Иллюзия контроля. Как первая ставка превратилась в зависимость
Астанчанин рассказал Informburo.kz, как боролся с игровой зависимостью и что помогло ему вернуться к семье. Имя героя изменено по его просьбе.
Ставка ради билета на футбол
Арману 33 года. Он женат, вместе с супругой воспитывает четверых детей. Сегодня мужчина работает, занимается саморазвитием и старается восстановить то, что едва не потерял из-за игровой зависимости.
Свою первую ставку он сделал в 2009 году, когда ещё учился в колледже. В Астане открывали стадион "Астана Арена", где проходил матч между сборными Казахстана и Хорватии. Денег на билет у молодого человека не было.
Друзья предложили сделать ставку в букмекерской конторе, чтобы выиграть необходимую сумму и купить три билета. Арман поставил последние деньги и проиграл. Однако один из его друзей выиграл, поэтому на матч компания всё-таки попала.
После этого молодые люди начали периодически делать ставки на небольшие суммы. Букмекерские конторы в то время работали преимущественно офлайн. Друзья собирались вместе, смотрели матчи и обсуждали результаты.
"Это казалось безобидным увлечением и приятным совместным досугом. До 2014 года я играл строго по средствам, сумма одной ставки не превышала 10 тысяч тенге. У меня не было долгов или кредитов", – вспоминает Арман.
По словам врача-психиатра, психотерапевта и нарколога высшей категории доктора медицинских наук Анар Каражановой, сам факт участия в азартной игре ещё не говорит о наличии зависимости. Лудомания диагностируется по совокупности устойчивых симптомов: человек теряет контроль, продолжает играть вопреки финансовым потерям, семейным конфликтам и другим негативным последствиям.
"Мне казалось, что я разгадал систему"
Проблемы начались спустя несколько лет. К тому времени Арман уже был женат, в семье родился ребёнок.
Получив отпускные, мужчина решил поставить крупную для себя сумму – 180 тысяч тенге. Ставка оказалась выигрышной. Именно этот успех, по его словам, стал одной из причин дальнейшей зависимости.
Арман поверил, что разработал собственную стратегию: ставить по 100 тысяч тенге на событие, в результате которого он якобы был уверен. Некоторое время схема приносила деньги, но затем выигрыши сменились систематическими потерями.
"После крупного выигрыша я испытывал мощный эмоциональный подъём. Мне казалось, что я разгадал систему, придумал стратегию и теперь всегда буду в плюсе", – рассказывает он.
Анар Каражанова объясняет, что лудомания относится к нехимическим, или поведенческим, зависимостям. Несмотря на отсутствие психоактивного вещества, механизмы её формирования во многом схожи с алкогольной и наркотической зависимостью. Во время игры активируется система вознаграждения головного мозга, формируется патологическое подкрепление поведения. Постепенно человек увеличивает время игры и размер ставок, испытывает раздражение при невозможности играть, а самостоятельные попытки остановиться оказываются безуспешными.
"Нужно во что бы то ни стало отыграться"
Переломный момент наступил в первый день очередного отпуска. Арман проиграл все деньги, хотя на это время у него была запланирована долгожданная поездка.
"Из-за отсутствия денег и тяжёлого чувства от проигрыша поездка не принесла мне никакого удовольствия. Я постоянно думал о том, что лишился возможности совершить запланированные покупки, и в моей голове укоренилась навязчивая мысль о необходимости "отыграться" и вернуть утраченные средства. С этого момента я впервые в жизни начал оформлять банковские кредиты", – говорит Арман.
Раньше мужчина избегал займов, поскольку понимал, сколько придётся переплачивать. Однако желание вернуть проигранное оказалось сильнее. Полученные в банке деньги он быстро потерял. Когда банки начали отказывать в новых кредитах, Арман обратился в микрофинансовые организации.
Условия займов и короткие сроки возврата его пугали, но остановиться он уже не мог.
По словам психиатра, попытка немедленно вернуть потерянные деньги называется "погоней за проигрышем". Даже после крупных проигрышей человек сохраняет иррациональную уверенность, что следующая ставка поможет всё исправить. Ожидание выигрыша становится сильнее страха перед последствиями.
Обручальное кольцо и заложенный автомобиль
Проиграв кредитные деньги, Арман начал выносить из дома ценные вещи. Сначала он заложил золото супруги, в том числе её обручальное кольцо. Затем в залог отправился автомобиль.
В какой-то момент мужчине удалось выиграть крупную сумму. Денег хватило, чтобы закрыть микрозаймы и выкупить машину. Часть долгов Арман погасил и уже ехал за автомобилем, когда узнал о проигрыше ещё одной ставки.
Вместо того чтобы остановиться, мужчина решил немедленно вернуть потерянное. Деньги, предназначенные для выкупа машины, он вновь поставил и полностью проиграл.
Все происходящее он скрывал от семьи в течение нескольких месяцев.
"После проигрыша я чувствовал опустошённость, злость на себя, стресс и панику. Но вместо желания остановиться появлялось непреодолимое стремление вернуть деньги", – вспоминает Арман.
Психиатр отмечает, что главным тревожным признаком является не размер проигранной суммы, а потеря контроля. Близких должны насторожить постоянные мысли человека об игре, рост ставок, раздражительность, финансовая скрытность, ложь, долги и регулярные попытки отыграться. Также зависимый начинает откладывать рабочие и семейные обязанности, теряет интерес к прежним увлечениям и использует игру как способ уйти от тревоги или плохого настроения.
Семья и дети ушли на второй план
К ноябрю 2017 года долг Армана достиг примерно трёх миллионов тенге. При небольшой заработной плате эта сумма казалась ему неподъёмной.
Работа, семья и социальная жизнь постепенно отошли на второй план. Все мысли мужчины были заняты только одним: где найти деньги и как отыграться.
Арман начал врать близким, скрывать своё местонахождение и уходить из дома. В состоянии физического и эмоционального истощения он предпринял попытку уйти из жизни.
Мужчину вовремя нашли супруга и отец. После тяжёлого разговора семья настояла на специализированном лечении.
По словам Анар Каражановой, тяжёлая форма игровой зависимости может сопровождаться серьёзными долгами, социальной дезадаптацией и продолжительным разрушительным стрессом. К этому моменту игра уже начинает доминировать в жизни человека, вытесняя отношения с близкими, работу и прежние интересы.
Лечение не закончилось после первого курса
Первое лечение Армана продолжалось около полугода. После него наступил период ремиссии, однако полностью справиться с зависимостью мужчине не удалось. Позднее вновь начались срывы, новые кредиты и рост долгов.
Этот период волнообразно продолжался до 2021 года.
С 2021 до конца 2023 года Арман не играл. По его словам, тогда он активно продвигался по карьерной лестнице. Работа занимала большую часть времени, давала ему чувство развития и удовлетворения.
Но в конце 2023 года мужчине пришлось уволиться. Потеря привычной опоры, неопределённость и стресс спровоцировали новый срыв.
"Мозг по старой деструктивной привычке попытался найти развлечение и уйти от реальности. Я снова вернулся к игре", – рассказывает он.
Анар Каражанова отмечает, что самостоятельно справиться со сформировавшейся игровой зависимостью удаётся немногим. По мере развития расстройства снижается критическое отношение человека к собственному состоянию. Он продолжает верить, что может остановиться в любой момент, хотя предыдущие попытки уже заканчивались срывами. На ранних этапах изменить поведение можно при высокой мотивации и поддержке семьи, однако при первых признаках зависимости специалист рекомендует не откладывать обращение за профессиональной помощью.
Фотография детей на экране телефона
После возвращения к игре Арман периодически уходил из дома и снимал номер в гостинице. Он мог не появляться в семье около недели, почти не спать и забывать о еде.
Окончательный перелом произошёл в октябре 2025 года. После очередного срыва мужчина несколько дней находился один в гостинице.
"На пятый или шестой день я вдруг понял, что абсолютно ничего не ем. Чувство голода как будто исчезло. В этот момент на экране телефона всплыла фотография моих детей. Это вызвало у меня сильный эмоциональный надлом, мне захотелось плакать", – вспоминает Арман.
Он понял, что либо обратится за помощью, либо окончательно потеряет семью и самого себя.
На этот раз мужчину не уговаривали родственники. Он самостоятельно нашёл реабилитационный центр и поехал туда.
Полный курс реабилитации вновь занял около шести месяцев.
"Самым тяжёлым было заглянуть внутрь себя, признать свое бессилие перед болезнью и начать кропотливую работу над собственной личностью. Нужно было не просто физически отказаться от совершения ставок, а научиться заново понимать свои чувства, справляться с внутренним напряжением, стрессом и распознавать игровую тягу на самых ранних подступах, чтобы не допустить нового срыва", – говорит он.
Как лечат игровую зависимость
Современное лечение лудомании предполагает комплексный подход. По словам психиатра, один из наиболее изученных методов – когнитивно-поведенческая психотерапия. Она помогает человеку пересмотреть ошибочные убеждения, связанные с азартными играми, научиться контролировать импульсы и предупреждать рецидивы.
"У данного метода на сегодняшний день имеется убедительная доказательная база. Однако это связано прежде всего с тем, что данный метод лучше других поддаётся стандартизации и научной оценке эффективности, а не с тем, что остальные психотерапевтические подходы менее эффективны", – отмечает она.
При этом лечение не ограничивается одним психотерапевтическим направлением. Применяются мотивационное консультирование, семейная терапия, психообразование пациента и его близких, а также создание среды, в которой исключаются или максимально ограничиваются факторы, провоцирующие игровое поведение.
Если зависимость сопровождается депрессией, тревожным расстройством или выраженной импульсивностью, врач может назначить медикаментозную терапию для коррекции сопутствующих состояний. В отдельных случаях используются группы взаимопомощи и программы психосоциальной реабилитации.
Наилучшие результаты, подчёркивает специалист, даёт индивидуально подобранное и достаточно длительное сопровождение пациента.
Что делать родственникам
Анар Каражанова отмечает, что отрицание проблемы является типичным проявлением зависимости.
"Не стоит пытаться решить проблему за человека, постоянно погашая его долги или скрывая последствия его поведения. Такая стратегия нередко поддерживает зависимость. Важно спокойно обсуждать конкретные факты, избегая обвинений и унижений, предлагать консультацию специалиста, объясняя, что зависимость – это заболевание, а не проявление слабости характера. Родственникам также полезно обращаться за психологической помощью самостоятельно, поскольку длительное проживание с зависимым человеком сопровождается выраженным эмоциональным стрессом и часто приводит к развитию созависимого поведения", – советует она.
"Цена этой проверки слишком высока"
Сегодня Арман говорит, что сохранять трезвость ему помогают чётко сформулированные цели, любимая работа и постоянное саморазвитие.
"Главный вывод, который я сделал: в трезвости важен не сам факт отказа от игры, а то, как ты развиваешься физически, духовно, интеллектуально и эмоционально. Самое важное – это непрерывный личностный рост и созидательная деятельность, которая не приносит вреда ни тебе самому, ни окружающим тебя людям", – говорит он.
Тем, кто уверен, что сможет остановиться в любой момент, Арман советует не проверять себя.
"Возможно, у тебя получится, а возможно – нет. Но цена этой проверки слишком высока, и лучше никогда её не устраивать. Иллюзия контроля – самый первый и самый опасный симптом зависимости", – заключил мужчина.
Анар Каражанова подчёркивает: лудомания – это не недостаток силы воли и не вопрос характера. Это психическое расстройство, которое успешно поддаётся лечению при своевременном обращении. Поэтому обращение за помощью – это проявление ответственности за своё здоровье, а не слабости.
Автор: Молдiр Лезбаева