Как шах Ирана осматривал ядерный реактор близ Алма-Аты

Хотя ядерные амбиции Ирана ныне не дают спать многим, уже мало кто помнит, что интерес Тегерана к ядерной проблеме возник давно. И к нему причастна Алма-Ата.

И в этом контексте заслуживает внимания визит шаха Реза Пехлеви (большого, кстати, друга американского народа) в Институт ядерной физики Академии наук Казахской ССР. Было это, если мне не изменяет память, осенью 1972-го в рамках поездки монарха по СССР.

Про предстоящий визит шаха в ИЯФ знали заранее. По крайней мере, мы, несколько восьмиклассников-однокашников, загодя спланировали свою прогулку так, чтобы не пропустить кортежа и "перехватить" монарха по пути к институтской проходной. Правда, не сам шах возбуждал пылкие чувства советских школьников – шахиня. Она сопровождала мужа в рамках того визита.

Накануне один из нас, самый информированный, тихо поведал остальным про то, какая она была красавица, эта шахиня Фарух. Он откуда-то всегда знал такие вещи (в СССР, напомню, не было "жёлтой" прессы) и говорил о них так убедительно, что живо воспламенял воображение слушателей. Так что было решено – мы станем дефилировать по пути между посёлком и институтом и… Авось! Наивное воображение рисовало нам, как, проезжая мимо, шахиня заметит нескольких вдохновенных юношей и одарит нас своей монаршей улыбкой.

…Правительственная "Чайка" с шахом промчалась мимо нас на приличной скорости, отсвечивая подслеповатыми занавешенными стёклами. Увы! Но, если бы даже стёкла были опущены, нас бы всё равно ждало разочарование – шахиня в ИЯФ не поехала, осталась в Алма-Ате.

Что запомнилось лучше всего – красные от напряжения лица мотоциклистов эскорта. Им с огромным трудом удавалось сдерживать юлящие "Уралы" на обледенелой дороге. День был сухой, но морозный. И кто-то из доброхотов решил в преддверии высокого визита прогнать по дороге поливалку, так что асфальт тут же превратился в каток. Если бы парни на мотоциклах могли говорить всё, что они тогда думали, вслух… переводчику было бы стыдно перед монархом.

В институт мы, конечно, не попали. Но в моей фототеке имеются снимки, которые передают атмосферу того визита. По ним видно, с каким волнением казахстанские физики встречали высокого гостя, как хорошо ему всё объяснили в конференц-зале физкорпуса и как подробно показали главную достопримечательность и основной "прибор" института – исследовательский атомный реактор.

Нужно сказать, что реактор под Алма-Атой с самого появления был знаковым объектом не только для института, но и для всего Казахстана. XX век недаром называли атомным. Потому-то наличием исследовательских центров, подобных нашему ИЯФу, был, если хотите, элементом статуса и предметом престижа уважающих себя городов и субъектов. И не только. Как вспоминает один из ветеранов института профессор Грановский:

"Дело в том, что в это время уже было достаточно атомного оружия, чтобы прилично побить один другого. И тогда наши "вожди" решили рассредоточить всё, что можно (и что нельзя – тоже). На год раньше организовали аналогичный ИЯФ в Ташкенте, через год – у нас. Однако к нам согласились ехать друзья Курчатова, и это определило некоторое первенство".

Реактор ВВР-К мощностью 6 МВт был запущен в 1967 году. С самого начала он был самым значимым прибором казахстанских физиков (но не единственным). Благодаря ему получали данные как для фундаментальных работ в ядерной физике, так и для решения прикладных проблем в области материаловедения, производства изотопов и прочего.

С момента появления этот режимный объект стал важным предметом ещё и для демонстрации научно-технической мощи Советского Казахстана. Можно сказать, что это была вторая по важности достопримечательность Алма-Аты – после высокогорного катка "Медео". Без его фотографий не обходился ни один праздничный альбом. Его посещение стало обычным моментом программ официальных и неофициальных визитов. Шах Реза Пехлеви был далеко не единственным высоким визитёром.

Что до самого шаха, то спустя пять лет он был свергнут разразившейся Исламской революцией, бежал в Египет и вскоре умер. Говорят, на его похороны приехал сам американский президент Никсон.

А шахиня Фарах? (Её действительно сравнивали по изысканности с Жаклин Кеннеди). Шахиня, говорят, жива до сих пор. Теперь она – обыкновенная американка и обыкновенная бабушка.

А ядерный реактор в посёлке Алатау? Работает до сих пор. Выдавая научные данные, сопутствующие продукты (в том числе для медицины) и периодически наводя ужас на обывателей и пользователей ими же выдуманными страшилками.