Через несколько дней после окончания войны в Карабахе снова запылали дома. Потерпевшие поражение в войне армяне бегут, сжигая то, что не могут взять с собой.

В селе Чаректар, у горной дороги, связывавшей северную часть Нагорного Карабаха с Арменией, яркими факелами в вечерней тьме горят несколько домов. Рядом – грузовики, забитые домашним скарбом.

"Мы не хотим, чтобы в наших домах жили азербайджанцы. Пусть сами себе строят дома", – говорит 33-летний житель Чаректара Карен.

Он вырос в этих стенах, за этими окнами, из которых сейчас вырываются огромные языки пламени. Теперь он перевёз родителей в Армению и будет как-то обустраивать жизнь на новом месте.


Читайте также:

  • Жертвы самообмана. Потрясённые поражением в войне армяне требуют отставки премьера
  • Семь вопросов к миру в Карабахе. Кто от этого выиграл и что будет дальше?

Карен уверен, что вскоре – может, через несколько лет – сможет вернуться в Чаректар. Вернуться явно не мирным путём – это понятно по его тону и общему настроению.

Чаректар находится в Кельбаджарском районе, а этот район по соглашению, остановившему войну, через два дня должен вернуться под контроль Азербайджана.

Поэтому дома горят и в Чаректаре, и в соседнем Дадиванке, где расположен древний монастырь, и в других сёлах по дороге.

27 лет назад в Кельбаджарском районе, расположенном между Нагорным Карабахом и Арменией, тоже горели дома, и их тоже жгли армяне, но совсем в других обстоятельствах.


Карен верит, что еще вернётся в Чаректар. Но сейчас он, уходя, сжёг родительский дом

Карен верит, что ещё вернётся в Чаректар. Но сейчас он, уходя, сжёг родительский дом / Фото ВВС

Ранней весной 1993 года армянские формирования с боями заняли территорию района, азербайджанское население бежало через высокий Муровдагский хребет. В мороз. Многие замёрзли насмерть. А армяне принялись методично уничтожать их брошенные жилища, как они это сделали и в других занятых районах Азербайджана.

Теперь пришла очередь армян срочно эвакуироваться.

По дороге, ведущей через Кельбаджарский район в Армению, один за другим идут грузовики, забитые домашним скарбом, просевшие до асфальта легковушки с привязанными к крышам диванами и холодильниками, бредут редкие стада коров и овец – их тоже перегоняют в Армению.

В одном месте у дороги разбирают ресторан, причём грузят на машины не только оборудование и мебель, но также окна и двери.


Вечером и ночью за два дня до перехода Кельбаджарского района под контроль Азербайджана на дороге в Армению встала гигантская пробка

Вечером и ночью за два дня до перехода Кельбаджарского района под контроль Азербайджана на дороге в Армению образовалась гигантская пробка / Фото ВВС

Тут и там вдоль дороги пилят деревья – надо забрать с собой всё, что получится, а дрова в Армении довольно дороги. Грузовиков с древесиной на трассе едва ли не больше, чем машин с вещами.

По мирному соглашению, о котором объявили в ночь на 10 ноября президенты Азербайджана и России и премьер-министр Армении, под контролем Баку останутся и занятые им районы собственно Нагорного Карабаха, то есть бывшей советской Нагорно-Карабахской автономной области. В том числе города Гадрут и Шуша.


На дороге в Армению. Исход армян из Кельбаджарского района

На дороге в Армению. Исход армян из Кельбаджарского района / Фото ВВС

Туда армянам тоже обратной дороги нет. Правда, президент Азербайджана Ильхам Алиев уверяет карабахских армян, что они смогут мирно и счастливо жить под азербайджанской властью, но они ему решительно не верят.

Гаянэ Аршакян бежала из Гадрута с дочками, матерью и свекровью в начале октября и с тех пор живёт в гостинице в Ереване.

"Я плакала всю ночь. Это такое потрясение", – рассказывает Гаянэ, как она восприняла новости о соглашении, по которому Гадрут и её дом останутся под контролем азербайджанцев.


Гаяне Аршакян некуда возвращаться: ее родной Гадрут заняла азербайджанская армия, а жить рядом с азербайджанцами она не считает возможным

Гаяне Аршакян некуда возвращаться: её родной Гадрут заняла азербайджанская армия, а жить рядом с азербайджанцами она не считает возможным / Фото ВВС

Мысль о возвращении, даже под обещанным в соглашении контролем ООН, Гаянэ отметает: жить рядом с азербайджанцами она не считает для себя возможным.

Возвращаться в Карабах не собираются, пока во всяком случае, не только жители тех территорий, что перешли или перейдут под контроль Азербайджана, но даже и беженцы из столицы непризнанного Нагорного Карабаха, Степанакерта, и других районов, которые остаются в руках армян.


Читайте также: Почему Азербайджан выиграл войну в Карабахе? Отвечают военные эксперты


Незадолго до конца войны карабахский омбудсмен Артак Бегларян утверждал, что беженцами стали около 90 тысяч из примерно 150-тысячного населения Карабаха.


Улицы Степанакерта опустели. Может быть, временно

Улицы Степанакерта опустели. Может быть, временно / Фото ВВС

Уже после этого, 7 ноября, когда армянская армия окончательно потеряла Шушу (в чём призналась только задним числом), случилась финальная волна исхода: из Степанакерта и других районов массово, разом, в ситуации на грани паники эвакуировались остатки мирного населения. Дорога в Армению была забита машинами на протяжении многих километров.

Теперь, через несколько дней после окончания боёв и обстрелов, Степанакерт выглядит пусть не совсем вымершим, но каким-то едва живым городом.

Почти все магазины и гостиницы закрыты, пресс-центр закрыт. Где находится глава непризнанной НКР Араик Арутюнян, ещё остающиеся на местах чиновники сказать затрудняются.


"Надо оставаться. Надо жить дальше", - говорит Вахе, владелец магазина в Степанакерте

"Надо оставаться. Надо жить дальше", – говорит Вахе, владелец магазина в Степанакерте / Фото ВВС

На улицах исключительно одни мужчины в камуфляже, и тех совсем немного. Они бродят или стоят разрозненными группами или поодиночке.

У журналистов, проработавших здесь всю войну, складывается ощущение, что вот именно теперь в Степанакерте всё просто рухнуло и прежняя жизнь уже не вернётся.


Читайте также:

  • "Сердце, ключ и символ Карабаха". Армянские комментаторы – о новостях о падении Шуши
  • Путевые записки из Карабаха: парадоксы войны в прифронтовом Лачине

22-летняя Диана Хачатрян бежала из Степанакерта с маленькой дочкой и свекровью и живёт в гостинице в Ереване. Муж и все остальные родственники-мужчины остались в Степанакерте. Но Диана сейчас думает, что она туда уже не вернётся.



"Я говорила с ними [после известий о мирном соглашении], никто пока ничего не делает, все ждут, что случится чудо и это всё отменят, потому что все понимают, что так жить будет невозможно. У нас есть горький опыт – не у меня, меня тогда не было, но наши родственники, наши мамы-папы говорят, что с ними рядом жить – это невозможно", – объясняет Диана, которая родилась через четыре года после первой карабахской войны.


"Все ждут, что случится чудо, и соглашение о мире пересмотрят", - говорит Диана Хачатрян

"Все ждут, что случится чудо, и соглашение о мире пересмотрят", – говорит Диана Хачатрян / Фото ВВС

"Мы бы очень хотели вернуться, но если там будут азербайджанцы, то лично я и многие не вернутся назад, потому что мы боимся за жизнь наших детей. Мы знаем, что если они рядом, то в любой день мы можем не проснуться. Потому что они могут запросто зайти в наш дом и убить. Мы даже не доверяем этим миротворцам".

В последней фразе Диана имеет в виду российских миротворцев. Многие именно с ними связывают надежды на то, что жители оставшихся под армянским контролем районов постепенно успокоятся, поверят в мир и вернутся.

В четверг российские десантники добрались до Степанакерта, взяв таким образом под свой контроль дорогу, связывающую столицу Нагорного Карабаха с Арменией.

С пятницы между Ереваном и Степанакертом начнут ходить бесплатные автобусы, на которых беженцы смогут вернуться домой.

Многие из тех, кто остался в Степанакерте, никуда уезжать не собираются.

"Надо оставаться. Мы должны остаться. Жизнь должна продолжаться", – говорит житель Степанакерта Вахе, печально оглядывая свой салон роскошной мебели, разгромленный взрывной волной от ракеты.

Но пока шок от поражения и тяжёлых условий мира, на которые согласилась Армения, у многих ещё не прошел.

Свекровь Дианы, Нунэ, однажды уже была беженкой – она бежала в самом начале карабахского конфликта, в 1988 году, из столицы ещё советского Азербайджана – Баку.

"В Карабах обратно дороги нет, – убеждённо заявляет Нунэ. – Если всё так и останется, а скорее всего, всё так и будет. Дальше – не знаю. Лично я бы уехала вообще из Армении. Потому что я уже не доверяю никому".

Юри Вендик, Габриэль Шаим, "Би-би-си"

Следите за самыми актуальными новостями в нашем Telegram-канале и на странице в Facebook

Присоединяйтесь к нашему сообществу в Instagram

Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter