Хуже, чем есть, уже не будет

Падает или всё-таки растёт наша экономика сегодня? Какую роль играют отношения бизнеса и государства в состоянии экономики? Почему из страны бегут и капиталы и те, кто умеет их зарабатывать? Какие отрасли могли бы стать «точками роста»? В каких условиях возможен сценарий роста? На эти вопросы пытались ответить известные предприниматели и менеджеры во время работы «Kazakhstan New Growth Forum».

– Исходная позиция экономики, индекс её конкурентоспособности и бизнес-среды в посткризисные месяцы не улучшились, – доказывает директор PricewaterhouseCoopers Баглан Султанбек. Причём наличие огромных сырьевых ресурсов, похоже, этому содействует. В первой десятке конкурентоспособных стран многие лишены сырьевых ресурсов. Казахстан находится ниже 100-го места в мире по трём десяткам показателей: инфраструктуре, образованию, конкуренции и так далее. Стране есть над чем работать! Только производительность труда в Казахстане составляет 22% (в России – 30%) от производительности труда в США.

Председатель компании «Верный Капитал» Тимур Исатаев дополняет теоретические изыски практическим наблюдением:

– Цикличность нашего рынка в какой-то степени идентична циклам мирового рынка. Но есть свои проблемы. Главная – банковская система «лежит». Кровеносная система экономики, как её раньше называли, не работает. Другие органы медленно отмирают или приспосабливаются к ситуации.

НЕДРУЖЕСТВЕННАЯ ДЛЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА СРЕДА

Это главная претензия бизнеса к власти. Бизнес уверяет, что власть его плохо слышит, что законы и порядки меняет чаще всего не на пользу, а во вред. Предприниматели хотят понимать горизонты планирования бизнеса. Ведь без этого развивать своё дело невозможно. Развитию бизнеса мешают неотстроенность перевозок, плохая логистика. Хотя одновременно большие расстояния защищают Казахстан от скоропортящихся товаров и товаров, дешёвых в производстве, но дорогих в транспортировке – стройматериалов и других.

Почему у казахстанских предпринимателей получается управлять заводами и банками, но не получается отстаивать свои интересы в диалоге с властями? В стране действуют несколько бизнес-ассоциаций. Они участвуют в принятии важных для бизнеса решений – во всяком случае, на взгляд наблюдателя. Ассоциации встроены в действующий механизм изменений законодательства. Они организуют публичное обсуждение инициатив правительства, участвуют в экспертных советах при парламенте, «круглых столах» и других, открытых и закрытых, дискуссиях с властями. Такое впечатление, что у них есть много возможностей донести своё мнение. Но спикеры скептически оценили их роль.

– Ассоциация финансистов мало полезна страхованию. Банкам – да, – считает председатель правления «Коммеск-Омир» Дмитрий Жеребятьев.

– Взносы собирают быстро, а работу делают плохо, – говорит Турсен Алагузов.

– ЕБРР постоянно дискутирует с правительством за вас всех. И защищает бизнес-интересы, – сурово замечает Майкл Вайнштейн.

– У нас в Казахстане нет коллективного лобби. Есть точечное лоббирование. Этот форум – тоже форма лоббирования. В общении с правительством выясняется, что эти ребята (администраторы ассоциаций. – Авт.) – больше умные, чем настойчивые, – резюмирует неэффективность сложившихся каналов влияния бизнеса на экономическую политику Кайрат Мажибаев.

ТОЧКИ РОСТА

Анализируя области возможного роста страны, спикеры также объективны. Хотя за профессиональной шуткой в карман не лезут.

– Кризис прошёл, другой скоро начнётся.

– Казахстанский бизнес не выходил из кризисного режима. У многих компаний по-прежнему высокая долговая нагрузка. И, если рассматривать человеческий капитал, то во многих компаниях не хватает квалифицированных финансовых директоров, – считает директор ЕБРР Майкл Вайнштейн.

Генеральный директор Resmi Group Кайрат Мажибаев не согласен:

– У молодой экономики основная проблема – рост. Накопленная капитализация и не такие уж большие долги позволяют качественно развиваться. Человеческий капитал в Казахстане неплохой. Основной вопрос роста: как Казахстан будет позиционироваться в следующие 10-20 лет. В том числе компании среднего и малого бизнеса. И так называемые «газели» (компании, растущие на 20–30% ежегодно. – Авт.).

– В Казахстане проблем меньше, чем в Киргизии. В Китае, России – тоже много проблем. Чем больше население, тем больше проблем, – отмечает председатель совета директоров Galanz Bottlers Турсен Алагузов.

Точкой роста в Казахстане, по мнению спикеров дискуссии, является сельское хозяйство. Точнее, переработка сельскохозяйственной продукции.

Рынки прямых инвестиций – тоже серьёзная точка роста. Фонды прямых инвестиций в Казахстане недоразвиты. Около 30% денег, входящих в страну, должны входить в форме акционерного капитала.

ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ

Он в Казахстане есть. И неплохой. Но существует и вопрос спроса и предложения, например, финансовых директоров. Банкиры должны иметь не только хорошее образование, но и практический опыт.

А хотят ли люди становиться предпринимателями? Или технологами? Быть лучшими в профессии? Ведь идёт коррупциогенный экспорт из государственной сферы в корпоративную. И молодые люди хотят быть налоговыми инспекторами, финансовыми полицейскими. В стране пока не появилась прослойка профессиональных менеджеров. Владельцы бизнеса не доверяют менеджерам, менеджеры не доверяют собственникам. Средний менеджер часто хочет пересидеть в частной компании, чтобы перейти в государственную. Или накопить капитал для собственного бизнеса. Образование средних менеджеров – слабое. Профессиональные менеджеры не привязаны к статусу. Это реальность. Впрочем, из университетов США выходят менеджеры с теми же целями: накопить капитал для собственного бизнеса, сделать карьеру, не привязанную к определённой компании.

Качество образования – плохое. И это зона ответственности государства.

– Наша компания тратит на развитие персонала около 7% от валового дохода. Это много. Ведь компания не специализируется на доведении «зелёных» студентов до уровня профессионалов. Иногда компания приглашает коучей для сотрудников. Время всеядных холдингов прошло. Мы готовы инвестировать в быстрорастущий университет как в бизнес, – делится Кайрат Мажибаев.

Его поддерживает Майкл Вайнштейн:

– Тренинги могут организовывать и компании. Но не нужно переносить обязанности государства на корпоративный сектор.

ВОЗМОЖНОСТИ ДЛЯ НОВЫХ «ГАЗЕЛЕЙ»

Они – есть. Приращивая бизнес на 5% в год, компания может нарастить те самые 20% оборота, которые нужны «газели». Несмотря на то, что «голландская болезнь» – бум в сырьевой индустрии – убивает другие индустрии. Сейчас в Казахстане расцвет «голландской болезни». Нефтяная отрасль и металлургия забирают все ресурсы, в том числе человеческие. Но когда «рука рынка» всё-таки выиграет, «газели» обязаны появиться.

В Казахстане «газелями» были банки. Для них есть перспективы развития. Особенно для мелких, нишевых. Эти ниши – розничное кредитование, ипотека, автокредитование, розница. 2-я ниша – драгоценные металлы. Здесь «газели» тоже могут скакнуть. Других ниш для «газелей» г-н Исатаев не видит.

– Чем больше Казахстан производит нефти и металлов, тем меньше поле для «газелей». Чем больше таможенных союзов – тем меньше «газелей». Сколько может быть «газелей» в стране с 16-миллионным населением? Все они, в конечном счёте, поглощаются более крупными «бегемотами», которые разводятся в Таможенном союзе, – считает он.

Перспективы Казахстана в целом в ближайшее время участники форума оценивают по-разному.

– Сырьё по-прежнему дорого, и казахстанские компании, скорее всего, будут в положительной линии. Казахстан не имеет политических проблем. Никаких чрезвычайных событий быть не должно. Отток западных инвестиций может быть. Но коллапса не будет, – убеждён г-н Скачков.

– Хуже, чем есть, уже не будет. Точнее, улучшение  мировой ситуации будет означать снижение цен на сырьё. И – парадоксальным образом – бить по экономике Казахстана. Коррупция тоже влияет. Нормальной предпринимательской среды в Казахстане нет. Коррупционная составляющая в бизнесе – очень высокая, – «поддерживает» коллегу г-н Исатаев. – Мы не можем загадывать. Хочется надеяться, что какие-то компании выживут. И будут существовать через 10-20 лет. Но пока все живут сегодняшним днём.