"Здесь – настоящая жизнь". Деревня, в которой деменция – у всех

Деревня Ландэ на юго-западе Франции на первый взгляд самая типичная деревня, но есть одно важное отличие: у всех её жителей деменция, или старческое слабоумие.

Поэтому магазин на главной улице продаёт обычные бакалейные товары вроде багетов, но там с вас не спросят денег, так что вовсе не обязательно помнить о том, что надо взять с собой кошелёк.

Бывший фермер по имени Франсис каждое утро забирает в магазине свою любимую газету, и я зову его на чашечку кофе в соседний ресторан, который стал центром общественной жизни деревушки.

Я спрашиваю Франсиса, каково это было, когда врач сообщил, что у него болезнь Альцгеймера.

Главное – не сдаваться

Он кивает, надолго задумывается, погружаясь в тот момент, и наконец отвечает: "Очень тяжело".

У его отца тоже был Альцгеймер, но Франсис не теряет присутствия духа.

"Я не боюсь смерти, потому что рано или поздно это всё равно случится", – говорит он.

"А пока что я буду жить как живу, несмотря на болезнь, хотя это и будет уже иная жизнь. Но если ты сдаёшься – то всё. Так что нужно всеми силами стараться продолжать жить".

Помимо магазина и ресторана, в деревне есть свой театр, и жителям активно рекомендуют его посещать и заниматься другими делами.

Филипп и Вивиан говорят, что пытаются продолжать жить по возможности своей обычной жизнью, несмотря на то, что обоим поставили диагноз «деменция».

"Мы ходим на прогулки", – говорит Филипп, глядя вдаль. А когда я спрашиваю, счастливы ли они, он немедленно поворачивается ко мне, и на лице его сияет улыбка: "Да, мы в самом деле счастливы!"

Закончив свой кофе и потеплее закутавшись, они отправляются в парк.

Время в этой деревне течёт по-особому. Здесь нет установленного времени для приёмов у врача, походов в магазин или уборки: существует лишь определённый ритм, дающий жителям деревни как можно больше свободы.

При этом они находятся под постоянным наблюдением, и, по словам профессора Элен Амьева, предварительные данные свидетельствуют о том, что такой распорядок жизни положительно сказывается на ходе болезни.

"Раньше мы всегда наблюдали ускоренную потерю когнитивных функций, когда люди попадали в клинику, но здесь этого не происходит, – говорит она. – Мы видим лишь очень плавную эволюцию".

"И у нас есть основания полагать, что такого рода условия могут повлиять на траекторию клинического исхода".

Врачи также отмечают резкое снижение чувства вины и тревоги у родственников тех, кто живёт в этой деревне.

"Мне спокойно на душе от того, что я знаю, что и ей спокойно, и что она в безопасности", – говорит Доминик, указывая на свою мать, 89-летнюю Морисетт.

Большое окно её спальни выходит в сад, в комнате много семейных фотографий, картин и даже мебель здесь своя, знакомая, привезённая из дома.

Здесь нет установленных часов посещения, люди приходят и уходят когда им удобно.

Доминик говорит, что они с сестрой не ожидали, что где-то может быть такой качественный уход за больными.

"Когда я уезжаю отсюда, мне спокойно, когда приезжаю – я словно оказываюсь у мамы дома", – говорит она.

В каждом одноэтажном шале живёт около восьми человек, у них есть общая кухня, гостиные и обеденные залы.

Жители деревни, разумеется, что-то платят за проживание, которое стоит как в обычном доме для престарелых, однако основное бремя расходов взяли на себя региональные власти, которые вложили в эту деревню 22 млн долларов.

Когда она открылась в 2020 году, это была лишь вторая деревня такого типа и единственная, где ведутся клинические исследования.

Во всём мире пока что насчитывается едва ли с десяток таких проектов, однако они уже заинтересовали организации, пытающиеся найти решение проблеме экспонентного роста деменции.

65-летняя Патрисия только что вышла из местной парикмахерской, где ей делали завивку. По её словам, в этой деревне ей буквально вернули её прежнюю жизнь.

"Я жила дома, но мне было нестерпимо скучно, – говорит Патрисия. – Мне готовила кухарка, а я постоянно ощущала себя уставшей, плохо себя чувствовала, я знала, как тяжело жить с болезнью Альцгеймера, и мне было страшно".

"Я хотела быть там, где я сама могла бы кому-то помогать, потому что в других домах для престарелых люди ничего не делают, а здесь – настоящая жизнь, и когда я говорю настоящая, я имею это в виду".

Но здесь у людей есть сильное чувство принадлежности к коллективу, им искренне хочется встречаться друг с другом и заниматься разными делами.

По словам исследователей, элемент социализации может быть тем самым ключом к более счастливой и здоровой жизни с деменцией.

Кстати, на 120 жителей деревни приходится примерно столько же специалистов, да ещё помощники-волонтёры.

Конечно, за всем этим кроется жестокая неизбежность, поскольку деменция неизлечима. Однако по мере прогрессирования болезни пациенты получают всю необходимую поддержку.

И пусть для жителей это конец пути, персонал деревни уверен, что путь это небыстрый, и на нём людей ждет ещё много радости.

Читайте также:

• "Один случай на миллион". Американка с двойной маткой родила двух детей за два дня
• В Британии обнаружили скелет человека, жившего 2 тысячи лет назад. Он пришёл туда с территории современной России
• Сербия: протестующие попытались взять штурмом мэрию Белграда. Оппозиция обвиняет Вучича в подтасовке выборов