А до того её книга "Библия в SMS-ках" заняла второе место в Национальном конкурсе на лучшее литературное произведение для подростков "Книгуру".

В книгах Аи эН всё навыворот. Герой оказывается самым обыкновенным ребёнком, а вот условия его жизни, напротив, от реальности далеки. Возможно, писать для подростков ей помогает телевизионный опыт, ведь на протяжении нескольких лет Ая писала сценарии для еженедельной телепередачи "Советы профессора Чайникова" на канале "Бибигон", открывая для детей занимательную физику. И, как утверждает сама писательница, между прочим, кандидат физико-математических наук, именно знание физики помогает ей в создании литературных миров.

– Первый и, наверное, самый надоевший вопрос о псевдониме: почему Ая эН?

– На этот вопрос я действительно отвечала уже столько раз, что его мне почти уже перестали задавать! Ая я по паспорту. Меня хотели назвать Айрин в честь прабабушки-немки, но в свидетельстве о рождении указали более "спокойное" – Ирина. Потом, когда я выросла, я поменяла имя уже официально. Не совсем обычные имена – это, можно сказать, традиция нашей семьи. А вот "эН" возникло спонтанно, это записанное русскими буквами "N" – инкогнито. Так захотелось поиграть, когда возникла необходимость подписать первую публикацию. А потом так и прижилось.

– Несколько лет назад – и я, кстати, прекрасно помню мытарства отечественных авторов – опубликовать литературу в жанре нон-фикшн было трудно. Теперь, как мне кажется, времена изменились, на прилавках очень много литературы для подростков. Или я не прав?

– Трудно сказать, правы вы или нет, поскольку литература в жанре нон-фикшн и литература для подростков – это разные вещи. Нон-фик можно делать и для младшего возраста, а литература для подростков – это, естественно, далеко не только нон-фик, а скорее, наоборот: вполне полноценные романы, повести… Хороший нон-фик сделать и издать сложнее. Потому что для него требуется не только работа автора, но и работа художника (как правило). Это несколько усложняет задачу.

– Меня не оставляет странное чувство, что все или почти все писатели, работающие в жанре фэнтези, упорно трудятся по одному лекалу, причём это не только наших авторов касается. Сейчас объясню. Как правило, героя или героиню превращают в некоего Нео, избранного из Матрицы, бунтаря, наделяют сверхспособностями и отправляют на верную смерть… Можно массу примеров тому привести: Гарри Поттер, Трис из "Дивергента", Китнис из "Голодных игр", Джон Смит из "Я – четвёртый"… С чем, по-вашему, это связано?

– Никого не удивляет и не обескураживает то, что в детективах есть преступник (преступники) и есть крутой сыщик, который раскручивает дело? Открывая новый детектив, мы предвкушаем именно такое развитие событий. В фэнтези тоже есть свои законы, один из таких законов – герой, наделённый какими-то особыми способностями. Перед героем, естественно, стоит некая задача, непосильная для обычного человека. Ценность хорошего фэнтези – в сотворении новых удивительных миров, необычных ситуаций, сюжетных кульбитов – всего того, от чего читателю хочется нырнуть в книгу с головой и уже не выныривать!

– Не кажется ли вам, что главный герой, наделённый волшебным даром, – это определённая литературная спекуляция? Ведь гораздо проще сделать его таким образом интереснее, хотя, скажем, Том Сойер был обычным мальчишкой. По сути, герои этих книг ничего такого и не сделали, они уже родились волшебниками, их наделили определённой генетикой. Вы согласны, что это довольно предсказуемо?

– Нет, мне так не кажется. Как можно говорить о том, что Гарри Поттер или Фродо Бэггинс ничего такого не сделали? Они, да и другие герои других книг, только и делают, что что-то делают! Они меняются, растут, борются со своими слабостями и так далее. Кстати, иногда сложно бывает провести чёткую границу между "обычным" героем и тем, кого уже нельзя назвать обычным. Вот, например, Пеппи – она обычная или нет? Смогла бы она вести себя так же уверенно, не обладая сверхсилой? Тут всё достаточно сложно.

– Но герой ваших "Мутангелов", наоборот, обычный мальчик в ненормальном мире?

– И опять нет. Дюшка Клюшкин – последний человек на планете, населённой мутантами. Но нельзя сказать, что мир мутантов ненормальный. Давайте проявим толерантность! Там целый мутантский мир, развитая цивилизация, которая живёт по своим законам. Для них это норма. Так что именно Дюшка со всеми своими чувствами там является не-нормой! Да, он "обычный" – для нас, но не для них. Более того, мутанты по-своему, как умеют, оберегают его, им целый секретный институт занимается… Кстати, перед Дюшкой долгое время и не стоит никаких сверхзадач, да и вообще никаких задач не стоит. Весь сыр-бор начинается из-за того, что он просто хочет стать таким же, как все, то есть мутантом. Причём никаких особенных способностей и не хочет, хочет просто уметь отключать боль или есть пищу, которую можно есть всем.

– Ещё один, может быть, достаточно скользкий момент, но мне кажется, тема избранности в определённой степени программирует ребёнка на одиночество, увлечение субкультурами и прочими не самыми приятными и полезными вещами. Смотрите: у Гарри Поттера вне Хогвардса нет друзей, у Трис – нет друзей, у Китнис – один друг, он же потенциальный молодой человек, и даже у Бэллы из "Сумерек" с друзьями не густо. Что если ребёнок, прочитав эти книги, подумает, что подобная жизнь – это нормально? Ведь, к примеру, в книгах "Васёк Трубачёв и его товарищи", "Тимур и его команда" был мощный посыл к коллективной жизни.

– Тут я с вами отчасти соглашусь, отчасти нет. Примеры с Тимуром и Васьком, скорее, исключение из правил, сюжеты этих книг были в значительной степени продиктованы запросами социума, они отражают дух эпохи. "С друзьями не густо" – а почему должно быть густо? Близких, настоящих, друзей у любого среднестатистического человека не так-то много, и это нормальное явление. Вот если друзей совсем нет – это уже беда, это уже, наверное, путь к психологу.

Что касается опасности субкультур – смотря каких субкультур, смотря в какой степени человек уходит в них. Как правило, это не более чем просто игра. Мой сын, например, примерно год был готом, слушал "Лакримозу" и носил только чёрное, после чего влюбился и немедленно поменял и гардероб, и музыкальные пристрастия. И точно могу сказать, мы с мужем куда больше переживали, когда он не был готом, но увлекался паркуром и прыгал с крыши на крышу!

А вот об избранности, точнее, об ощущении избранности – да, мне кажется, такая опасность есть. К счастью, большинство детей и подростков отдают себе отчёт в том, что они не избранные, поэтому могут расслабиться и жить обычной жизнью!

– Образование физика помогает в творчестве или же мешает? Вообще, приходилось ли вам, работая над книгой, понять: я недостаточно образована, чтобы написать вот это?

– Скорее, помогает. В работах над книгами образованности хватает, но вот при написании научных статей такое бывало, и не однажды. Но на этот случай существуют научные руководители, эксперты, консультанты, они помогают разобраться, указывают на ошибки.

– Писать для детей, на мой взгляд, бо́льшая ответственность, чем писать для взрослых, хотя бы потому, что все писатели, что бы ни говорили, пишут прежде всего для себя. Не было ли у вас страха, что дети не поймут ваших мыслей?

– Страха не было и нет, но есть понимание того, что да, не все дети поймут. Книги выходят очень большими тиражами, их читают тысячи совершенно разных детей. Они разные по возрасту, по эрудиции, по интересам.

– Вы сами в детстве были послушным ребёнком или же сорвиголовой?

– Я была послушным, но очень-очень-очень упрямым ребёнком.

– Насколько вы снисходительны к детским шалостям? Что вы можете позволить и простить ребёнку, а что считаете неприемлемым?

– Всё зависит от конкретного ребёнка и… от конкретного родителя. Очень часто причина шалости – попустительство родителей. Буквально на днях у нас возник разговор о том, как в супермаркетах родители позволяют детям пить или пробовать что-то, а потом оплачивают на кассе уже пустую или вскрытую упаковку. Для меня это было шоком! Ничего подобного я никогда не позволяла своему ребёнку. Хочешь вот это? Хорошо, мы возьмём. Но открывать пока нельзя, это ещё не наше, это чужое. Мы заплатим – тогда и откроешь. Нельзя – и всё. "Ой, ну как же это! – всплеснула руками коллега. – Это же ребёнок! А если он хочет пить? Попробуй удержать!" Она очень удивилась, узнав, что на случай "хочу пить" у меня в сумке всегда лежал маленький пластиковый термос.

– Как вы считаете, какое место в жизни ребёнка должны занимать книги-комиксы? Не нужно ли всё-таки ограничить ребёнка от такой литературы? Или же, так сказать, поезд уже ушёл, запрещать поздно, пусть читает хоть что-то?

– Рискну дать совет: если вам не нравятся те комиксы, которые читает (скорее, листает) ваш ребёнок, попробуйте предложить ему для начала хорошие комиксы. Есть такие обалденные комиксы – произведение искусства! Они не очень популярны в нашей стране да и стоят дорого. Но их можно найти на английском, было бы желание.

– Хотел пофилософствовать на тему, что, мол, при СССР книги были добрее, а затем вспомнил, как в школьной программе проходили и Гавроша, и Козетту, и Герасима с его Му-Му, да и Мальчиша-Кибальчиша ждала героическая, но всё-таки смерть. Вот и в последних книгах о Гарри Поттере, "Голодных играх" полюбившиеся персонажи погибали. Насколько смерть оправданна в книге для подростков?

– Увы, смерть – это естественное явление нашей жизни. Мы все рано или поздно умрём. Эту тему не стоит затрагивать в литературе для малышей, с большой осторожностью – в литературе для младшего школьного возраста. Но представьте, что во всех книгах будут розовые ура-финалы. И мы заранее будем знать, что все окончится прекрасно-распрекрасно, злодеи исправятся, а положительные герои дружными рядами будут абсолютно и беспросветно счастливы. Лажа получится.

– Какие книги писательница Ая эН порекомендует для обязательного прочтения детям? И какие не порекомендует категорически?

– Списков "обязательной для прочтения литературы" так много, что у многих (и у меня в том числе) уже скулы сводит при одном упоминании о таких списках. Но если речь идёт о выборе книг для совсем маленьких детей, тут можно порекомендовать родителям аккуратно выбирать книги по… иллюстраторам. Порой бывает так, что взрослые покупают книгу, хорошо им известную, но не смотрят на то, как она нарисована. Тут надо помнить, что это в наших, взрослых, головах хранятся сотни самых разных образов Красных Шапочек и Серых Волков. А для малыша это всё – новинка. В его голове закрепится то, что он увидит первым, и на это потом будут надстраиваться другие образы. Но всё это – дело индивидуального вкуса в конечном итоге. Доверьтесь себе, своей интуиции – и всё будет хорошо!

Читайте Informburo.kz там, где удобно:

Facebook | Instagram | Telegram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter