаете?

– Честно, очень не люблю давать оценки самому себе и своим действиям, со стороны всегда виднее. Конечно, мне хочется сказать: вот я молодец, я успешный, но я очень критично отношусь к тому, что делаю, и, на мой взгляд, мне ещё очень далеко до успеха. Я смогу сказать, что я успешный, когда фильм по моему сценарию или по моей книге будут показывать в кинотеатрах всего мира, – вот это будет успех. Если моя книга попадет в топ-100 Amazon хотя бы на один день, это тоже будет большой успех, но пока мне просто удаётся идти пусть не по очень крутой дороге, но вверх.

– После ваших успешных публикацией на Amazon казахстанские издатели выходили с вами на связь?

– Я не знаю казахстанских издателей, которым бы это было интересно. Я знаю, "Аруна" издаёт детскую литературу, "Мектеп" издаёт по большей части учебники. Ержан Рашев вроде за свой счёт книгу издал, Баян Есентаева тоже за свой счёт книгу издала. Я ни одной своей книги за свой счёт не издавал, потому что вообще не верю в бумагу, последние шесть лет я читаю с телефона, планшета, с электронного ридера, и, соответственно, мой способ чтения переносится на моё отношение к книгам бумажным.

– Данияр, ваши книги переводят на английский, теперь уже и немецкий, в планах переводы на другие языки есть?

– Вот буквально заканчивая с вами разговор, увидел сообщение, что ещё одна книга на немецком выходит в начале июня в Германии. Вторая книга серии Level Up. Вообще, собираются все мои книги на немецкий переводить. Сейчас переговоры идут с чешским, польским издательствами, с корейским, но корейцы в этом плане медленные. Литературный агент говорит, что до года они всё обсуждают, в том числе их специально обученные люди проверяют, нет ли в этой иностранной литературе каких-то антикорейских вещей. Был прецедент, перевели и издали в Южной Корее одного коллегу по жанру, а там граждане этой трудолюбивой страны чуть ли не главные антагонисты и вообще нехорошие "человеки"...

– Собираетесь писать книги на английском?

– Да, конечно. Но я, честно, не знаю, когда это может случиться, просто потому, что нужно здесь прожить, наверное, хотя бы несколько лет, впитать культуру и менталитет, чтобы на бытовом уровне уметь писать. Наши литераторы, обсуждая литературу, говорят о том, насколько богатый язык использован автором, настолько он метафоричен, какие там двойные и тройные потайные смыслы заложены. Здесь же во главе угла ставят сюжет, особенно в киносценарии – всем плевать, какими словами ты описал действия героя, важно само действие, которое является шагом в продвижении сюжета. Поэтому да, я надеюсь, что я смогу писать на английском и писать интересные истории. У меня очень много хороших идей, на мой взгляд, которые стоит расписать.

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter