В конце апреля в Алматы прошла презентация книги "Время взаймы" казахстанского писателя-фантаста Александра Левина.

Получилось закрытое камерное мероприятие, больше похожее на дружеские посиделки, куда были приглашены те, кто оформил предзаказ на книгу.

Автор – выпускник открытой Литературной школы Алматы. Его повести и рассказы выходили в журнале "Книголюб", альманахе "Литературная Алма-Ата", сборниках "Байконур 2011" и "Проза в сети", а также в интернет-журнале "Перемены".



В продолжение разговора о состоянии современной отечественной литературы Александр согласился ответить на наши вопросы.

– Александр, что предпочитаете литературу или "сетературу"? Где проще найти своего читателя?

– Литература, вся, сетевая и не сетевая, потеряла свои "инженерные" функции и, по большому счету, стала чисто развлекательной, формульной. Я много общаюсь с нашими молодыми писателями, и вот они часто жалуются, что ужасные и страшные российские издательства не берут их произведения. Он, автор, такой талантливый, красивый и в белом пальто, пришёл в издательство, дал им свою рукопись, они должны были завтра же её издать десятитысячным тиражом, а они – нож в спину.

А там своя кухня, свои правила, уже почти не имеющие отношения к "высокой" литературе. Это чисто бизнес. Роман, не имеющий определённых признаков, даже рассматривать не будут.

Например, должно быть 12 авторских листов, и если в романе всего десять, его и открывать не будут. Не потому, что редакторы бессердечные и злые, а потому, что у них станок печатный настроен на 12 листов. Для того чтобы напечатали десять листов, нужно чтобы у автора уже была аудитория.

– Которую как раз можно найти в Сети?

– Да, на самом деле очень просто напечататься в России. Есть три пути. Первый: достаточно посидеть и очень внимательно почитать требования к автору. Написать то, что требуется, без самодеятельности – и будет у вас изданная книга. Второй – знать кого-нибудь из редакторов. Ну, или начать с сетературы – третий.

Идёшь на какой-нибудь сайт: "Лит-Эра" или "Самиздат", например. Набираешь себе читателей. На "Самиздате" надо попасть в топ-40, и тогда издатели сами тебя найдут и предложат публикацию. Вне зависимости от качества текста.

– Вот тут тоже вопрос. Какой текст считать качественным?

– Мне кажется, самая большая беда русскоязычной литературы в том, что все постсоветское пространство литературоцентрично. Если ты не Достоевский, то убейся об стену. В Америке, к примеру, уже очень давно существует средний класс литераторов. Не супергении, но и не бездарности. А главный критерий успешности писателя сегодня – читаемость.

Возьмите Эрику Джеймс – "50 оттенков серого". Самый главный аргумент – 50 миллионов проданных экземпляров. Это не просто читатели где-нибудь в Сети, нет, это реальные 50 миллионов книг. Даже если их продавать по 1 доллару (а это совсем не так), то у Э.Л. Джеймс уже есть 50 миллионов долларов. Как бы мы ни относились к творчеству писательницы и не воротили носы, нельзя не признать её успешности.

– Как, на ваш взгляд, обстоят дела с фантастикой, в частности, и литературой вообще у нас в Казахстане?

– Отлично обстоят дела. Ну, то есть всё стабильно плохо. Это противоречие, которым живет наша литература. Есть авторы, которые пишут книги, получают премии, публикуются в сборниках. Например, Маргарита Ленская, наш писатель-фантаст, публиковавшаяся в сборнике издательства "Снежный ком", издающего настоящую фантастику. Дмитрий и Татьяна Зимины, тоже фантасты. Или Михаил Земсков, Илья Одегов, Юрий Серебрянский – лауреаты "Русской премии", самой серьёзной, пожалуй, награды, которой может удостоиться русскоязычный литератор не из России. Есть и примеры коммерческого успеха: Аркадий Степной, например, пробился в российское издательство, написав цикл про "попаданца".

Есть авторы в Казахстане, пишущие во всех жанрах и направлениях, – от высокой поэзии до плохой фантастики. Но 70% наших читателей о них не знают. И тому есть и объективные причины.

На первом месте демографический фактор: в Казахстане намного меньше народу, чем в той же России. Там, издав книгу тиражом 2000 экземпляров, автор может быть уверен, что её к концу года продадут. У нас на продвижение такого же тиража издательству потребуется потратить в два раза больше денег, чем в России. На презентации и раскрутку очень много надо потратить, а издательство этого себе позволить не может. Нужна поддержка государства.

– Вас лично государство поддерживало?

– Было один раз, когда акимат Астаны поддержал фестиваль фантастики "Байконур", в котором я участвовал. Но это разовая акция, постоянной поддержки государства у отечественных авторов нет.

Конечно, если государство возьмется финансировать нашу литературу, оно будет требовать идеологической цензуры, а это совсем плохо, лучше уж никак, чем так.


Александр Левин

Александр Левин / Фото Марии Гордеевой

– А вам приятнее увидеть свою опубликованную книгу или, например, 40 тысяч подписчиков на книгу в Сети?

– В первую очередь самое важное – это читатель, открывает ли он книгу или читает текст на сайте. Читатель дочитал до конца, принял или не принял мои идеи, высказался об этом, – вот что самое важное. И не имеет значения, как именно он получил доступ к книге.

Когда появились все эти самиздаты, это было как глоток свежего воздуха. Десятилетие назад книжный бумажный рынок уже было сложно пробить. Именно самиздаты позволили неформатным авторам выйти к читателю, и это была очень качественная проза. В той ситуации я бы даже не задумался об издательстве, а сразу пришел в самиздат.

Сейчас всё иначе. Пишут все, почему-то считая, что это очень просто. Технически да – всё стало легче. На эти самиздатовские сайты пришли все с талантливыми соображениями о том, что вода мокрая, и стремлением поделиться своим светом с миром. Хорошую идею похоронили под этой грудой, не стало ни одного фильтра.

Это же произошло и с нашим сайтом Proza.kz. Сначала Паша Банников и его команда были модераторами и отбирали самые достойные произведения, писали рецензии, стимулировали писать дальше и учили, как это делать правильно. Например, рекомендовали посетить Литературную школу Алматы, где начинающего литератора учат Илья Одегов или Миша Земсков. Такой механизм отбора себя оправдывал, из этих текстов по результатам первых пяти лет существования сайта собрали очень неплохой сборник "Проза в сети". А потом вожжи отпустили и дамбу удивительных историй прорвало...

Читатели о книге "Время взаймы":

"Когда прочитываешь больше половины, а непонятно всё ещё больше половины событий, то это начинает напрягать, и закрадывается в голову мысль: либо я туповат, либо автор что-то перемудрил. И чувствовать себя туповатым мало кому приятно, так что некоторая обида на автора появляется".

"Время взаймы" – это как любимые удобные ботинки, которые есть у всех, кроме нас, это рассказанная на новый лад старая история о любви, преданности, поиске и приключениях".

– Банальный вопрос: о чём ваша книга?

– В моей книге принципиально ничего не объясняется. Время просветительской фантастики прошло. Сегодня уже невозможна книга, в которой один герой объясняет другому устройство ракеты, которое оба героя знают назубок. Ясное дело, это автор объясняет читателю, но сегодня это выглядит, на мой взгляд, смешно. Вы же не станете своему собеседнику объяснять, как работает чайник. Вот и я не хочу, чтобы герои выглядели дураками.

В целом во "Времени взаймы" речь, скорее, о взаимоотношениях людей, чем об устройстве машины времени, а главная идея в том, что любая крайность – это всегда плохо. Я пишу о том, что если довести любую идеологию, пусть даже сто раз полезную и нужную, до абсурда, она превратится в фашизм и дело кончится плохо.

Чисто технически "Время взаймы" – это про "попаданца". Герой попадает в своё прошлое, для нас – недалёкое будущее. И схема – как в романе про "попаданцев": надо изменить нечто в прошлом, чтобы исправить будущее. Так что я в тренде.

Сам же этот феномен ("попаданцы") – что-то вроде исторической психотерапии. Сейчас всё плохо и тяжело, так вернёмся же во времена, когда наша родина была сильна и велика, и сделаем так, чтобы будущее у неё было сильным и великим! Прошлое требует рефлексии, потому что будущее туманно, а настоящее мрачно. Нужно немедленно отправиться давать советы Сталину, а лучше начать с Петра Первого. Однажды я наткнулся на текст, где "попаданцем" был Рюрик…

И это общелитературный тренд, просто плохая фантастика его плохо и обыгрывает. Но возьмите, к примеру, Захара Прилепина с его "Обителью" или Евгения Водолазкина и его выстрелившего "Авиатора". Сталингулаг, Соловки, хорошо ли, плохо ли было, – да лучше, чем сейчас. Это всё тоже та самая историческая психотерапия, но, что называется, почувствуйте разницу.


Александр Левин с супругой Вероникой Лян

Александр Левин с супругой Вероникой Лян / Фото Марии Гордеевой

– Вашу книгу можно будет купить в магазине?

– Нет. Магазины, насколько я знаю, у нас работают только с ТОО, даже если поставка предполагает всего 10-20 экземпляров. Мои первые книги так реализовывались, и до сих пор в нескольких книжных магазинах лежат не распроданные экземпляры.

Есть издательский сервис Ridero, своего рода компромисс между издательством и сайтом с бесплатной публикацией в свободный доступ, он позволяет сверстать и опубликовать свой текст в интернет-магазинах – "ЛитРес", "Амазон", "Озон". Там же можно заказать и тираж по требованию. Я объявил предзаказ, собрал деньги и на них распечатал тираж. Ни копейки не потратил и ни копейки не заработал. Но лучше, как мне кажется, так, чем никак.

Александр, спасибо за интервью и творческих вам удач!

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter