Люди предпочитают помогать напрямую

– Айдан Тулеутаевна, расскажите, меняется ли в обществе отношение к благотворительности?

– Конечно, меняется. Наш фонд начал работать 14 лет назад. Тогда в Казахстане о благотворительности мало кто знал, и ещё меньше – занимались ею профессионально, за исключением крупных международных компаний, сотрудники которых принимали участие в проектах корпоративной социальной ответственности.

Сейчас мы видим активность. Есть волонтёрские объединения типа "Я – Алматинец", группы помощи бездомным животным, ведётся активный краудфандинг (сбор денег) в соцсетях для людей, попавших в трудную жизненную ситуацию. Это говорит о том, что благотворительность и желание творить добро для многих казахстанцев стали важной жизненной ценностью.

Вместе с тем мы видим определённую настороженность в отношении фондов. Люди предпочитают помогать напрямую, а не через фонд, по принципу: вижу человека – помогаю.

Но есть и обратная сторона у такой благотворительности. Как правило, сложно проследить, куда и сколько направлено средств от краудфандинга. Если отчёта с чеками нет, то мало шансов, что в будущем человек останется благотворителем.


Читайте также: Почему благотворительность в Казахстане – это тяжёлая работа?


Мы отчитываемся вплоть до 1 тенге. Уже четыре года подряд мы добровольно проводим аудит с привлечением компании из Big4. Финансовые отчёты о реализованных проектах, начиная с 2007 года, выложены на нашем сайте.

Профессиональный благотворительный фонд гарантирует полную отчётность, прозрачность и направление собранных средств на проекты.

Налоговые послабления от благотворительности незначительны

Может, казахстанцы не доверяют фондам, потому что считают, что часть денег уходит на содержание штата сотрудников и другие административные расходы?

– В нашем фонде расходы на содержание офисов, зарплаты сотрудников, их командировки покрываются учредителем, а не из спонсорской помощи и пожертвований.

Как благотворительный фонд, не ведущий коммерческую деятельность, мы не платим корпоративный подоходный налог, потому что благотворительность не подлежит налогообложению. Кстати, это ещё одно заблуждение, что фонды создаются для ухода от налогов.

Налогообложение в нашей стране не стимулирует крупный бизнес к участию в благотворительных проектах – слишком незначительны налоговые послабления. За передачу продукции фонду, например, компании-производителю придётся заплатить налоги в полном объёме, как если бы она её реализовала.

Сейчас готовятся поправки в закон о благотворительности. Мы с другими крупными фондами входим в рабочую группу по этому законопроекту и уже обратили внимание чиновников на этот барьер для участия крупного бизнеса в благотворительности. Надеемся, что наше предложение примут.

Благодаря проекту "Я тоже хочу жить" новорождённым с пороком сердца стали проводить операции

Охотно ли госорганы работают с благотворительными фондами?

– Фонды помогают решать проблемы, которые находятся вне фокуса внимания государства. Мы своеобразный буфер между обществом и государством.

Расскажу, как три фонда – "Аяла", "Дара" и "Добровольное общество милосердия" – запустили проект "Я тоже хожу жить", направленный на развитие детской кардиохирургии. В 2008 году, когда мы запустили проект, новорождённых с тяжёлыми пороками сердца практически не оперировали. 80% таких детей умирали в возрасте до одного года. Руководители трёх фондов решили достучаться до Минздрава. Эту задачу мы разделили на этапы: работу с госорганами, привлечение внимания казахстанцев к этой проблеме и обучение врачей.

Фонд "Аяла" взял на себя обучение врачей и передачу кардиохирургического оборудования. Мы нашли спонсоров и отправили бригаду врачей из Национального научного центра хирургии имени Сызганова (ННЦХ) на обучение и стажировку в одну из ведущих клиник в Бергамо (Италия). Мы передали в ННЦХ оборудование для проведения операций на открытом сердце у новорождённых. Уже в 2009 году было прооперировано 292 ребёнка. В 2009 и 2010 годах по приглашению нашего фонда кардиохирурги из Бергамо и Томского кардиоцентра приезжали учить казахстанских врачей.

Другие фонды работали с Минздравом, говорили об этой проблеме. В результате единой работы трёх фондов государство увидело проблему. Выделили финансирование, построили центры кардиохирургии с возможностью проведения операций на открытом сердце у новорождённых. Сейчас такие операции поставлены на поток.

То, к чему мы стремились, стало реальностью за пять лет ежедневной скрупулёзной работы.

Новорождённых с гипоксией обкладывают перчатками со льдом

Над чем вы работаете сейчас?

– Сейчас мы работаем над другой проблемой. 60% умерших младенцев в нашей стране – это новорождённые. Одна из главных причин смерти – поражение центральной нервной системы. В 70% случаев это происходит из-за перенесённой гипоксии.

Гипоксия при рождении запускает каскад патологических физиологических процессов, вызывающих гибель клеток головного мозга. Это можно остановить, применив гипотермию. Для этого есть аппарат, но в большинстве казахстанских родильных домов и перинатальных центров гипотермию делают "дедовскими" методами: обкладывают младенца медицинскими перчатками с холодной водой или со льдом.


Читайте также: "Есть люди, которые живут в особняках, и просят продукты". Как работают волонтёры во время карантина


Когда мы узнали об этой проблеме, то параллельно со сбором средств на покупку аппаратного комплекса направили несколько писем в Минздрав. Дошли в итоге до вице-премьера страны, чтобы сделать этот комплекс обязательным для госзакупок. Процесс начался в этом году – через два года нашей работы с госорганами.

Игрушками и сладостями не изменить жизнь ребёнка

Как вы думаете, преодолели ли благотворительные фонды порог недоверия в обществе?

– Скажу так: процесс идёт. То, что сотни тысяч казахстанцев поддерживают программы фондов через краудфандинг, говорит о позитивной динамике. Однако фондам нужно более активно рассказывать о себе.

У многих фондов нет прозрачности – отчётов о каждом потраченном тенге. Люди хотят быть уверенными, что их деньги дойдут до адресата.

Недавно мы провели социологическое исследование в нескольких городах Казахстана. Его участники были разделены на две группы:

  • те, кто регулярно участвует в благотворительности;
  • те, кто делал это раз в жизни или не делал вообще.

И вот что мы получили: респонденты из числа активистов были вовлечены в благотворительную деятельность с ранних лет, со школы. Некоторые следовали примеру родителей. Получается, что воспитание в семье, школе имеет важное значение. Нужно воспитывать людей с правильным отношением к благотворительности.

Спросите любого: "Что делает волонтёр в благотворительном фонде?". Вам ответят, скорее всего, что работает с детьми в детских домах, дарит им игрушки и сладости. Это стереотип неэффективного волонтёрства. Игрушками и сладостями не изменить жизнь ребёнка.

Правильное отношение к благотворительности, когда даёшь не рыбу, а удочку

– Чем же можно её изменить?

– Приведу пример: старшеклассники из физико-математической школы в Алматы с января занимаются с подростками из 9-11 классов трёх школ-интернатов. Помогают готовиться к поступлению в вузы, в военный лицей. Дети учат детей и делают это продуктивно. Даже педагоги интернатов отмечают, что повысилась успеваемость, появилась мотивация.

Это, на мой взгляд, и есть воспитание правильного отношения к благотворительности – когда даёшь не рыбу, а удочку. Не взращиваешь иждивенческий, потребительский подход, а учишь партнёрству, стимулируешь к переменам к лучшему через усилия, труд.

Поэтому ответ на ваш вопрос складывается из нескольких составляющих. Прежде всего нужно развивать традиции благотворительности в семье, давать правильные направления и знания о благотворительности в школе и показывать эффективные ролевые модели.

Быть добрым, благотворителем – круто, и это должно стать новым молодёжным трендом.

Какие методы привлечения средств вы используете?

– Новые механизмы привлечения средств мы заимствуем у международных НПО, краудфандинговых кампаний. Мы есть и на платформе Birgemiz.kz вместе с десятками других фондов. С 7 июня стартует акция выходного дня "1 литр = 1 тенге" на всех автозаправках GazEnergy по Казахстану. Собранные деньги пойдут на покупку оборудования для детских реанимаций.


Читайте также: Аружан Саин: Мы против того, чтобы нас вмешивали в грязные игры


От каких-то каналов отказываемся, как от малоэффективных. Нет нас и в терминалах, которые берут комиссию с транзакций в пользу благотворительных фондов. Мы не поддерживаем идею извлечения прибыли из благотворительности.

– Расскажите, как вообще появилась идея создания фонда?

– Я начинала, наверное, как и многие: старалась финансово помочь каждому, кто ко мне обращался. Но количество таких запросов только росло. Тогда поняла, что проблемы надо решать системно, а не точечно, то есть реализовывать проекты, которые помогут не пяти нуждающимся, а пяти тысячам.

Так появился фонд "Аяла". Это позволило выйти на более продуктивный уровень. За 14 лет работы мы выстроили диалог с государством, стали напрямую работать с министерствами и управлениями. Наш принцип работы с госорганами – не замещать, а помогать в узких, проблемных местах.

Сейчас мы работаем по всему Казахстану с десятками медицинских учреждений. Это реанимационные отделения больниц, родильные дома и перинатальные центры. Мы разговариваем с сотнями врачей, узнаём проблемы и находим способы решения.

– Чем конкретно занимается фонд "Аяла"?

– Фонд "Аяла" реализует благотворительные проекты в области здравоохранения и образования. Дети – главные бенефициары всех проектов и программ нашего фонда, которые нацелены на сохранение и улучшение качества их жизни, укрепление здоровья, помощь в социальной адаптации и в доступе к образованию.

Мы организовываем сбор средств на благотворительные программы, которые помогают решать такие острые социальные проблемы как сокращение младенческой и детской смертности и инвалидности в Казахстане, помощь в обучении и повышении квалификации врачей детских больниц, перинатальных центров и родильных домов Казахстана.

В образовании мы помогаем казахстанским детским домам и школам-интернатам, в том числе в области профессиональной ориентации воспитанников. Есть у нас проекты по коррекционному обучению и социальной адаптации для детей с ограниченными возможностями по зрению, слуху, с различными ментальными нарушениями.

За 14 лет работы фонд сумел привлечь более 3,2 млрд тенге в качестве спонсорской помощи от крупных компаний, работающих в Казахстане, а также в виде благотворительных пожертвований от частных лиц. На эти средства была оказана помощь 242 детским государственным учреждениям здравоохранения и образования в 66 городах и населённых пунктах страны. Благодаря таким проектам как "Дыши, малыш", "Вдохнём жизнь", "Я тоже хочу жить" в Казахстане были спасены десятки тысяч детских жизней.

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter